Промысловое воспитание

Минимальный порог оценки ЕГЭ по русскому языку в этом году был снижен с 36 до 24 баллов. Официальной причиной этого Рособрнадзор назвал статданные о результатах ЕГЭ 2013 года. Еще одной из причин многие считают приток мигрантов из Средней Азии, которым русский язык сдать сложно. Однако бытует мнение, что чиновники попросту испугались социального взрыва: ректор МГУ Виктор Садовничий считает, что без аттестатов остались бы около 20 % выпускников.

Насколько оправдано снижение порога ЕГЭ, рассуждает преподаватель русского языка и литературы уфимской гимназии № 93, отличник народного образования РБ Розалия Букарева.

Чиновники перестраховались

— Как вы считаете, почему снизили минимальный балл?

— В этом году были установлены строжайшие правила сдачи ЕГЭ, возможность списывания и доступа к интернету свелись практически к нулю. И чиновники, думаю, рассудили так: раз условия столь жесткие, значит, результаты будут плохие. И подстраховались.

— Получается, что минобрнауки расписалось в собственном неумении учить детей русскому языку, в частности?

— Мы уже чересчур много говорили о ЕГЭ, в том смысле, что даже зайца можно научить зажигать спички. ЕГЭ — это элементарное натаскивание. В том числе и в части С, которая считается самой сложной. У нас есть критерии, по которым мы ее оцениваем: проблема, авторская позиция, ее аргументирование. Если эти критерии в наличии — считается, что ученик справился. При этом не учитывается ни литературная основа, которую он чаще всего не знает, ни собственный опыт, которого у него нет. А как все это изложено — дело десятое: ни уму, ни сердцу.

— Может, для хорошего знания языка и литературы элементарно не хватает часов?

— Один час русского в 11 классе — это нормально? В пятом классе — 4 часа русского, 2 — литературы. Это катастрофа! Когда я начинала работать, это было 7 и 3 часа соответственно.

А сейчас не спасают даже 3 часа литературы в старших классах — школьники уже «разучены» читать. Нынешние взрослые — это дети, воспитанные на сказках, сейчас в большинстве семей этого нет. Я сама шантажирую учеников тем, что чтение пригодится им для успешной сдачи части С. Все куцые тексты они тащат из интернета. Конечно, не все так запущено: девочки из моего класса — их немного, но они есть — собираются на вечера поэзии, пьем чай, обсуждаем и читаем стихи.

За счет чего так урезаны часы? Думается, идет уродливый крен в сторону технических профессий. Да и гимназия у нас считается математико-лингвистической.

То есть математика и иностранные языки в приоритете.

— А не лучше ли английский сделать основным, а немецкий факультативом — не так уж он и востребован?

— Неплохо бы, но учителя немецкого не согласятся.

«Убийство» в пятом классе

— Тотальную безграмотность некоторые объясняют непродуманными методами скорочтения, обучения на неподходящих текстах.

— В этом году мне дали два пятых класса. Я не знаю, что они делали четыре года в начальных классах, — катастрофическая безграмотность, и никакие методики не помогают.

Но их можно понять: огромное количество предметов, непрофессиональные учебники, неподъемный груз домашних заданий, тех же сочинений, которые за них, конечно, пишут родители. А учебник по литературе — хрестоматия из трех частей! Я его открыла — мне стало плохо: Эдгар По «Убийство на улице Морг». И это в пятом классе!

— Молодые люди, думается, не считают грамотность непременным свойством культурного человека: в конце концов есть программы, которые красненьким укажут им все ошибки. Но умение излагать свои мысли необходимо — хотя бы при приеме на работу.

Как воспитать в них это умение?

— Опять-таки в первую очередь чтением. Правда, как консерватор думаю, хорошей современной литературы не существует. Есть русская классика, есть классика советских времен — не вся достойная внимания. Мы наизусть учим стихи. Зачем? Да ведь это красиво изложенная мысль. Но, повторюсь, на уроке нет возможности облекать свои мысли в четкие фразы — все понимают, сказать не могут, как собачки.

Нет времени. То же самое происходит с историей: я всегда провожу параллель с этим предметом. Спрашиваю, когда писатель жил, когда творил, что происходило в это время в стране — смотрят пустыми глазами. Отсюда — тесты, тесты, тесты, чтобы хоть что-то отложилось в памяти.

Цензура — понятие нравственное

— К вопросу о чтении: каждая книга на полке в магазине — несомненный шедевр, и ты будешь дурак, если не купишь и не прочтешь. Бренчишь кошельком, приносишь домой, читаешь с придыханием: мат, пошлость, затасканный сюжет. То же и по телевизору.

— Думаю, нелишне было бы иметь не цензоров, нет, но некий орган, состоящий из интеллигентных культурных, образованных людей, чтобы наконец наши дети смотрели качественные передачи и перестали любоваться страстными красавцами и знойными красавицами на обложках книг.

