Чтоб глядя в книгу, не видеть…

Жаль, что этот праздник придумали недавно: в СССР он наверняка пользовался бы большой популярностью. Многие помнят украшавшие буквально каждый книжный магазин рекламные слоганы: «Книга — лучший подарок», «Любите книгу — источник знаний». И любили, и дарили, правда, купить хорошую, интересную книгу было очень непросто. Их «доставали», покупали с рук, приобретали по подписке или по талонам за макулатуру. Помнится, чтобы заполучить право на приобретение романа Пикуля или Дюма, нужно было сдать аж 20 килограммов бумажного хлама.

Тем не менее все помнят, что СССР считался самой читающей страной в мире. И это не просто очередной лозунг, это показало проведенное в 1950-х международное исследование: наши граждане тратили на чтение книг, газет и журналов в среднем около одиннадцати часов в неделю — вдвое больше, чем американцы и европейцы.

Вычислить, сколько именно люди читают нынче, довольно проблематично. Когда-то об этом с уверенностью судили по тиражам книг и объемам их продаж. Сегодня следует учитывать и те самые скопившиеся у старшего поколения библиотеки советских времен — иных на долгие годы чтения всем потомкам хватит. А еще быстро растет популярность электронных и аудиокниг — только за последний год их продажи выросли на треть и составляют уже 10 процентов книжного рынка. Поэтому методик подсчета в мире несколько, и по одним из них Россия по-прежнему богата на любителей и профессионалов чтения, а по другим — давно скатилась в середнячки. Например, Международный институт маркетинговых исследований ставит нас на третье место в мире, еще одна мировая компания, исследующая книжный рынок, — на седьмое.

Подозревать иностранцев в заговоре не приходится: наши исследования еще более пессимистичны. Например, согласно результатам опроса «Левада-Центра», регулярно читают книги лишь 28 процентов соотечественников. Исследователи же из Института социологии РАН утверждают, что более 40 процентов взрослого населения России книг вообще не читает, никаких.

Это неудивительно: книга давно уже не главный и практически единственный источник информации и развлечения, как было в самой читающей в мире стране. Многие ли из нас после тяжелого трудового дня и ежедневных бытовых хлопот утыкаются в толстый том, когда под рукой десятки каналов по телевизору, сотни на ютубе и тысячи сайтов в интернете? Информация там легкоусваиваемая, можно глотать не жуя, большими порциями. А чтение предполагает какое-то напряжение мозговой деятельности, поиск скрытого смысла, самостоятельное извлечение морали. Оно нам надо?

Однако ж спросите, кто виноват в том, что чтение художественной литературы уходит в прошлое — практически любой взрослый человек ответит: конечно, школьники со своими гаджетами! Есть еще такой современный термин «клиповое мышление», его тоже модно обвинять в том, что дети не читают книг. Психологи утверждают: современные дети и подростки мыслят совсем не так, как мы — мир они воспринимают не целостным, а в виде мозаики из разрозненных фактов. Такое мышление формируется из-за систематического просмотра видеороликов, картинок-мемов, коротких рассказов, не связанных между собой сюжетов, новостных лент — словом, всего, чем богат интернет. Чтение длинных произведений сюда никак не вписывается, мозг просто не может их осилить. «Смотришь в книгу — видишь фигу», как любили говорить учителя в моем детстве.

При этом обычно скромно умалчивается, что клиповое мышление — дело наживное и поражает злоупотребляющих современными источниками информации в любом возрасте. Люди зрелых лет хоть и более устойчивы к пагубному влиянию интернета, однако и их мозги постепенно перемалываются цифровыми жерновами. Между прочим, многие современные сериалы и фильмы тоже снимаются для «клипового» потребителя. А одним из главных лекарств от этого недуга психологи считают как раз регулярное чтение классической художественной литературы. Увы, многие мои знакомые сознаются, что читать длинные серьезные книги им в последнее время нелегко, внимание постоянно рассеивается, приходится себя буквально заставлять.

