Загир Валитов: Хочется, чтобы люди поверили

Говорят: чтобы любой коллектив был успешен и уверенно смотрел в будущее, необходимо, чтобы в нем работали люди старшего поколения, которым есть чем поделиться.

Думается, творческий подъем, которым отличается Башкирский драмтеатр, в немалой степени обусловлен тем, что в его команде всегда были такие люди, составляющие настоящее актерское братство.

В их числе был, безусловно, и Загир Валитов, которому в ноябре исполнилось бы 85 лет...

«Не ищите, я пропал»

Заслуживает размышления тот факт, что многие, если не большинство наших выдающихся ученых, художников, актеров имели родовые корни в деревне. Загир Валитов попал на театральные подмостки прямиком из Кугарчинского района. Его папа не вернулся с войны, и его детство было таким же, как у большинства подростков суровой поры. Он голодал, даже опухал от недоедания. Воспитывала его бабушка, потому что мама работала на лесозаготовках.

Когда малышу было года три, случился и вовсе страшный год: корову увели соседи, картошка замерзла, и мальчик чуть не умер. Спасла бабушка: она увезла Загира в деревню Смирновка, где его и выходили.

Когда юноше исполнилось восемнадцать, он уже вовсю работал: летом — помощником комбайнера, зимой рубил лес. Парень он был здоровый, девчата с интересом посматривали в его сторону.

В актеры Загир подался неожиданно для всех. В газете «Совет Башкортостаны» прочитал объявление о наборе на театральный факультет.

Интерес к творчеству у него был с детства. В деревне жила одна бабушка, она ездила в Уфу, а потом рассказывала, как там по театрам ходила. В школе была фильмотека, непонятно откуда взявшаяся, а в ней — настоящая жемчужина: «Гроза» с Верой Пашенной в главной роли. Настоящий театр он тоже в деревне увидел — к ним приезжали оренбуржцы.

И Загир объявил: «Меня не ищите, я пропал». В пять часов утра выехал из деревни, а в десять уже был в Уфе. Без документов, с одним дощатым чемоданчиком. В таком виде его чуть не прогнали. Нашелся один добрый человек, доставил прямо в аудиторию, где приемная комиссия сидела. Между тем новоиспеченный абитуриент даже не знал, что такое проза, что такое поэзия... Зато память была хорошая. Недолго думая, вспомнил диалог из радиопостановки по Мустаю Кариму и изобразил его — один в двух лицах. Комиссия от души повеселилась.

А еще спел: и голос, и слух у него были хорошие. Стихи заучил после выступления в деревне знаменитого Бахти Гайсина. Мама, к слову, большого восторга от решения сына не испытывала, сказала: «Зря землю бросаешь, она всегда прокормит».

Нелюбимый Дервиш

Великая Раневская говорила: «Я жила со многими театрами, но удовольствия так и не получила». А вот у Загира Валитова роман с Башдрамой у длился почти полвека…

Он начал работать в Сибайском театре, играл лирических героев, на невостребованность не жаловался. Но не устраивали постоянные разъезды, бесконечные гастроли. И Валитов почти что отрекся от актерской судьбы, решил поступать в университет. Сдал экзамены. Но тут приехал главный режиссер театра и отговорил. Загир Валитов еще на год отправился в Сибай.

Уже в 1970 году вернулся в Уфу и поступил в Башкирский театр драмы. Начал все с тех же лирических героев. Разноплановые роли пришли потом. На сцену Загир Суфиянович всегда выходил волнуясь, только кураж помогал, по его же словам.

И дело не в том, какие были зрители: тогдашние артисты и в студенческие годы не просто волновались — плакали! Спектакль закончится, а они за кулисами обнимаются, плачут: от радости, что отыграли!

Загир Суфиянович много играл в спектаклях по пьесам Мустая Карима: в таких постановках одну из ролей обязательно давали ему.

«Мне ведь как актеру не хочется впустую играть. Хочется сказать людям что-то важное, чтобы поверили, задумались: о себе, о жизни, о судьбе. И книги Мустая этому моему желанию всегда отвечали», — говорил он.

За роль Поэта в спектакле «И судьба — не судьба» артист получил премию Салавата Юлаева. Роль была сложной: события в пьесе шли сами по себе, а Поэт соединял их в единую канву повествования. Вроде как смотрел на происходящее со стороны, но и роль тоже была вплетена в сюжетную линию. Критики, конечно, нашлись — почему это артист на Мустая не похож!

Столь же запомнившейся стала для него роль Дервиша из спектакля «В ночь лунного затмения». Правда, тут без курьеза не обошлось. Играл в Оренбурге. Всем цветы дарят, благодарят, а Дервиш стоит в стороне, всеми нелюбимый...

«Два капитана» при лунном свете

Загир Суфиянович пробовал себя и в режиссуре, поставив в 1995 году «Возлюбленную» по пьесе Байбулатова, а в 2000-м стал автором инсценировки для детей «Акъял батыр». В те годы артисты «голодали» в репертуарном плане. «Акъял» явилась ностальгией по детству, любимой сказкой. В общем-то, все получилось: актеры быстро поняли, чего он хочет, и работали одной командой. Он мог бы, наверное, заняться режиссурой всерьез, но особой тяги не было. Актер и режиссер — все же профессии совершенно разные. Для режиссуры нужен особый дар, как и для игры на сцене. Нужно все видеть как единое целое: сюжет, игру актеров, декорации, сценографию, даже свет на сцене.

Режиссером Валитов был нестрогим. Когда актеру волю даешь, у него так фантазия разыгрывается! Он считал: не надо актера прижимать. Но и направлять деликатно к своей цели тоже нужно. Если режиссер не знает, чего хочет, актер это заметит сразу.

А как артист выкладывался по полной: без абсолютной отдачи никто тебе не поверит. Есть, конечно, «технические» актеры: сыграно вроде все правильно, а души нет. Он таких видел и сделал печальный вывод: многие из тех, кто проживает жизнь на сцене по-настоящему, долго в реальности не живут. Сцена забирает человека...

После спектакля чувствовал себя как труженик, выполнивший тяжелую работу. Садился за руль и потихоньку возвращался к действительности. Дом, тишина тоже помогали. Когда-то много читал: в тяжелые времена, когда даже керосина для лампы не было, «Два капитана», например, при лунном свете, у окна. Овец пас — всегда на пригорке рядом книжка лежала.

В Башкирском драмтеатре много молодых талантливых актеров. «Меня это просто удивляет: денег мало, работы по горло… А они работают день и ночь. Значит, любят. Я очень их уважаю. Ничего особенного не требуют, как-то устраивают свою жизнь сами. И работают», — делился Загир Суфиянович. А о себе сказал все-таки пророческие слова: сцене он отдал свою жизнь.