

Продолжение. Начало в № 37 (30022) от 2 апреля 2026 г.
В штурме форта № 6 «Королева Луиза» участвовал наш земляк Иван Полунин, уроженец Кармаскалинского района. После гибели командира взвода и роты сержант Полунин возглавил штурмовую группу и ворвался на территорию укрепления.
Он принудил оборонявших форт немцев к сдаче в плен и даже будучи раненым не покинул поле боя.
Форт № 6 был взят за считаные часы. За этот подвиг Ивану Полунину в числе семи отличившихся бойцов было присвоено звание Героя Советского Союза.
Штурмовать укрепления форта помогала батарея 152-мм самоходных орудий под командованием старшего лейтенанта Александра Космодемьянского, родного брата Зои Космодемьянской. Он погиб 13 апреля в районе поселка Лесное под Кенигсбергом и был посмертно удостоен звания Героя Советского Союза. Позже на месте его гибели установят памятный знак, а затем памятник.
— В 17 лет Александр Космодемьянский окончил Ульяновское танковое училище. Полк, в котором он служил командиром танка, воевал против полка, солдаты которого казнили его сестру. Лейтенант Космодемьянский отличился в боях за Белоруссию и к моменту взятия Кенигсберга был награжден орденами Отечественной войны I и II степени. Мама двух героев Любовь Космодемьянская потом напишет книгу «Повесть о Зое и Шуре». Там приводится последнее письмо сына из Восточной Пруссии, написанное 1 апреля. Похоронен он в Москве на Новодевичьем кладбище рядом с сестрой, — отмечает Андрей Янкин.
Андрей Янкин показывает архивную фотографию, на которой шестеро военнослужащих. Как свидетельствует подпись, это участники штурма Кенигсберга со своим командиром полка. Найти этот снимок помогла заведующая отделом истории края Национального музея РБ Вера Макарова.
— Крайний левый в верхнем ряду — младший сержант, командир отделения Антон Саламаха. Когда брали форт, он вместе с Бабушкиным был в подземелье, а до этого входил в штурмовую группу Ишкинина. После войны он вернулся на родину в Херсонскую область, всю жизнь работал в сельском хозяйстве. Скончался в 1998 году, — рассказывает Андрей Янкин.
Рядом старший сержант, помкомвзвода Василий Горовой, отличившийся в уличных боях. После войны он работал председателем райсовета у себя на родине. Его не стало в 1950 году. Похоронен в Белгородской области, и его имя теперь носит родное село.
Крайний справа — командир батареи Алексей Шубин. При жизни ему установили две мемориальные доски — в Калининграде и на станции Барабинск в Сибири, где он работал в депо. Он единственный, наверное, кто прошел весь боевой путь дивизии от формирования до Победы. Скончался он в 1982 году в Днепропетровске.
В нижнем ряду слева — капитан Роман Бабушкин. В 1947 году он будет демобилизован и направлен на работу в систему МВД Башкирии, где прослужит 26 лет. Был начальником исправительно-трудовой колонии № 9 в Уфе. В конце 1940-х это был лагерный пункт, где содержались пленные. Под охраной Бабушкина скорее всего находились и те, кто был пленен в Восточной Пруссии.
— Я Романа Романовича видел неоднократно, слушал его выступления, но подойти к нему и просто пообщаться постеснялся, — вспоминает Андрей Янкин.
В центре — командир полка полковник Василий Брюханов, профессиональный военный, прослуживший почти 30 лет. После демобилизации жил в Краснодарском крае.
Справа от него — лейтенант Ишмай Ишкинин. После войны он женился, вернулся домой в село Ишимово Мишкинского района, работал в колхозе. В семье было шестеро детей. В 1964-м трагически погиб и был похоронен в родном селе. Через год жена с детьми уехала в город Сталино (ныне — Донецк), и следы семьи затерялись. Односельчане помнят своего героя, на его могиле установлен памятник.
Несколько слов надо сказать и о дивизии, в составе которой воевали наши земляки. Полное ее наименование звучит так: 126-я стрелковая Горловская дважды Краснознаменная ордена Суворова дивизия.
Свой боевой путь она начала летом 1941 года. Героически билась с наступающим врагом и почти вся погибла. Формирование новой дивизии шло в городе Ворошилове (ныне — Уссурийск), и она именовалась Ворошиловской. После вручения боевого знамени дивизия стала называться 126-й стрелковой дивизией. Командиром был назначен полковник Владимир Сорокин. Боевое крещение дивизия приняла под Сталинградом, прикрывая под станцией Абагнерово отход на новые позиции 64-й армии.
«Мне позвонил командующий 64-й армии Шумилов и сказал: «На тебя вся надежда, выручай, держись, дорогой, до последнего вздоха держитесь! Иного выхода нет. Любой ценой сдерживайте танки, отсекайте от них пехоту. Главное — держаться! Час продержитесь — хорошо, два — лучше, три — при жизни вам памятник поставим!» — писал в воспоминаниях Владимир Сорокин.
— Дивизия держалась целые сутки — немцы думали, что им противостоит целая армия. Из боя вышли около 400 человек. Полковник Сорокин, раненый и контуженый, попадет в плен. После войны за этот бой его наградят орденом Ленина, — говорит Андрей Янкин.