Центр городской антропологии проводил масштабные исследования российских читателей и пришел к интересным выводам. Оказывается, чтение классики для наших сограждан наделено некой сакральностью — считается, что только эта литература является ценной и достойной высококультурных людей, в отличие от всякой ерунды типа фантастики, детективов, современных романов. Этот стереотип в нашей стране транслируется из поколения в поколение, причем даже теми, кто вообще ничего не читает.

Исследования также доказали, что главный фактор, влияющий на склонность к чтению вообще, — это семейные традиции. Гаджеты и компьютерные игры, как ни удивительно, определяющей роли не играют. Причем семейные традиции — это не заросшая паутиной библиотека советских времен да назидательные рассказы в духе «а вот мы в твои годы всю ночь под одеялом с фонариком читали», а регулярное чтение всех членов семьи на глазах у ребенка. А на практике что?

Нередко школьными, максимум студенческими, годами активная читательская жизнь родителей и ограничилась. Тем не менее приобщить детей стараемся изо всех сил.

— Меня родители постоянно попрекают своей библиотекой, доставшейся от дедушки с бабушкой, — два десятка полок, битком набитых книгами, — со смехом рассказал десятиклассник Алексей. — Мол, посмотри, сколько культурные люди раньше читали, не то что ваше поколение неучей. А на самом деле, какой том ни возьму — листы внутри склеены. То есть я первый, кто эти книги вообще открывает.

Учительница литературы, дама предпенсионного возраста, дала задание классу моей дочери прочитать за зимние каникулы «Трех мушкетеров». Задачу она ставила перед собой благородную — завлечь детей на стезю чтения хотя бы такими увлекательными, пусть и не совсем подходящими для пятиклассников книгами. Ну как увлекательными… Мой вполне читающий ребенок с трудом осилил половину, притом чтение это превратилось в ежевечернюю пытку для всей семьи.

— Что такое бердыш? Что такое шамбертен? Что такое сарабанда? — без конца спрашивала дочь. Мы не знали и лезли за ответами в интернет. Интересно, как мы сами читали эту книгу школьниками, когда интернета не было? Вряд ли с толковым словарем. Скорее всего, просто игнорировали все эти непонятные слова. Современные дети более дотошны.

Из одноклассников дочери произведение до конца не осилил никто. «Скучно, непонятно, затянуто», — дружно постановили дети. А еще нашлись родители, запретившие своим чадам читать «это безобразие».

— Любовницы, пьянство, дуэли, виселицы, — возмущалась одна из мам на родительском собрании. — Это же литература «18+», чему вы детей учите?

Увы, именно таким способом сегодня пытаются привить чадам любовь к чтению многие родители — подсовывая им старые, добрые книги нашего детства: Александра Дюма, Жюля Верна, Фенимона Купера, Майна Рида. Приключения ведь не классика, что им еще надо? Но сегодня дети живут совсем в другом темпе и от неспешного повествования двухвековой давности, изобилующего описаниями и размышлениями, быстро теряют терпение и начинают зевать. Современные авторы, кстати, учитывают эти особенности и стараются, чтобы повествование захватило с первой же страницы. Только откуда нам их знать? Придется штудировать соответствующие сайты, изучать ассортимент книжных магазинов, тогда и подарить можно будет на такой праздник книгу, имеющую все шансы быть прочитанной.

Словом, нелегкая это работа — вырастить из детей читателей. Книги им правильные покупай, личный пример показывай… А нам некогда, неохота и вообще обидно: у наших-то родителей таких проблем с нами не было. Но что поделаешь, у каждого поколения свои трудности.

- Книг в доме должно быть много, и для ребенка лет до 12 важно покупать хорошо оформленные, с красивыми иллюстрациями, притягивающие взгляд. Пусть интересные книги лежат повсюду, постоянно попадаясь на глаза и подворачиваясь под руку даже на кухне или в туалете. В неподходящем месте больше шансов, что ребенок начнет заглядывать в них из любопытства.

- Если после 50 прочитанных страниц ребенку все еще неинтересно, книгу стоит отложить, даже если лично вам она кажется гениальной, и взять другую. Возможно, ребенок когда-нибудь к этой книге вернется, но только если не успел ее возненавидеть.