Путь к экономике высоких зарплат

На Дальневосточном форуме, состоявшемся в сентябре, президент РФ Владимир Путин обозначил конкретный курс: отечественная экономика должна стать экономикой высоких зарплат. В трех словах уместилась, можно сказать, многовековая мечта народов самой большой на планете страны, которую считают во всем мире богатейшей. Вроде бы понятнее уже не скажешь. Но как этого добиться? И к какому сроку? Взять и одномоментно повысить всем зарплату не получится — абсурдно. О том, как решить непростую задачу, рассуждает в беседе с нашим журналистом главный научный сотрудник Уфимского федерального исследовательского  центра РАН, член-корреспондент АН РБ, депутат Государственного собрания — Курултая РБ доктор экономических наук Рустем АХУНОВ.

— Рустем Ринатович, для начала «заглянем» с помощью Росстата в кошельки жителей Башкирии, ну и России тоже.

— Давайте заглянем. Прежде отмечу, что в экономической статистике различаются понятия дохода и заработной платы. Зарплата — это часть дохода, для трудоспособного населения, как правило, основная. Кроме зарплаты в доходы населения принято включать пенсии, социальные пособия, стипендии; доходы от собственности (сдача недвижимости в аренду, банковские депозиты, дивиденды от акций); доходы от предпринимательской деятельности. Есть и методологические особенности расчета доходов и зарплаты. Значение зарплаты в статистике выше, чем значение дохода. Дело в том, что зарплата в экономике считается для занятых наемным трудом, а доходы населения считаются на душу населения, включая, соответственно, и тех, кто не работает, например, детей.

Таким образом, если работающему человеку, получающему зарплату, удается не только потреблять, но и сберегать для будущего, то кроме пенсионного обеспечения в старости человек может иметь дополнительный доход в виде доходов от собственности, например, в виде депозита в банке.

От зарплаты до зарплаты

Однако, по данным опросов и статистике Банка России, около 60 процентов населения не имеет сбережений.

— То есть живет от зарплаты до зарплаты?

— Да, доходов хватает только на текущее потребление. Если продолжить структурировать население по доходам, то получим, что из оставшихся 40 процентов условно 30 — средний класс. Надо заметить, речь идет только о российском обществе. Это показывают исследования Высшей школы экономики и Росстата. Как определяется средний класс? Существуют разные методики оценки. По методике Всемирного банка, к примеру, у его представителей средний ежемесячный доход в полтора раза выше медианного дохода. Полагаю, основываясь на таком подходе, речь идет примерно о 80 — 90 тыс. рублей для жителей нашего региона. Возможно ли сберегать с таким уровнем дохода? Я бы не стал говорить, что это активные инвесторы, поскольку они свои сбережения направляют главным образом на покупку товаров первой необходимости и длительного пользования и имеют определенные сбережения. Средний размер депозита у них, предположительно, до 1 млн рублей.

Если же руководствоваться более строгими критериями отнесения людей к среднему классу, то к ядру среднего класса следует отнести тех, кто имеет устойчивый официальный доход, квалифицированную занятость, наличие долговременных сбережений и возможность без критического ущерба бюджету осуществлять такие траты, как отпуск, покупка необходимой техники. Тогда мы сужаем долю среднего класса региона до 15-20 %.

Около десяти процентов населения имеет высокие доходы. Эти люди могут позволить себе участвовать в более сложных финансовых инструментах, например, инвестировать в фондовый рынок, приобретать в инвестиционных целях недвижимость, драгоценные металлы. Часть из них имеет предпринимательские доходы, и, как правило, у таких лиц инвестирование связано со своими бизнес-проектами.

К сверхбогатым можно отнести один процент населения. Полагаю, что эта категория инвестируют средства за периметр республики. Их ежемесячные доходы составляют, по умеренным прикидкам, от 5 до 10 млн рублей.

— Вы уточнили выше, что названные цифры относятся только к российскому обществу. По утверждению социологов, в стране в 2024 году вырос так называемый коэффициент Джини, показывающий степень неравномерности распределения доходов населения, также увеличился коэффициент, отражающий разрыв между 10 процентами населения с самыми высокими доходами и 10 процентами с самыми низкими — они различаются в 15,1 раза. Международная практика показывает, что «здоровье» общества нормализуется при разнице в 5 — 8 раз. Кстати, в СССР зарплата директора завода превышала заработок квалифицированного рабочего всего в четыре раза! Но вот последняя статистика, опубликованная 21 января в «Российской газете»: за прошлый год специалисты по управлению персоналом стали получать на 44 процента больше, высший и средний менеджмент — на 40 %, в первую десятку вошли также финансисты и бухгалтеры, административный персонал, есть представители науки, образования, туризма. В целом у 28 процентов опрошенных зарплата выросла, у 33 изменений не было. Это же идет вразрез с международной практикой и, более того, ухудшает коэффициент Джини.

