Русская душа австралийской певицы

Ее называют Голосом Матери Земли, это тот редкий случай, когда на концерт приходят не просто для того,чтобы услышать сильный, красивый голос, но и для того, чтобы подумать — о жизни, любви, судьбе. Женщины идут на выступление Перукуа, — чтобы почувствовать собственную привлекательность. Мужчины (а их тоже немало среди ее поклонников) —чтобы лучше понять женскую природу. Воздействие магнетического обаяния и завораживающего голоса австралийской певицы уфимская публика испытала на концерте в Башкирской филармонии, радостно подпевая мелодиям, схожим, скорее, с шаманскими заклинаниями, что, впрочем, разновозрастный народ не смущало.

Математическая музыка

— Пением вы занимались с детства?

— Бабушка и дедушка были очень музыкальны. Когда я гостила у них, они брали меня с собой на выступления. Помню, как я засыпала на заднем сидении их машины, когда они возвращались домой. Совсем маленькой я мечтала о том, что с семи лет начну учиться играть на пианино.

— А какой жанр предпочитали дедушка и бабушка?

— Они играли джаз, танцевальную музыку. Диджеев на дискотеках тогда не было, и музыка звучала вживую. Дедушка ставил пластинки Фрэнка Синатры и говорил: «Послушай, как чувственно и красиво он поет».

Однако мама мое увлечение не поддерживала. Я проучилась игре на пианино один год, а потом она сказала: «Никакой музыки не надо». Мама хотела, чтобы я была психологом. Она просто боялась, что я буду музыкантом, а, по ее мнению, им трудно жить. Ведь бабушка и дедушка с понедельника по пятницу торговали орешками и сухофруктами на рынке, а вот на выходных отрывались! Мама считала, что, став певицей, я буду бедной девочкой без гроша в кармане. Она была очень красивой, но эгоистичной и высоко ставила комфорт и обеспеченность.

В пятнадцать лет я ушла из дома и стала жить одна. Вот тогда в мою судьбу уже навсегда вошла музыка.

— Насколько мне извест-но, в 23 года вы уже были известной джазовой певицей. Я чаще сталкивалась со случаями, когда певцы, исполнявшие классическую музыку, уходили в джаз, считая этот жанр способом самовыражения. Но не наоборот, как это случилось у вас.

— Да, так и есть. Моя природа — она совсем другая, не для джаза. Даже когда я была ребенком, думала о музыке не как о способе самовыражения, а как о некоем лекарстве — для души и тела. Несколько лет я пела джаз и поняла: эта музыка поверхностна, она обращается к эмоциям, но не позволяет людям заглянуть в глубь себя. Эта музыка построена по определенным принципам, математическим законам. Послушав ее полчаса, я устаю.

— Говорят, что жанр вашего пения — «вокальная йога». Что это значит?

— Мой стиль — это отражение моей души. Поэтому он индивидуален. Когда я поняла, что больше не хочу исполнять джаз, я стала приходить на берег океана, чтобы побыть в одиночестве и поразмыслить, как мне жить дальше, ведь я зашла в тупик. И однажды запела. Это было необычное для меня пение, совсем не похожее на классическое. Оно шло изнутри меня, было животным.

Как-то, когда я пела, ко мне подошел огромный мужчина. Он сказал, что я пою первобытно — так, как его предки. Это был североамериканский шаман, который приехал в Австралию выступать со своей музыкой. Он предложил мне переехать к нему учиться искусству исцеления голосом. Это было безумной идеей — бросить свой дом, налаженный быт, выступления, которые приносили мне деньги, оставить близких и уехать в никуда. Но я решилась. Больше 10 лет училась у шамана его искусству. Именно тогда полюбила игру на древних инструментах. Потом училась старинным мантрам в Индии. Я стала петь — из глубины своего тела, слушая и обучаясь музыке природы. Но эту музыку я хотела сделать современной, доступной даже неподготовленному слушателю. Поэтому добавила к древним мелодиям немного джаза, немного соула. Я люблю древнюю славянскую музыкальную культуру. Недавно даже записала песню — признание в любви русской душе.