Да и не такое уж это страшное слово — цензура. Цензура цензуре рознь, это понятие нравственное, не политическое по сути. Кстати, забавно: цензуры нет, а нецензурщина есть.

— Как воспитать культуру общения и грамотность в интернете?

— Не думаю, что это возможно. СМС-ки, ММС-ки, общение в соцсетях — для скоростного общения, тут уж не до правил пунктуации. Образовался специфический сленг интернета, некий субязык, подлежащий исследованию. Мне кажется, он никуда не исчезнет, разве что исчезнет интернет. Но останется и язык литертурный. Лишь бы они не перемешались.

— У вас самой всегда был особый секрет обучения языку. Поделитесь.

— Я никого не заставляю зубрить правила — сама никогда не учила. Задать — задаю, а спросить забываю. Я отрабатываю их на практике, используя сигнальные, опорные знаки — «запоминашки». Например, слова-исключения: «стеклянный», «оловянный», «деревянный». Смотрим на окно: оловянная ручка, деревянная рама, стеклянное окно.

Использую визуальное восприятие текста и восприятие на слух — это уж у кого как.

Люблю изучать этимологию слова, «раздевать» слова: откуда они к нам пришли, почему так назвали предмет, где корень, приставка, окончание. Даже в словах, которые считаются словарными. Сравниваем современный состав слова и исторический. Находим, например, бывшую приставку — и тогда ошибки не будет.

Вот слово «привет». Существуют приставки «при-», «пре-». Вроде бы в «привете» приставки нет. Но существуют: «завет», «навет», значит, «при-» — это приставка.

Привет — так ты сближаешься с человеком. Пишем «при-». Вот так практически все притягиваем за уши.

«Золото» за безграмотность

— Как, по-вашему, эффективно и креативно бороться с неграмотной рекламой, объявлениями?

— А почему бы не объявить хотя бы через газету какую-нибудь премию типа «Золотой малины» или «Развесистой клюквы» за самую безграмотную рекламу?

Такую антипремию.

Чтобы это было публично, было смешно — и стыдно. Безграмотность просто «бьет» людей по голове. Если я взяла в руки газету с ошибками, я ее читать уже не буду.

Иногда хочется обвести все ошибки красным и отправить в редакцию.

— В следующем учебном году планируется ввести обязательный экзамен по литературе в форме сочинения, его успешная сдача станет допуском к остальным экзаменам. Плюс на экзаменах по гуманитарным предметам появится устная часть с потрясающим названием — «говорение». Уж не знаю, с чем это сравнить: с тем, что мы, как пещерные люди, стали нуждаться в умении общаться друг с другом и с цивилизованным миром?

— Да, классическое сочинение нынешние одиннадцатиклассники будут писать в декабре.

Чтобы в результате возможного провала они смогли его пересдать в феврале.

Никаких подробностей мы не знаем. К сожалению, чиновники имеют обыкновение сообщать о новшествах по принципу: вечером — деньги, а уже утром — стулья. Быть может, это как-то и подействует на детей в смысле желания взять-таки в руки книжку.

Не знаю. А насчет «говорения» — можно не изобретать колеса: просто вернуть устную часть экзаменов.

— Министр образования Ливанов порадовал недавно известием о том, что в 2015 году будет сокращен прием на обучение в области сельскохозяйственных, гуманитарных наук, культуры и искусства. С одной стороны, твердим о всеобщей безграмотности и бескультурье, с другой — сокращаем подготовку людей, которые могли бы обеспечить развитие этой самой культуры.

— Выпускник, естественно, выбирает востребованную специальность — это по большей части IT-технологии. А востребована она потому, что в политике государства образовался трагический крен в сторону технических специальностей: сюда идут деньги, создаются рабочие места, работодатели рады таким специалистам.

А есть ли спонсоры у культурных учреждений? Конечно, эти направления невостребованы: зарплата маленькая, трудоустройство под вопросом, значит, надо места сокращать.

У нас, мне кажется, просто изменился менталитет. Потребительское отношение к жизни, к образованию, к будущему. Промысловое воспитание — и гуманитарная катастрофа.

Справка

Число безграмотных подростков в России достигло критических масштабов, сообщил на всероссийском съезде детских омбудсменов уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов. По его словам, свыше 30 тыс. детей от 7 до 18 лет еще год назад не учились в школах. Среди подростков от 15 до 17 лет почти 700 тыс. малограмотных и неграмотных. Это до 15 % от общего их числа. Около 600 тыс. имеют начальное общее образование, а более 37 тыс. человек даже не окончили школу.

Неграмотность приобретает угрожающие масштабы, каждый год возрастая на 8 — 10 %.

Если в советские времена Россия входила в десятку самых образованных стран мира, то теперь она уже на уровне 120-го места, рядом с Камеруном и Бангладеш.