— Разложим эту статистику по полочкам. Курс на экономику высоких зарплат сегодня востребован как никогда. Но претворять это нужно комплексно и взвешенно, основываясь на научных расчетах. Без повышения производительности труда достичь цели сложно. Для этого необходимо инвестировать в человеческий капитал: повышать образовательный уровень населения, на полную включить «зеленый свет» внедрению новых технологий, поддержать инновационную деятельность предприятий. Огромный вызов сегодня — развитие искусственного интеллекта. Сейчас идут серьезные дискуссии о том, насколько он заместит рабочие места, пока занятые людьми. И поверьте, это не просто рассуждения, это реальность.

Что касается дифференциации доходов, то здесь нужно быть честным: разрыв в 15 раз — это не просто цифра, это социальная проблема. Когда люди видят, что их труд оценивается в разы ниже, чем труд управленцев и финансистов, это подрывает мотивацию. Я бы сказал даже больше: это создает ощущение несправедливости, которое со временем может привести к социальному взрыву. Сегодня запрос на справедливость — один из основных в российском обществе. В Башкирии проблема стоит остро в части разрыва между доходами в столице и селом. Это приводит к активной миграции сельских жителей, особенно молодежи, в города. Как результат, села вымирают.

Как повысить пенсии

Что касается зарплат в экономике в последние два года, то статистика демонстрирует ее рост. Причем рост в реальном выражении. Причина кроется в так называемой гонке зарплат на фоне дефицита на рынке труда. Однако считаю, что рост зарплат в текущем году приостановится. Не исключаю сокращения затрат предприятий на персонал.

— А как повысить пенсии? Пока они — предмет насмешек и тема для анекдотов.

— В экономике все взаимосвязано: увеличится зарплата — повысятся поступления НДФЛ, следом окрепнет бюджет, а значит, появится возможность увеличить пенсии. Можно серьезно подпитать бюджет за счет повышения налогов на доходы тех самых сверхбогатых, которые входят в тот самый один процент. Я понимаю, что это звучит как популизм, но это не так. Это вопрос справедливости и экономической целесообразности. Когда один процент населения аккумулирует доходы в десятки миллионов рублей в месяц, а может, и в час, а пенсионер получает 20 — 25 тысяч, то это не просто вопрос несправедливости — это вопрос экономической разумности и необходимости налогового перераспределения доходов.

Кстати, многие страны идут на это. К примеру, Великобритания в последние годы пошла на этот шаг. Какой результат? Богатые люди сменили резидентство на Арабские Эмираты. Не все оказалось так просто.

— За девять месяцев прошлого года начисленная в Башкирии зарплата в среднем составила 72,2 тыс. рублей, и при этом более трети работающего населения — 34,8 процента — получают меньше 45 тыс. рублей. Башкирия (по итогам 2024 года) на 49-м месте среди регионов РФ и на пятом в ПФО по денежным доходам на душу населения со значением 36,5 тыс. рублей в месяц. Выступая несколько лет назад перед предпринимательским сообществом в Уфе, ученый-экономист из Московского финуниверситета Рафаэль Фаттахов затруднился объяснить, почему в регионе низкий уровень зарплат, и сделал предположение, что наши работодатели просто жадны. Как вы относитесь к такому мнению авторитетного профессора?

— Рафаэль Фаттахов — наш уважаемый земляк, известный ученый-экономист, но я бы не согласился с такой упрощенной оценкой. Я думаю, что он пошутил. Дело, конечно, не в жадности работодателей, дело в структуре экономики нашего региона и в исторически сложившихся условиях.

Я объясняю низкий уровень доходов населения Башкирии  относительно высокой долей сельского населения.

Башкирия — это регион с мощной промышленной базой, сосредоточенной главным образом в городах. А доходы на селе, как правило, ниже городских. Почему? Не потому, что в селе хуже работают, а потому что там иначе устроены рынки и экономика. Там больше рабочих мест в сельском хозяйстве и бюджетной сфере: школы, детсады, ФАПы, социальные учреждения, администрации, где зарплаты часто ниже, чем в отраслях с высокой добавленной стоимостью — IT, финансы, промышленность, услуги, которые сосредоточены в городской местности. Сельское хозяйство зачастую дает меньшую производительность, поскольку зависит от погоды, сезонности, меньшей технологичности, а значит, и зарплаты там ниже.

Но это не должно быть оправданием! Это вызов. Нам нужно менять структуру сельской экономики. Нужно развивать переработку, нужны инвестиции в повышение производительности труда, нужна государственная поддержка аграрного бизнеса, который мог бы создавать рабочие места с более высокой зарплатой.

Что касается цифры в 72,2 тыс. рублей — это среднее арифметическое, что искажает реальную картину. Когда треть работающих получает менее 45 тысяч, это значит, что есть люди, которые получают намного больше, и это завышает среднее значение. Реальная медианная зарплата в Башкирии, я полагаю, ближе к 50-55 тыс. рублей.

