Как «инженеры человеческих душ» стали «сантехниками»

Советское общество ушло от нас в туманную даль прошлого. Новые поколения россиян могут судить о нем по оставшимся свидетельствам. В первую очередь это произведения искусства — романы, рассказы, пьесы, кинофильмы, картины, архитектурные сооружения.

Производственный роман — это не всегда скука

Соцреализм по своим масштабу и глубине завоевал мировую известность. Когда современный человек слышит о методе соцреализма, у него сразу возникают две мысли. Первая, которую он впитал вместе с антисоветским духовным коктейлем, каким поят в современных школах, сводится к тому, что соцреализм — скучные произведения на производственные темы, создававшиеся писателями-конъюнктурщиками в угоду партии, ради карьеры и денег. Мнение это очень глупое, потому что художников-конъюнктурщиков не меньше и при капитализме, а может, и больше. Мало ли сегодня в России тех, кто строчит дешевые детективы и боевички ради рыночного успеха? Но такие авторы не имеют никакого отношения к подлинному искусству. Мы ведь не судим о литературе пушкинской эпохи по сочинениям Фаддея Булгарина. Вот и о литературе социалистического общест-ва нужно судить не по серым производственным романам премированных графоманов, а по творениям лучших художников того времени — Маяковского, Горького, Алексея Толстого, Шолохова, Гладкова, Симонова, Островского, Твардовского, Кочеткова. Их творческая мощь признана даже теми, кто не разделяет их идеи.

Нобелевский комитет, членов которого не заподозришь в симпатиях к коммунизму, был вынужден отметить высокой премией заслуги перед мировой культурой писателя-коммуниста Шолохова. Убеждение Шолохова в том, что писатель должен поставить свой талант на службу партии и трудовому народу, что литература должна быть партийной, как учил Ленин, оказывается (к ужасу либеральных критиков!), не мешало ему создавать шедевры. Не потому ли критики бросились доказывать, что Шолохов «Тихий Дон» не писал?

И вторая мысль, которая, наверное, появляется у современных людей при упоминании о соцреализме: «А разве реализмов может быть много? Правда же всегда одна. Как же может существовать какой-то социалистический реализм? Наверное, это тогда ненастоящий, необъективный реализм, если для него требуется оговорка «социалистический». Так, думаю, размышляют некоторые молодые люди.

Это уже вопрос более сложный. Для ответа на него сделаю теоретическое отступление.

Иконопись тоже полна сложных правил

Соцреализм — метод искусства общества социализма. И его невозможно понять без уяснения особенностей этого общества. А оно было очень непохожим на современное. Современное общество состоит из людей, которые живут своей частной жизнью, зарабатывают деньги, воспитывают детей, делают карьеру и объединяют усилия, лишь когда им это выгодно. Например, чтобы отразить нападение общего врага, противостоять эпидемии. Капиталистическое общество — разобщенное, атомизированное, у него нет объединяющей идеологии. Повсеместный культ денег и материального успеха не объединяет, а заставляет разъе-диняться, конкурировать. Единственный интегратор такого общества — национализм, ему на время удается «собрать людей воедино», но на почве ненависти к другим народам, и закономерный результат такого фальшивого единства — война.

Итак, современные общества — это общества тех, кто живет частными интересами. Такие люди были и в СССР, и их было немало, но они осуждались властью и официальной пропагандой. Их называли мещанами. Обвиняли в отсутствии высоких целей в жизни, в безнравственности, мелочности жизненной философии. СССР мыслился как страна, где люди должны быть соработниками в одном общем деле — строительстве лучшего, совершенного общества, где будет достигнут идеал социальной справедливости, построен коммунизм.

Искусство также служило этой цели. Предназначение социалистического искусства — показывать, как человек из простого обывателя, такого же, как все, маленького человечка превращается в Человека с большой буквы, строителя социализма, живущего ради счастья других, ради счастья далеких потомков. Современный американский литературовед Кэтрин Кларк даже писала, что сюжет соц-реалистического произведения развивается по модели инициации в традиционных обществах. Возьмите сюжет образцового романа в духе соцреализма «Как закалялась сталь» Островского. Его главный персонаж, Павка Корчагин, сначала никакой не герой, простой подсобный рабочий на кухне. Но под влиянием большевика Жухрая он пропитывается идеалом общего счастья и ради него жертвует всем — любовью, здоровьем. И даже став инвалидом, все равно хочет быть полезным обществу, внести свой вклад в строительство коммунизма.

В соцреалистическом искусстве обязательно наличествует какая-то условность, искусственность. В нем, как в искусстве классицизма (на эту параллель обратил внимание Синявский), были твердые правила: обязательное наличие положительного героя и злодея или несознательного лентяя-шалопая. Производство как сцена, на которой все происходит (вариация — революция или война), перерождение героя, его отказ от личной жизни и мещанского счастья. Но делала ли такая условность произведения искусства эстетически ничтожными? Нет, при наличии двух условий — таланта автора и веры в коммунистическую идеологию. Такое бывало в истории искусства. Иконопись, например, тоже полна сложных правил. Иконописец не может, к примеру, как угодно изображать святых, есть у них канонические изображения. Но если он приступает к делу с верой в тот идеал, который изображает, и если он одарен, получается подлинный художественный шедевр, который, кстати, тоже не только служит предметом любования, но и помогает людям на их духовном пути.

