Англичанка из Дуванского района

Не зря, наверное, подмечено, что, несмотря на тяжелый во всех отношениях подвижнический труд учителей, существует в этой профессии и жирный плюс: выглядят они куда моложе своего возраста. Видимо, общение со своими шустрыми подопечными заставляет время трусливо отступить — ну некогда педагогам обращать внимание на такую мелочь, как быстро бегущие годы.

Вот и Эмма Сафиуллина, аж дважды победительница нынешнего конкурса «Лучший учитель года» — сначала на городском, а затем на республиканском уровне, имеет за плечами приличный стаж: 18 лет, а выглядит, может, малость постарше учеников, заполняющих коридоры и классы уфимской гимназии № 39, где она трудится.

Тазик с пельменями

— Существует мнение, что качество подготовки сельских учителей нынче очень низкое: и в техническом, и в профессиональном отношении. Однако сами вы из Дуванского района, работаете в престижной школе, а в этом году и вовсе стали победительницей главного педагогического конкурса республики. Надо думать, у вас претензий к учителям не было?

— Школа для меня была самым ярким воспоминанием тех лет. Я там просто жила. Конечно, в этом большая заслуга не одного, но каждого педагога. Как-то сложилось, что в начальной школе учителя менялись у нас каждый год — по разным обстоятельствам. Поначалу было, конечно, нелегко — мы должны были привыкать. Теперь могу сказать, что это была хорошая жизненная школа: от каждого из педагогов мы обязательно что-то брали себе, перенимали какой-то опыт.

В среднем звене случилось вообще целое приключение: нас разделили на две школы. Мы попали в новую. Новым там было все — мебель, учебники, классы. Для нас это стало бесценным подарком, и мы старались соответствовать тому, что нас окружало. У нас было только два старших класса. А фактически мы были одним целым. Помимо учебы устраивались олимпиады, конкурсы, фестивали. Учителя ведь и не думали тогда о том, что обязаны нас воспитывать — они нас просто любили. У нас же не было любимых и нелюбимых учителей. Каждый был личностью. И родным человеком. Настолько, что учительницу истории мы звали не Любовь Алексеевна, а Алексеевна. Любя.

— Почему вы-то решили в педагоги пойти?

— Это еще с детского сада откуда-то во мне сидело: я даже маму уговаривала, чтобы она переучилась на воспитателя. В школе мне было интересно все. И я не представляла, что жизнь может быть другой.

А в пятом классе была просто очарована учительницей английского языка. Мы так хотели быть на нее похожими. Человечность, творчество, доброта, искренность — все это в ней было. Она по совместительству являлась замдиректора по воспитательной работе, и мы вместе устраивали в школе веселую жизнь: я «снегурила» в Новый год, с утра до ночи мы репетировали, забывая о еде. И тогда в школу приходила мама нашей учительницы с большим тазиком пельменей. А когда я училась уже в восьмом классе, наша дорогая «англичанка» пришла к нам домой поздравить меня с днем рождения.

В старшем классе у меня были даже ключи от ее квартиры: когда она уезжала, я ходила кормить рыбок.

Думаю, что в моей гимназии все так же интересно и мало что изменилось, кроме возраста учителей. А те, кто ушел, передали свой опыт новеньким.

— Как отнеслись к вашему выбору родители?

— У них нет высшего образования, но они очень мудрые люди, которые с первых школьных лет поддерживали меня во всем. Они всегда были рядом: на соревнованиях «Папа, мама, я — спортивная семья», делали вместе со мной подарки к Новому году, ремонтировали класс. Мой выбор не обсуждался — мама ездила со мной на вступительные экзамены, осталась на то время, что я отрабатывала. А когда я уже работала в школе и мы готовились к олимпиаде, сидя до поздней ночи, мама носила нам ужин.

Но в семье не было вседозволенности, была дисциплина, которая, однако, на меня не давила.

Здесь и сейчас

— Школа № 39 специфична, сюда попадают дети из известных в республике семей: учреждение считается престижным. Как вам удается объединить класс для достижения результата, не страдают ли некоторые ученики «синдромом папиных детей»?

— Действительно, наша школа имеет историю и традиции. Да, она престижна. Но какой бы пост папа и мама ни занимали, учиться приходишь ты. А нынешние родители, как бы известны они ни были, понимают, что важна не оценка, а качественное образование, которое дети здесь получают: это трамплин в будущее. Поэтому все дети для нас равны.

У меня есть золотой принцип: «здесь и сейчас». Если я вижу, что ребенок, пусть и не обладающий особыми талантами, старается, движется вперед, я обязательно это отмечу на уроке. Недорабатывает — тоже скажу об этом. Я не буду звонить или писать родителям: мы решим это вместе с учеником.

Ученики, конечно, разные и по характеру, и по темпераменту. Но тут роль играет личность учителя, он должен быть максимально честен сам с собой. Если мобильник на уроке запрещен, значит, мой телефон должен быть на беззвучке. А моим ученикам важно не протянуть время от звонка до звонка, а уйти с урока «выросшими» и уверенными в моем уважении. Суть моего предмета — общение, и я стараюсь так выстроить урок, чтобы каждый ученик стал частью этого общения. Им важно, чтобы их услышали.

— Вы ведете сайт. Для чего он вам и чем вы его заполняете?