Я могу постоянно меняться, не признавать рамок. Каждый раз я сплетаю новое музыкальное полотно на своих концертах. Пришло вдохновение — ищу такую форму, которая мне нравится. Для музыканта очень болезненно, когда он не выходит за рамки своего имиджа. Да, это прибыльно, но для творчества — это застой, просто несчастье.

— На концерте вы поете босиком. А почему?

— Я не могу представить себе, как можно выступать в обуви — так много энергии поднимается ко мне через голые ступни. Блестящие сапоги — это очень красиво, но о чем может петь человек на высоченных каблуках, если у него все тело переломано, и он думает о том, как бы с них не свалиться.

Легко ли жить в комфорте

— Многие женщины у нас считают, что принцы живут исключительно за рубежом. А у вас муж — русский. Что вы нашли в русском мужчине?

— Вообще-то, я не искала европейца или русского. Это неважно. Первый вопрос, который я ему задала: «Что ты любишь?». Если бы он ответил: «Машины, компьютерные игры, деньги» — это был бы не мой мужчина. Но мы с ним оказались на одной волне. Европейцы вообще лишены тех качеств, которые позволяли бы им видеть в женщине женщину. Уже несколько поколений они воспринимают женщину как коллегу. И никогда не окружат вас заботой. Если вы вдвоем в ресторане, значит, счет пополам, если несете чемоданы, то вы — свой, он — свой.

Я недавно была в Америке, работала с одним очень известным музыкальным продюсером. Каждый день учила его снимать с меня пальто. На это ушло две недели. Ему 60 лет, и у него красивая жена, которую он очень любит. Я думаю, она оценила мои уроки.
Европейцы будут делить с тобой все: такси, счет за парковку. Стабильность их жизни внушает чувство, что все уже умерло, все уже случилось и ничего больше произойти не может. В России ощущение стабильности условное, поэтому все очень живые, все понимают, что того, что есть сейчас, завтра может и не быть.

— Вы производите впечатление очень счастливого человека. А говорят, что русские женщины самые красивые и самые несчастные. Ваш рецепт счастья?

— Для меня он прост: надо каждый день хотя бы немного времени уделять только себе, слушать себя и понять, чем же я буду жить именно в этот день. Все внешнее, что вы видите во мне, рождается внутри. Многие пытаются заглушить свои негативные эмоции шопингом, косметическими процедурами, покупкой ювелирных украшений. Они никогда не придут к счастью. Все свои силы такая женщина тратит на исполнение своих желаний.

А вся красота, сила и счастье, любовь — внутри нее. Стоит только послушать себя, и эта любовь будет расцветать, напитываться вниманием женщины. И вместе с любовью расцветет ее красота. Ни одна помада не подарит губам красивую улыбку. Если посмотреть на моделей, которые для многих являются эталоном красоты, — они все как будто неживые, замороженные. Многие из них слишком зациклены на том, как выглядит их тело, лицо, но при этом нисколько не думают о своей душе.

Еще одно условие: как можно больше времени проводить на природе. Офис — автомобиль, троллейбус — дом. И ты изолирован от жизни, не чувствуешь солнца на своей коже, дыхания ветра. Не слышишь пения птиц и шелеста листьев. Ты не живешь. Ваше русское лекарство — дача. Только без надрыва, как это делают ваши женщины. И баня. Мое любимое занятие — сидеть на берегу океана и слушать шорох волн. И кормить друзей шоколадом.

Досье

Перукуа — уникальная певица, получившая классическое музыкальное образование в Австралии.

Она стала успешной джазовой певицей, но затем бросила это занятие. Перукуа уехала в пустыню Нью-Мексико (США) вместе с американским индейцем-шаманом и в течение 10 лет постигала древние традиции пения.

Она выпустила 8 альбомов и совершила 15 международных концертных туров.
В ее музыке гармонично соединяются мелодии коренных американских индейцев, ближневосточные мотивы, элементы классической индийской музыки, соул и даже электроника.

Помимо этого, певица является автором методик «Вокальная тантра» и «Вокальная йога».