Однако после 50-х годов «красная вера» стала улетучиваться. Все больше людей в СССР переставало верить в коммунизм. Оттого и в искусстве соцреализма наступил кризис. Все больше стало беспомощных и конъюнктурных поделок, все меньше шедевров, сравнимых с творениями Шолохова, Толстого, Островского. Выход из этого кризиса был. Многие советские художники стали, не называя вещи своими именами, обращаться от соцреализма к классическому реализму — традиции, идущей от Льва Толстого, Гоголя, Пушкина, Шекспира. В 1960 — 1970-е годы в СССР жили и творили такие замечательные реалисты, как Распутин, Тендряков, Трифонов, Шукшин, режиссер Бондарчук, критик Кожинов. Классический реализм берет жизнь шире, сложнее. Он не всегда предлагает «в лоб» положительные образы. В «Ревизоре» Гоголя вообще нет положительных персонажей — одни взяточники-чиновники и вертопрах Хлестаков. Тем не менее произведение все равно внушает веру в лучшее, в добро. Классический реализм не предполагает, что обязательно должно возникнуть совершенное общество, но он ищет зерна гармонии в том раздерганном обществе, которое есть сейчас.

Чернушная «Интердевочка» — лучший фильм года?!

Взлетом советской культуры стали 60 — 80-е годы. Мы и по сей день питаемся со стола того «пира богов», который имел место в эпоху, в насмешку названную застоем. А потом наступила перестройка, которую философ Зиновьев остроумно окрестил «катастройкой». Люди среднего и старшего поколения хорошо помнят, как в годы перестройки советские творцы — писатели, режиссеры, актеры, художники — в массовом порядке стали открыто, с истеричными покаяниями и проклятиями отрекаться от социалистического реализма, который они объявили идеализацией, «лакировкой» действительности в угоду партийной цензуре. Но отреклись они и от классического реализма. Наши творцы бросились в объятия направления, которое можно охарактеризовать как «новокапиталистический натурализм». За исключением самых рафинированных интеллектуалов, которые обратились к его изысканному собрату — постмодернизму. Фильмы, пьесы, романы и повести новоявленных адептов натурализма наполнили киллеры, проститутки, акулы подпольного мафиозного бизнеса, продажные милиционеры и чиновники. Вспомним хоть чернушную «Интердевочку», которая — страшно вспомнить! — была объявлена лучшим фильмом года! Никто не заметил, кстати, ее трагического конца, все восприняли книгу и фильм как апологию «интердевочек». Причем зачастую они изображались как «хозяева жизни», как те, кто «умеет жить», кто ухватил за хвост «птицу счастья». Были забыты заветы и старой русской классической литературы, жалевшей «униженных и оскорбленных», восстававшей в защиту угнетенных, и заветы литературы социалистического реализма. Борцы с несправедливостью, люди честные, чистые изображались дурачками, дело которых никогда не победит, которые только портят, ломают жизнь и себе, и другим. Сами истина и красота были с улюлюканьем изгнаны из искусства перестроечного натурализма. На место любви пришла эротика и «обнаженка», без которой теперь не обходился ни один фильм, на место красоты помыслов и речи — циничное пересмешничество и мат. Помню, вся страна обсуждала фильм «Маленькая Вера», в котором впервые с экрана прозвучала матерная брань.

Многие «инженеры человеческих душ» оказались примитивными «сантехниками». Только вчера воспевали созидательный труд и смычку трудового братства, теперь же внушали ошеломленному народу, что жизнь — это грязь и тьма, что ничего светлого и доброго в жизни нет, что единственное, что может сделать умный человек, — это, растаптывая других, слабых, взобраться наверх, купаться в грубых чувственных удовольствиях, шалеть от легких и больших денег.

И всё-таки традиции реализма возрождаются

Тем самым бывшие советские творцы подготавливали общество к самому дикому, отвратительному и циничному капитализму, который и пришел в 1991-м, заглотив и раздавив, как Молох, миллионы человеческих судеб, в том числе и тех писателей и режиссеров, которые сознательно ли, нет ли, готовили его приход.

Когда мы на собственной шкуре поняли, что такое общество, где доллар правит бал, кажется, наступило просветление в умах. Большинство пресытилось постмодернизмом и «чернухой». Возрождается традиция реализма в литературе. Это видно по творчеству таких современных писателей как Захар Прилепин, Сергей Шаргунов, Герман Садулаев, Роман Сенчин. Критики даже называют их «новыми реалистами». Примечательно, кстати, что все они — приверженцы левопатриотической идеологии, все с симпатией относятся к советскому прошлому. Одновременно массы охватывает ностальгия по всему советскому, появился интерес и к искусству соцреализма — живописи, кино, литературе. Хочется надеяться, что россияне еще откроют для себя глубинные смыслы соцреализма, возьмут от него лучшее и необходимое сейчас, и это поспособствует нравственному оздоровлению общества.