Пощадите Марьинку!

Простой, необычайно скромный человек Роман Каримов, работавший в объединении подростковых клубов «Октава», широкой общественности Нефтекамска стал известен в середине 90-х. Сам того не подозревая, он восстал тогда против бездействия властей, равнодушно взиравших на то, как садоводы и автолюбители, владельцы гаражей и кооперативов совершенно безнаказанно выбрасывали в Марьинку ненужный хлам. Он вместе с трудными подростками, детьми из неполных и малообеспеченных семей выуживал из речки тонны бытовых и производственных отходов, по ходу дела объясняя горожанам, что так делать нельзя, что Марьинка стала покрываться черной пленкой, а растения и животные — задыхаться без воздуха...

Убрали мусор — вернулись утки

Роман Галиевич стал публиковать в городской газете статьи о том, что пора бы озаботиться и без того сложной экологической ситуацией, печатал листовки о том, как речка превращается в сточную канаву, где хозяйничают крысы. И так семь лет. А когда в 2001 году ушел из «Октавы», то еще в течение 13(!) лет проделывал эту огромную работу на общественных началах.

Прознав о «каком-то старике с поворотом», задумавшем очистить реку на голом энтузиазме, на Марьинку с хмурым выражением лица как-то завернуло и городское начальство. Убедившись в «безопасности» его намерений, уехало восвояси да быстро о нем забыло.

«И зачем тебе это надо, если это никому не надо?» — сочувствовали друзья. «Кому и что ты хочешь доказать?» — издевательски крутили пальцем у виска недоброжелатели, наблюдая, как пенсионер с детьми «убивается» на погрузке машин. Сколько ходок сделали «КамАЗы» на городскую свалку, сколько тонн металлолома, мусора и прочего хлама за это время «Роман и его команда» выудили из речки вместе с вонючей хлябью!.. А действительно — сколько?

— Мы как-то с ребятами подсчитали — получился целый железнодорожный состав, вагонов 60, — смеется Роман Галиевич. — Вот и считайте, сколько это тонн. Где-то у меня записано (листает свою тетрадку). Вот, нашел — 800 тонн. За 20 лет 1035 мальчишек и девчонок участвовали в спасении Марьинки. Конечно, тут еще нужно поработать, но посмотрите — вернулись выдра и ондатра, дикие утки с утятами плавают и совершенно не боятся людей.

Вот так, не встретив поддержки среди взрослых, Роман Галиевич нашел ее у детей, не самых прилежных в учении и послушных в быту. Еще он рассчитывал, что объявленный президентом Год экологии как-то повлияет на сознание нефтекамских чиновников, и в жизни Марьинки наступит белая полоса. Увы, тогда, в 2017 году, продлилась черная.

Сегодня Роман Галиевич увлечен новой идеей обустройства Марьинки, которую ему подсказали горожане. Он решил создать санитарную зону. Сейчас берега поросли бурьяном и кустами, хотя территория имеет огромный рекреационный природный потенциал, который никак не используется. Там нет набережной, удобных спусков к воде. Место, где можно навести красоту, городские архитекторы просто проигнорировали.

Кто он, этот бессребреник?

Роман Галиевич Каримов родился 5 июня 1937 года в деревне Старый Кудаш Бирского уезда БАССР. О своем отце почти ничего не знает. В 1938 году тот был репрессирован, и с тех пор о его судьбе ничего не известно. В годы войны было голодно, но и в мирное время семья Каримовых лучших дней так и не дождалась. В 46-м году мать собрала всех четверых детей и в поисках лучшей доли уехала к родной сестре в узбекский город Катта-Курган. Через год мальчишку пришлось отдать в детский дом, а потом и вовсе оставить одного: мать решила вернуться в Башкирию, Рому ей не отдали.

О годах, проведенных в детдоме, Каримов рассказывает неохотно. Одному в чужом краю приходилось туго. Вспоминает, что впервые вдоволь наелся хлеба только в армии: служил в танковых частях на Западной Украине. После демобилизации поступил в плодоовощной техникум, но через год бросил, отдав документы в Самаркандский университет на филологический факультет. После его окончания работал в Катта-Кургане учителем русского языка и литературы вплоть до 1976 года. Это были годы, о которых он вспоминает с улыбкой. В кои-то веки у молодого парня появились карманные деньги. С тех пор он уже никогда не откладывал походы в кинотеатр или чайхану отведать настоящего узбекского плова вприкуску с легендарной самаркандской лепешкой.

В 1977 году Роман Галиевич приехал в отпуск в Башкирию погостить у матери да так и остался. Работал в деревне, а потом педагогом в Нефтекамской школе-интернате № 2 (бывший детдом). До прихода в ОПК «Октава» (1994 г.) он 17 лет пребывал в системе профессионально-технического образования. Семейная жизнь у Романа Галиевича не сложилась: единственный сын, с которым он долгие годы прожил в семейном общежитии, трагически умер в возрасте 40 лет.

О неписаных законах и менталитете

— Заниматься проблемами Марьинки вы начали уже после выхода на пенсию. Что вас подвигло взяться за эту непростую работу?

— Я был связан обязательством, которое когда-то дал хорошему человеку, экологу Николаю Егоровичу Пастухову. Он очень болел за будущее Марьинки, и его переживания каким-то образом оформились в мою задачу по спасению речки.

— К этой затее даже ваши друзья относились, мягко говоря, с недопониманием. Это не расстраивало?

— Знаете, когда я жил в детдоме, то видел, как узбеки из арыков берут воду, на которой потом готовили еду. Никому из них и в голову не приходило бросить в арык мусор. Так же, как никто из них не оскорбит гостя, не обидит старика, не бросит на землю хлеб. С детства я впитал эти неписаные законы. И когда в Нефтекамске увидел мужика, выливающего в речку помои, мой разум вскипел. Но что я мог поделать, если здесь так делают почти все.

— Вы 20 лет таскали из речки грязь… Вам спасибо хотя бы сказали?

— И не раз. Но Марьинкой городские власти серьезно никогда не занимались. Сейчас мне уж за 80, ноги болят, но если позовут, я бы снова поработал, как казаки охранного предприятия «Ягуар». Вот они молодцы, не только привлекли к очистным работам подрост­ков, но еще и приплачивают им.

— Что еще такое есть в нашем городе, что вызывает у вас неприятие?

— А разве у вас не вызывают неприятие курильщики, которые бросают окурки, куда попало? Я вот недавно стал свидетелем вопиющего случая, когда горящая сигарета, выброшенная из окна престижной иномарки, угодила прямо в детскую коляску. Люди, которые ведут себя по-хамски, остаются безнаказанными, общество смирилось — вот главная проблема.

Свин торжествующий

Как же можно не согласиться с главным чистильщиком города? У меня тоже есть твердое убеждение в том, что над природой и правилами поведения в обществе издеваются именно те, кто, не задумываясь, плюет в чужой колодец. Так поступают и их отпрыски. Брошенная мальчуганом мимо урны обертка от мороженого — следствие того, что так поступала его мама, бросая на землю смятый билет. А кучи мусора в лесу после пикников, срубленные перед Новым годом елочки, горы тех же окурков под балконами многоэтажек — из той же криминальной истории, которая вершится из года в год.

Говорят, во всем этом безобразии виноват менталитет. Но Марьинке от этого не легче. Пример детей из «Октавы» никак не повлиял на поведение взрослых.

Садовый мусор, автомобильные покрышки как выбрасывались, так до сих пор и выбрасываются прямо в речку. А значит, балом по-прежнему правит свин, который и дальше будет отравлять жизнь покорному большинству.