Все новости
Cоциум
20 Июля 2022, 13:15

Не стоять на месте

Такой принцип взяли за основу в Караидельском районе

Альберт ЗАГИРОВ
Фото:Альберт ЗАГИРОВ

Этот северный район в республике знают, наверное, все. И прежде всего потому, что места здесь просто потрясающие: Павловское водохранилище, горы, леса, ну просто рай для туристов. Но не только этим отличается Караидельский район. