Все новости
Cоциум
31 Марта 2012, 14:40

Нырнуть могут все. А вот вынырнуть…

Особенности подводной охоты вдалеке от морей

Не перевелись еще богатыри на Деме
Морей у нас под боком действительно нет, и климат, прямо скажем, не курортный. А вот дайверы — имеются. По подсчетам клуба подводных охотников «Талкас», созданного четыре года назад, в Уфе ныряют около тысячи человек. Но настоящих мастеров среди них — от силы десятка три. И практически все они вышли из большого спорта.

— Подводная охота стала увлечением необычайно популярным. У людей обеспеченных гидрокостюм нынче входит в своего рода джентльменский набор вместе со снегоходом, квадроциклом и парашютом. Но, потратившись на необходимое снаряжение, многие так и не находят в себе силы преодолеть страх перед погружением на глубину. Тем более что водоемы у нас мутные, надеть маску и любоваться сверху кораллами, как в Египте, не получится. Тут уж, как говорится, или дано, или не дано, — рассказывает Андрей Бердин, больше известный как игрок, а затем и администратор волейбольной команды «Нефтяник Башкортостана».

Около шести лет назад кожаный мяч он сменил на маску с трубкой и ласты, став одним из первых в республике покорителей речных глубин. «Пионеры» башкирского дайвинга и являются сегодня тем ядром, которое представляет республику на межрегиональных соревнованиях и активно продвигает идею создания федерации подводных видов спорта. К каковым относится и скоростное плавание в ластах, и подводная стрельба, и дайвинг, и фри-дайвинг, то есть подводное погружение без акваланга.

Вода паники не прощает

Неужели, удивятся многие, столь экзотические увлечения прижились в наших суровых краях? Как ни удивительно, да. Причем сами дайверы не находят в этом ничего удивительного. Башкирия, утверждают они, очень богата водоемами, где можно полноценно нырять. Только в тропических морях этим можно заниматься круглый год, а у нас — сезонно, вот и вся разница.

— Чем, например, Белая интереснее Индийского океана? — рассуждает Андрей Бердин, успевший объездить многие вотчины подводного царя. — Во-первых, она рядом, собраться поплавать можно в любой выходной. А во-вторых, здесь экстремальнее, выброс адреналина больше.

Теоретически нырнуть в мутную воду могут все. Вынырнуть, увы, удается не каждому.
Любителя подводного променада в наших реках подстерегает множество ловушек в виде воронок, завалов из бревен, брошенных сетей. Растерялся, запаниковал — переломом руки или ноги не отделаешься: за любой промах под водой приходится платить жизнью. Только за последние три года из числа знакомых Андрея погибли четверо подводных охотников.

— Я и сам однажды попал в переделку, — вспоминает мой собеседник. — Ночью решили с друзьями обследовать участок дна на Белой — по незнакомому маршруту в первый раз умнее проплыть с аквалангом, чтобы потом увереннее чувствовать себя без него. Плыву по дну, высматриваю ямы, коряги. Вдруг слышу, над головой словно самолет на посадку пошел, вода затряслась. Был бы катер — пролетел бы поверху, у баржи стук дизелей совсем другой, здесь же звук такой силы, будто действительно турбины работают. Я уцепился за бревна, которые, по счастью, лежали на дне, и тут у меня воздух в баллоне заканчивается.
Что делать? Задержал дыхание, насколько хватало сил, дотерпел, пока звук не стал удаляться. Оказалось, это прошел трехпалубный пассажирский теплоход, я таких в Уфе даже не видел.

Вообще-то на судовой ход дайверы стараются не заплывать, да и правилами это запрещено. Но держаться мелководья часто бывает еще опаснее. В темное время суток вдоль берега на огромных скоростях шуруют моторки без опознавательных знаков, а те, кто сидит за рулем, как правило, в дымину пьяные. Не одну жизнь унесли браконьерские снасти — тросы с насаженными через равные промежутки острыми крюками, зацепившиеся за бревна старые сети. Поэтому каждый подводник должен иметь при себе нож, чтобы, если попался, перерезать путы. И хороший запас самообладания, важный поболее воздуха. Потому что если испугался, начал барахтаться — кислород сжигается мгновенно. Все, через пять секунд будешь хлебать воду.

Мамонтами в Башкирии никого не удивишь

В наших широтах сезон у дайверов длится с июля по декабрь, пока водоемы не замерзнут. От плотины ниже по течению Уфимки можно, впрочем, плавать всю зиму, там льда не бывает. Речные маршруты, говорят знатоки, интересны именно своей протяженностью: за 3 — 4 часа вода уносит тебя километров на десять, и во время такой «экскурсии» можно увидеть немало любопытного. Из одних «трофеев», поднятых со дна, Бердин при желании мог бы организовать небольшой домашний музей.

— Самые интересные мои находки — это винтовка-трехлинейка времен гражданской войны, правда, без затвора, и фрагменты скелета мамонта, — показывает Андрей обломок гигантского бивня. — Белая в районе Красного Яра делает крутой поворот, вымывая берег, и все, что находится в толще глины, видно, падает в реку. Я когда сообщил местным жителям, что у них все дно усеяно костями доисторических животных, они только рукой махнули: «Тут этого добра навалом».

Однажды дайверы нашли огромный череп с клыками — то ли кабана, то ли динозавра. Пробовали связаться с музеями — интерес те проявили весьма прохладный. Куда больше ресурсы наших рек интересуют современников с другой точки зрения. Сугубо прагматичной.

Рыбу собирают картофельными мешками

Чтобы понять, почему дайвинг в покрытой снегами России так широко шагнул в народные массы, нырять глубоко не надо. Сообразив не без помощи телевизора, что рыбу в иные моменты можно собирать, как грибы в корзинку, предприимчивые наши сограждане забывают про сети и бегут покупать гидрокостюм. В отличие от большинства регионов мира, где подводная охота разрешена только в специально отведенных местах и только за деньги, у нас в этом смысле полная свобода: набивай стерлядью и бестером картофельные мешки и тащи на базар.

— Даже еще лет пять назад рыбы в реках было заметно больше, — говорит Андрей Бердин.
— Сам видел 20-метровые, в несколько «этажей» косяки рыб осетровых пород, вставших на зимнюю спячку. Охота на них в этот период запрещена, но что уж лукавить, есть «специалисты», предпочитающие выходить на промысел именно тогда, когда рыба совершенно беззащитна. Поэтому сейчас таких косяков уже не встретишь.

Зато диапазон браконьерских «специальностей» здорово раздался вширь. Выйдите с наступлением сумерек на берег возле любой деревни — вся река будет сиять огнями не хуже проспекта Октября. Это вышли на охоту острожатники: опустив на дно автомобильную фару, вилкой на длинном шесте они достают рыбу даже с пятиметровой глубины. Есть так называемые электроудочники: один разряд такой «удочки», работающей от аккумулятора, глушит всю речную живность в радиусе нескольких сотен метров. Наиболее продвинутые используют эхолот с видеокамерой. С помощью подобной техники ничего не стоит обнаружить вставший на зимовку косяк и тягать железной кошкой экземпляры покрупнее, как пельмени из тарелки. В чем же тогда разница между нормальным подводным охотником и хищником в ластах? Разница — в приоритетах. Даже не увидев за «заплыв» ни одной рыбки, первый все равно вернется домой в отличном настроении: удовольствие от своего занятия он измеряет не килограммами и не рублями.

И все-таки, несмотря ни на что, рыба в Башкирии пока еще водится. В Уфимке, утверждает Андрей, изучивший акваторию наших водоемов как свои пять пальцев, живут занесенные в Красную книгу таймени, в Белой — хариусы. Есть сазан, толстолобик, белый амур, бестер — помесь белуги со стерлядью. Вот только надолго ли нам хватит этого изобилия, если жадности вооруженного до зубов человека рыба подчас не может противопоставить не только закон, но даже добросовестного рыбинспектора?
К сведению

Чем дайвинг отличается от подводной охоты? Дайвер «вооружен» только аквалангом. Подводный охотник ныряет с пневматическим ружьем, но без баллонов с воздухом за спиной, иначе поединок с рыбой «на равных» превращается в браконьерство — убийство беззащитного.