— В вашем телеграм-канале, где вы пишете о социально-экономическом развитии Башкирии, сообщается, что в 2022 году доля зарплаты в ВРП составила 33,1 процента. В европейских странах показатель превышает 50 процентов. Кстати, в Советском Союзе он составлял 52 процента. Ходит байка, а может, и не байка вовсе, что в 90-е перестроечные годы, когда зарубежные инвестиции потекли в нашу промышленность, господа капиталисты предварительно поставили условие, чтобы доля зарплаты в ВВП России была не выше, чем в отсталых азиатских странах, — до 30 процентов, чтобы повысить дивиденды по своим акциям. Похоже ведь на правду?

— Это не байка, это реальность, которую мы переживаем уже более 30 лет. Разница в процентных пунктах между СССР и современной Россией — это не просто статистика, это отражение кардинального изменения модели распределения национального дохода. О влиянии иностранного капитала и таких выдвигаемых условиях не могу судить, но очевидно, что в 90-е годы от России иностранцам был нужен доступ к дешевым сырьевым ресурсам и низкооплачиваемой рабочей силе.

Справедливости ради отмечу, что доля оплаты труда в ВВП в современной России в 2025 году находилась в диапазоне 40-45 процентов, то есть показатель приближается к уровню высокодоходных стран.

В советской экономике, несмотря на все ее недостатки, была заложена идея справедливого распределения. Доля зарплаты в национальном доходе (так тогда назывался ВВП) превышала 50 процентов, и это означало, что основная часть созданного богатства шла на оплату труда. Но мы жили в условиях другой экономики, основанной на иных принципах.

Сейчас мы видим результат: доля зарплаты в ВРП в Башкирии — 33,1 процента. Это означает, что две трети созданного в экономике распределяется между капиталом, прибылью организаций и рентой. Это следствие сложившейся структуры экономики региона, где высокий удельный вес занимает нефтедобыча и переработка нефти. К примеру, в нефтедобывающем Ханты-Мансийском автономном округе доля оплаты труда в ВРП составляет около 20 %. В сырьевых отраслях производительность труда может быть высокой, но зарплаты остаются низкими, потому что основной доход идет в виде ренты собственникам ресурсов. Таким образом, важно не само значение доли в общем показателе, а как эта доля отражается на сравнительном уровне заработных плат и доходов в экономике.

Уважение к труду несмотря ни на что

— Академик Валентин Занин утверждает, что средний американец производит товаров и услуг в год на 15,5 тыс. долларов в год, средний россиянин — 15,24 тыс. (тоже в долларах). При этом нам внушают, что в стране низкая производительность труда. Или на самом деле все не так плохо?

— Цифры Валентина Занина — это очень интересное наблюдение, и оно требует детального разбора. Полагаю, что здесь речь идет о какой-то оригинальной методике оценки производительности труда. Те оценки, на которые опираюсь я, предполагают существенный разрыв в уровне производительности труда двух стран, превышающий 2-2,5 раза в пользу американской экономики.

Производительность труда в России все-таки низкая. Но это не означает, что россияне работают гораздо хуже, чем американцы. Это означает, что они работают с устаревшим оборудованием, в условиях относительно низкого спроса, без инвестиций в развитие, без инвестиций в людей за редким исключением.

В производительных экономиках выше инвестиции в работника и качество оборудования, выше проникновение информационных технологий, выше доля высокопроизводительных отраслей и компаний, глубже цепочки добавленной стоимости.

— Известный социолог, главный научный сотрудник Института социологии РАН Жан Тощенко приводит результаты опроса россиян. На вопрос, прекратили бы вы работать, будь такая возможность, только восемь процентов ответили «да». Остальные ответили, что без работы, без труда не мыслят жизни. Ну как таким людям не платить достойную зарплату?

— Знаю Жана Терентьевича лично, с большим интересом изучаю его труды. Такой ответ россиян означает, что в стране, несмотря на все системные изменения, сохранилась трудовая этика, уважение к труду. 92 процента людей, которые хотят работать, — это огромный потенциал. Это означает, что люди готовы трудиться, они хотят быть полезными, они ценят работу как смысл жизни. Это наследие советской культуры, где труд считался честью и достоинством. А вот подрастающая молодежь уже иная, но это тема отдельного разговора.

Правильная логика здесь следующая, на мой взгляд: если человек готов работать, если он мотивирован, если он верит в смысл своего труда, то инвестиция в его зарплату окупится многократно. Он будет работать лучше, он будет более инновационным, в конце концов, он будет более лояльным к работодателю.

Таким образом, мне представляется, что курс на экономику высоких зарплат — это не просто экономическая необходимость, это инвестиция в будущее страны. Как же реализовать такой курс?

Рецепты достаточно понятны и известны. Прежде всего через повышение производительности труда — через инвестиции в технологии, образование, инфраструктуру, инвестиции в здоровье людей. Далее отмечу справедливое перераспределение доходов — через прогрессивное налогообложение, повышение налогов на сверхвысокие доходы. Одновременно с этим — поддержка сельского хозяйства и сельских доходогенерирующих инициатив. Достойные пенсии, пособия, стипендии — результат эффективной и производительной экономики вкупе с разумной социальной политикой.