Первый учитель как первая любовь

Держу в руках книгу «Палитра воспоминаний». Глаза устали от многочасового чтения, но не могу заставить себя закрыть книгу и лечь спать. Я утонула в сюжете, вернее, в воспоминаниях дорогого мне человека — моего учителя в Уфимском училище искусств Рифхата Арсланова.

Вот он озорной ребенок, вот экспериментатор студент, а вот учитель, тот, который стал для меня одним из творческих ангелов хранителей. В жизни у меня было два таких человека: фотохудожник Рамиль Кильмаматов и театральный художник Рифхат Арсланов. Рифхату Мухамедовичу в 1984 году я досталась как «глина», из которой он лепил сосуд. Через 30 лет Рамилю Исмагиловичу осталось этот сосуд покрыть глазурью. Результативно!

В далеком 1984 году после некоторого образовательного затишья в сфере сценографии в Уфимском училище искусств открыли театрально-декорационное отделение. На курс прошло 20 девочек и два мальчика. В эту «малину» ввели Рифхата Арсланова.

Молодой мужчина, к тому времени уже опытный и востребованный художник, театрал, не испытывал с нами никаких трудностей и смущения. Скорее, это были наши девичьи чувства. Симпатичный учитель, с особой харизмой и неестественной для педагога добротой и юмором, дал старт формированию нашего индивидуального творческого «я».

Каждая из нас старалась быть лучшей и похожей на своего учителя, но он требовал найти себя, а не быть его копией. За четыре года его цель была достигнута. Каждая из девочек сформировала в своей голове дальнейший путь, на котором можно было использовать полученные знания и навыки.

В сердце каждого из нас уже были открыты занавесы своих театров, а на сцене жизни стояли желаемые декорации. Но 90-е годы внесли корректировки не только в наши профессиональные планы. Ломались надежды, шел поиск и встраивание в новую суровую жизнь с новыми декорациями, актерами и спектаклями, чаще драмы, а иногда трагедии.

…Продолжаю читать книгу Рифхата Арсланова. Я многое помню из того, что он описывает: архитектуру и декор утраченных домов, старые улочки Уфы с их магазинами и кондитерскими, детские игры во дворах и хулиганство, которые были обязательной составляющей для формирования личности. Так это книга не только про него, она и про нас! Видимо, поэтому не могу остановить чтение, ведь, закрыв книгу, прервется мое сладостное состояние пребывания в прошлом, в совсем другой стране, где тебя окружают дорогие тебе люди.

Книгу закрываю. Мысли и душа застряли в 1984 году. Наша мастерская на четвертом этаже, мольберты с холстами, на стульях палитры. Мы, юные девочки в синих халатах, от воротника до подола испачканные масляными красками. В аудиторию входит он, в своем фирменном коричневом пиджаке и берете с «пимпочкой». Мы ждали его! Сейчас он даст нам рекомендации и снова убежит в свой театр, чтобы готовиться к очередной премьере.

Рифхат Мухамедович подходит к первой ученице и дает совет, но мы все уже вне своих работ, и наши уши и взгляды подле учителя. Нельзя упускать шанс услышать дельный совет талантливого человека. После устного наставничества начинается творческий «треш», как сказало бы сегодняшнее поколение.

Учитель берет в руки кисть ученицы, на палитру выдавливает краски самых безумных ядовитых цветов, делает из них «замес» и наносит его на наши полотна в самые неожиданные точки картины, нарушая сухой четкий ритм скучных мазков. Мы в шоке — мы же старались, прорисовывали, чтобы было похоже и цвет совпадал. А это не нужно.

Учитель нарушал не покой наших картин, он будоражил наше творческое мышление, отдирая его от застоявшегося со страной видения жизни. Как же нам это пригодилось в последующем!

…С тех времен прошло много лет. Сегодня 20 августа 2026 года. Мы, ученицы Арсланова, окружаем нашего учителя. Каждая стремится его обнять и взять за руку. Мы на юбилейной выставке учителя в музее Михаила Нестерова.

Рифхат Арсланов с улыбкой встречает каждую из нас, называя наши имена и фамилии. Как это возможно, помнить всех своих учеников по истечении нескольких десятков лет? Хотя в том, что у него потрясающая память, я поняла из книги. Люди, года, дома, названия спектаклей, имена героев пьес, фамилии актеров — все, что было не только в творческой жизни Рифхата Арсланова, но и его отца, матери и других ближайших родственников. Феноменальная память!

Как же не гордиться тем, что на порог своей творческой жизни мы вступили со своим гениальным учителем.

Говорю с ним, и признаюсь в том, что все мои творческие успехи в кино, фотоискусстве и даже в журналистике — его заслуга. Он улыбается и говорит, что рад за меня. Я тоже рада за себя, ведь окажись «глина» в руках другого преподавателя, сосуд мог бы быть другой формы и иного предназначения, и тогда Рамиль Кильмаматов мог бы просто на него не обратить внимание.

Ставлю книгу на полку на видное место. Теперь это мое окно в прошлое: там я, девочки-однокурсницы и мой дорогой учитель Рифтах Арсланов. Все эти люди есть и в настоящем, но юность — самый дорогой и ценный период жизни, в который периодически нужно заглядывать.