20 ноября 1942 года дивизия примет участие в контрнаступлении под Сталинградом. На рассвете 4 сентября 1943 года с боями ворвется в Горловку и освободит город. В ознаменование одержанной победы дивизия стала именоваться Горловской. Потом были бои за Мелитополь, освобождение города Армянска и Крыма. В августе 1944 года дивизия бьется с врагом под городом Шауляй, 6 апреля 1945 года штурмует Кенигсберг. День Победы она встретит в боях под Данцигом (ныне — Гданьск).
После войны дивизию передислоцируют в Крым, штаб ее разместится в Симферополе. В 1996 году указом президента Украины она будет расформирована, а в 2015 году — вновь создана указом президента России. Сейчас она именуется 126-й бригадой береговой охраны с сохранением знамени, наименования и орденов.
Одним из самых маленьких участников штурма Кенигсберга была семилетняя девочка Вера Иванова.
— Родилась она в 1937 году в городе Торопец Тверской области. В 1941 году город заняли немцы, но в январе 1942-го он был освобожден. Отец Веры погиб на фронте. Мама, Аксинья Васильевна, узнав об этом, ушла добровольцем и стала поваром в 272-м стрелковом полку. Дочку она взяла с собой, и та помогала ей на кухне и в медсанбате. Аксинья Васильевна погибла в 1944 году в Восточной Пруссии, и бойцы оставили Веру как дочь полка, — рассказывает Андрей Янкин.
В ходе боев за Кенигсберг в штаб полка, где в это время находилась Вера, попал немецкий снаряд. Девочка не пострадала. Услышав стоны раненых, она нашла индивидуальный пакет, перевязала одного из них, на бинты для второго пустила свою нижнюю рубашку. Потом добралась под обстрелом до протекающего неподалеку ручья, набрала в каску воды и напоила раненых. После этого побежала искать санитаров, привела их и тем самым спасла жизнь командира батальона и одного из бойцов.
За совершенный подвиг Вере была объявлена благодарность. Позже девочка была награждена медалью «За боевые заслуги».
— Война закончилась, и 1 сентября 1945 года Вера Иванова пошла в первый класс. На груди у нее сияли три медали — «За боевые заслуги», «За победу над Германией» и «За взятие Кенигсберга». Позже она окончила медучилище, всю жизнь работала медсестрой. Вышла замуж, родились дети. Прожила Вера Иванова 60 лет и скончалась в 1997 году, — отмечает Андрей Янкин.
У писателя Сергея Баруздина есть книга «Вежливый бычок», а в ней замечательный рассказ «Сложное поручение».
— Многие этот рассказ читали, и я тоже. А вспомнил я его, когда оказался в зоопарке Калининграда. В апреле 1945 года на его территории шли жестокие бои. Каким-то чудом уцелело несколько животных, в том числе бегемот по имени Ганс, получивший осколочное ранение и семь пулевых.
От страха и боли он спрятался в луже. Кто-то доложил в комендатуру, что бойцы нашли в зоопарке какую-то большую свинью, похожую на Геринга, ведут над ней суд и, наверное, хотят расстрелять. Один из офицеров воскликнул: «Вы что, это же бегемот! Их на всю Европу всего шесть, надо спасать животное!» Тут же помчались в зоопарк и объяснили ситуацию бойцам, — рассказывает Андрей Янкин.
Но как вытащить бегемота из лужи и чем лечить? Обратились к немецкому населению, и пришел один старичок. Он посоветовал дать бегемоту молока и водки, чтобы он успокоился. Бойцы открыли животному пасть и вылили туда ведро молока, а затем водки. Ну и себя, конечно, не забыли, а потом, смеясь, говорили: «Ведь никто не поверит, что мы выпивали вместе с бегемотом».
— Чуть позже нашли зоотехника, которого звали Владимир Полонский. Он предложил покормить бегемота свеклой. Натерли — не ест, разбавили водкой — поел, и так почти неделю. Для его лечения нашли даже дефицитный пенициллин и выходили животное. Благодарный бегемот ходил за Полонским как поросенок, катал его на себе. За это друзья прозвали его комендантом бегемота. Сохранилось фото, на котором Полонский сидит на своем подопечном, — говорит Андрей Янкин.
В завершение добавим, что именно в Восточной Пруссии Александр Твардовский написал последние главы книги «Василий Теркин». Точка была поставлена в ночь с 8 на 9 мая 1945 года в городе Тапиау (ныне — Гвардейск).
— Пять лет назад я был в Гвардейске и познакомился с сотрудниками централизованной библиотечной системы имени Твардовского. Впоследствии знакомство переросло в сотрудничество с нашей библиотекой. Тем более что Александр Твардовский дружил с Мустаем Каримом, а книга «Про бойца» была переведена на башкирский язык, — подытоживает Андрей Янкин.
Как будто мы уже в походе,
Военным шагом, как и я,
По многим улицам проходят
Мои ближайшие друзья;
Не те, с которыми зубрили
За партой первые азы,
Не те, с которыми мы брили
Едва заметные усы.
Мы с ними не пивали чая,
Хлеб не делили пополам,
Они, меня не замечая,
Идут по собственным делам.
Но будет день — и по разверстке
В окоп мы рядом попадем,
Поделим хлеб и на завертку
Углы от писем оторвем.
Пустой консервною жестянкой
Воды для друга зачерпнем
И запасной его портянкой
Больную ногу подвернем.
Под Кенигсбергом на рассвете
Мы будем ранены вдвоем,
Отбудем месяц в лазарете
И выживем, и в бой пойдем.
Святая ярость наступленья,
Боев жестокая страда
Завяжут наше поколенье
В железный узел навсегда.
Константин Симонов.
1938 год.









