Память и вера держат мир

Выставка «Мои откровения», приуроченная к 85-летию мастера, стала чем-то вроде возвращения домой, возвращения символического, но оттого не менее настоящего. В 1990-е годы Зуфар Гаянов все больше обращался к национальным истокам, стремясь услышать голос предков в древних сказаниях. Искусствовед, заместитель директора музея по научной работе Светлана Игнатенко точно подметила: культурологические ценности человечества подвели художника к освоению выдающегося пласта национальной культуры — башкирских эпосов.

В этих поисках он не уходил в прошлое, а, напротив, искал в нем опору для настоящего — ту самую твердую почву, на которой держится искусство.

В 1981 — 1987 годах Зуфар Гаянов возглавлял этот музей, и именно под его руководством завершилась первая в истории реконструкция здания купца-лесопромышленника Михаила Артемьевича Лаптева: к особняку пристроили новое здание фондохранилища. Пристройка была выдержана в духе классицизма — и этот строгий стиль, словно отголосок прежних времен, органично дополнил модерн главного дома. Как сказала Светлана Игнатенко, она не нарушила гармонии «купеческого гнезда»: элементы классицизма позволили новому объему естественно вписаться в ансамбль. И вот теперь в этих стенах, появившихся при участии самого Гаянова, звучали слова о нем.

Особую теплоту вечеру придало присутствие людей, знавших Зуфара Гаянова при жизни. Среди них был и Верховный муфтий, председатель Центрального духовного управления мусульман России Талгат Таджуддин, с которым художника связывали долгие годы дружбы, взаимного уважения и понимания.

А главным голосом памяти в тот вечер стала Роза Габдулхаевна Файрузова — вдова художника, ученый секретарь музея и, прежде всего, хранительница его наследия. В ее словах была спокойная, упрямая верность тому, что было дорого ее мужу. И в знак этой верности она подарила Талгату Таджуддину Коран, написанный вручную, и две работы Зуфара Гаянова в стиле шамаиль. Эти работы родились в тот период, когда художник пришел к простой и глубокой мысли: все в мире подвержено переменам, но есть вещи, им не подвластные, — Память и Вера. Ведь они даны человеку Любовью, а это и держит их в человеческом сердце. В этих двух «письмах к Богу» словно уместилась вся философия мастера: искусство не борется со временем, а оставляет в нем свой след.