Меня в тот день удивило многое: и неожиданно возникшая парковка на подъезде к монастырю, и курсировавшие микроавтобусы — мирян любезно довозили до ворот монастыря; и шатры у его стен с приличным и недорогим общепитом; и медики, чьи услуги оказались востребованными. Но больше всего поразили полицейские — почти ангелы, только без крыльев…
Праздничный звон монастырских колоколов приветствовал появление Патриарха. Не всем прихожанам посчастливилось попасть в собор, но хорошая акустика позволила услышать молитвы и проповедь Кирилла. Паломники не спешили расходиться даже после окончания службы. Их собралось несколько тысяч. Были среди них и жители близлежащих деревень, где некогда служил священником дед Патриарха Василий Гундяев, и приезжие из Оренбурга, Челябинска, Екатеринбурга, Саратова, Татарии.
Люди любовались архитектурой, восторгались работой художников, строителей, монахов, которые восстанавливали монастырь под руководством митрополита Уфимского и Стерлитамакского Никона, наместника монастыря игумена Варлаама. Благодарили тех, кто жертвовал на возрождение монастыря личные средства. Кстати, Патриарх Кирилл наградил нашего земляка Геннадия Букаева за благотворительность орденом преподобного Серафима Саровского.
И еще я ощутил светлую искорку счастья, подаренную внуком. Когда мы всей семьей зашли испить ароматного травяного чая в трапезной, к нам подсела незнакомка. Лицо ее лучилось радостью.
— Как-то неловко получилось, — улыбалась она, — отдала сорок рублей за буханку монастырского хлеба, да замешкалась и осталась ни с чем — подошел мужчина, забрал последнюю краюху. Видимо, Бог счел, что так справедливее.
Внук Филлип неожиданно произнес:
— Бабушка, давай угостим тетю хлебом.
Супруга достала из пакета еще горячую монастырскую буханку, протянула Филлипу:
— Угощай.
Случайная соседка, прощаясь, обратилась к внуку:
— Сынок, тот, кто делится хлебом, хороший человек. Им делился Христос во время Тайной вечери. Как тебя зовут? Я буду молиться за тебя.