— Потребность в сайте была давно. Основным толчком послужило участие в конкурсе — это было одно из условий. И это правильно: члены жюри в очень сжатые сроки должны тебя разглядеть. Для этого и нужен сайт. Сайт — это обмен информацией, возможность в любое время выйти со мной на связь, это возможность заявить о себе: что мы делаем с детьми, чем живем и дышим. Если мы разыгрываем на уроке диалоги и это получается, я хватаюсь за телефон и выкладываю все на сайт — чтобы родители увидели своего ребенка и порадовались за него. И поняли, что учитель им гордится.

Генератор для Африки

— Сейчас много говорят о том, что учитель должен не только учить, но и воспитывать. Как вы делаете это на уроке английского языка?

— Первое, что мы усваиваем на уроке, — это толерантность. Сейчас от СМИ, интернета, телевизора в отношении Великобритании идет один негатив. Наверное, эта точка зрения имеет право быть. Но я как человек, более 17 лет посещающий эту страну, знаю ее изнутри и на многие вопросы детей могу ответить объективно.

На уроке языка мы затрагиваем все темы: экологии, например. Если читаем текст об экологических проблемах в других странах, всегда переносим внимание на то, что происходит у нас. Как раз сегодня мы читали о мальчике из Африки, родители которого не могли оплатить его обучение. В селе не было даже электричества. Парень оказался очень упорным, добился-таки своего, получил образование и занят тем, что изучает возможность постройки генератора. А затем мы переключаем внимание на себя: а что делаете вы? Как поступили бы вы?

— Говорят, что ученики гимназии № 39 изучают английский язык по новой методике. В чем ее суть? Что такое Plickers, о котором как раз и упоминают в этой связи?

— Это интернет-платформа, которая позволяет учителю создавать свои тесты. У каждого ребенка есть личный куар-код (штрих-код, содержащий информацию, которую можно легко считать при помощи сканера — авт.), который дает мне возможность в любой момент проверить, как ученики усваивают урок. На экране высвечивается вопрос, предлагаются варианты ответа, ученик поднимает свой куар-код с правильным, по его мнению, вариантом. Я со своего телефона этот ответ сканирую и сразу оцениваю. Есть ведь дети медлительные, тихие, но знания у них очень глубокие. А на уроке первым поднять руку они не успевают. Plickers позволяет оценить знания объективно, и не всегда они лучшие у самых шустрых. Списать тоже невозможно: куар-код у всех свой.

Тесты на самые разные темы. Они авторские, мои, найти их где-то невозможно, а потому подготовиться заранее тоже не получится.

Конечно, в нашей школе есть все необходимое для того, чтобы полноценно и с комфортом изучать язык. Но и относительно шансов сельских школ я бы поспорила: сейчас возможности безграничны — ютуб с обучающими лекциями, блоги, инстаграм, ссылки на онлайн-уроки. Было бы желание. Все зависит от человека.

— У вас имеется солидный статус, который даже выговорить сложно: сертифицированный экзаменатор-эксперт международных экзаменов Cambridge English Exams уровней YLE, KET, PET. А если попроще — это о чем?

— Я им очень дорожу — в Уфе всего семь человек с таким статусом. Пройдя обучение, серьезный отбор, мы работаем на всю республику и «принадлежим» Кембриджу. То есть имеем право принимать устный экзамен на территории не только республики, но и СНГ и ближнего зарубежья. По итогам вы получаете документ, который гарантирует вам возможность поступления в любой зарубежный вуз. Из нашей гимназии каждый год такой экзамен сдают около 80 человек.

Дом, в котором я живу

— В свое время лучший учитель республики Сергей Переверзев говорил о том, что считает себя и актером, и режиссером, да и сценаристом тоже. А вы как себя ощущаете в роли учителя?

— Абсолютно согласна: это как раз то, о чем я писала в своем эссе на конкурсе. Более того, театр — одно из моих самых сильных увлечений в жизни. Каждый месяц мы с ребятами ходим в театр, на концерты. А смотря на сцену, я часто ловлю себя на мысли: что бы из происходящего я могла использовать на уроке. Класс — это зрительный зал, где ты режиссер, актер, гример, художник по костюмам, звукорежиссер, сам себе критик. От тебя зависит, где будет кульминация урока, каков финал. Иногда перед тобой благодарная публика, иногда — отстраненная, и тогда за короткий срок тебе надо развернуть ее к себе. Иногда урок — это моноспектакль, иногда — интерактив. И даже болезни у нас с артистами общие.

Но зато никакая другая профессия не даст мне столько удовольствия, потому что каждый день и каждый урок — это уникальное неповторимое событие.

— Вы говорили, что самым сложным и в то же время интересным испытанием на конкурсе стал круглый стол «Школа будущего — школа проектов». Какой вы видите эту школу будущего?

— Учитель в школе будущего — это прежде всего личность, которая будет развиваться и вести за собой учеников. Я была в Москве в Хорошколе, школе Хорошевского района, которую патронирует один из крупных российских бизнесменов. Это действительно школа будущего. На территории, которая предназначена для 700 учащихся, учатся 170 человек. В расписании русский язык и литература объединены в один предмет — словесность, физика, химия и биология — это естествознание. Уроки проходят в лабораториях. Рисуют в огромном ангаре из стекла. Библиотека — многоуровневая. Там проходят квартирники, куда приглашают писателей, поэтов, музыкантов. Каждый ученик играет на каком-либо инструменте. У каждого есть место, где он может уединиться, почитать, например.

При входе в гимназию — огромное сердце из картона, на котором размещены фотографии учителей и надпись «Повезло с учителями». Все двери открыты — каждый разделяет ответственность за дом, в котором живет.

Конечно, нужны средства. Думаю, если наш бизнес поймет, что без инвестиций в образование блестящего будущего не будет, такая школа перестанет быть мечтой.