Скажи-ка, дядя, ведь не даром...

Молодые люди с коробочками для сбора пожертвований давно стали привычной частью городского пейзажа. «Помогите ребенку!» — с горящими глазами обращаются они к прохожим в самых людных местах. Одни, отводя взгляд, спешат мимо, другие добросовестно лезут в кошелек.

Доходит ли оно по адресу — добро, которое творят вот так, на ходу?

Совершенно секретно

На первый взгляд, выглядит все достаточно убедительно. «Вот, пожалуйста, вся информация о больном ребенке, фотография, диагноз, — паренек на Центральном рынке с готовностью протянул мне контейнер, чтобы можно было рассмотреть помещенный на нем текст: — У нас все документы в порядке». Отвечать на расспросы особо недоверчивых сборщики пожертвований не отказываются. Хотя знают (или хотят рассказать?) они, увы, немного.

К примеру, как называется благотворительная организация (или, возможно, их несколько?), так и осталось тайной за семью печатями. «Не знаю, я здесь первый день работаю…», — смутился парень, собирающий деньги на оживленном перекрестке. «Мы не организация, мы движение волонтеров», — предложила другую версию бойкая девушка. Но у организации или движения наверняка есть сайт в интернете, где можно прочитать о проделанной работе, увидеть какие-то реквизиты? Оказывается, сайта нет, хотя помогают они уже далеко не первому ребенку. А обратиться к ним родители больных детей могут? Увы и ах — тоже нет.

«Выйти на нас нельзя. Семьи, нуждающиеся в помощи, находим только сами — через социальные сети, через больницы», — поясняет один из волонтеров. «Мы к ним на дом выезжаем, все сами проверяем, чтоб никакого обмана!» — добавляет второй. «Не мы, а организаторы», — уточняет третий, однако телефоны организаторов узнать опять-таки нельзя. Одна из девушек после такого крамольного вопроса, похоже, была уже готова убежать от меня. А другая откровенно возмутилась:

— Знаю я этих проверяльщиков — все выспросят, все бумаги прочитают, маме ребенка позвонят, а денег все равно не дадут! Кто не доверяет — и не надо, ничего доказывать не собираемся. Дело добровольное! Кстати, вы жертвовать-то на ребенка будете или как?

Почём нынче добро?

Жертвуют на улицах очень хорошо, заверили меня все опрошенные волонтеры. Гораздо лучше, чем при сборах через социальные сети или ящики в магазинах. Глядя, как охотно милосердные граждане отдают свои кровные, я этому вполне поверила. На моих глазах за десять минут в один из контейнеров перекочевали три пятидесятирублевые купюры и горстка монет. «С моей легкой руки вы сегодня много соберете!» — предсказывает пожилой мужчина, открывая кошелек. Симпатичная девушка с контейнером улыбается и благодарит. Я порадовалась за нуждающегося в помощи малыша: наверняка денежки на лечение текут к родителям рекой.

Кстати, как выяснилось, глаза у волонтеров горят не задаром: на уфимских сайтах нетрудно найти объявления, предлагающие работу «в сфере благотворительности». Оплата «стояния с коробом в фирменной футболке» (цитирую объявление) — 150 рублей в час, а стоять нужно по четыре часа в день. За месяц получается весьма неплохая подработка: по словам ребят, выходят на улицы они почти каждый вечер.

Вообще-то волонтерами называют тех, кто занимается общественной деятельностью бесплатно, так что это благородное звание сборщики денег присвоили себе явно не по праву. Впрочем, какая разница? Главное, что детишкам помогают. А неведомые организаторы, надо думать, оплачивают их работу из своего кармана — ведь не из собранных же на лечение средств! Но об этом чуть позже.

Зато люди душевные

Мы решили проверить информацию об одном из тех детей, чьи имена и фотографии фигурируют в уфимской уличной благотворительности. Оказалось, тут все без обмана — существует и мальчик, и его диагнозы, и публикации в СМИ, и группы помощи в социальных сетях, регулярно отчитывающиеся о собранных средствах. Правда, живет семья не в Башкирии, а почти за тысячу километров.

Мама больного мальчика рассказала, что представитель безымянного благотворительного фонда из Уфы позвонил ей по телефону и предложил помощь в сборе денег. Она, конечно, согласилась: любая копейка дорога. Предоставила всю информацию о ребенке, какую попросили. Деньги ей обещали пересылать по мере накопления.

За два месяца сборов она получила из Уфы два перевода на карту: две тысячи и две с половиной тысячи рублей. «Они говорят, в городе сейчас морозы, деньги собираются плохо, — пояснила мама мальчика. — Но все равно спасибо им за труд! И люди такие душевные: периодически звонят, про здоровье сына расспрашивают. А то мошенников сейчас знаете сколько? Даже на больных детях наживаться не совестно!»

Женщина знала, о чем говорит: несколькими месяцами раньше кто-то создал группу в «ВК», воспользовавшись фото и документами ее малыша, а реквизиты для сбора средств подставил свои. Пока родители больного мальчика обнаружили фальшивку, неведомые «благодетели» собрать успели немало.

А теперь вернемся к тем самым душевным людям из Уфы. Дело у них, судя по всему, поставлено на широкую ногу и «благотворительностью» отнюдь не ограничивается. Телефоны, по которым предлагается работа для «волонтеров», мелькают и в куче других объявлений: о сдаче квартир посуточно, услугах автомойки, уборке помещений и т.п. Если четыре-пять волонтеров, стоя с коробками по четыре часа в день, наскребают для отправки по назначению две тысячи рублей в месяц, то куда девается остальное? Складывается впечатление, что благотворительность для кого-то — весьма доходный и необременительный бизнес, а оплата труда ребят и грошовые переводы на лечение детей — лишь производственные издержки.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Ольга ВЛАСОВА,

директор некоммерческого благотворительного фонда «Наши дети» (Уфа):

---

— Конечно, не стоит видеть мошенника в каждом, кто собирает деньги на лечение больных детей, кто-то, возможно, искренне хочет помочь. Но в любом случае опускать деньги в ящик волонтера на улице я не советую. Больше того — мы боремся с такой формой благотворительности. Потому  что даже если в одном случае из пятидесяти это честные люди, их успешные сборы стимулируют активность мошенников.

Даже когда к нам обращаются волонтерские организации с предложением помочь в сборе денег, мы объясняем, что такой способ неприемлем, и перенаправляем сотрудничество в более цивилизованное русло. По правилам, ящик для сбора пожертвований вообще не может находиться в  чьих-то руках: он должен быть опечатан, стоять в определенном месте, составляется акт его установки с указанием цели сбора и соответствующий акт при вскрытии. Единственное исключение, когда волонтер может взять в руки ящик, — проведение какой-то акции, о чем широко сообщается.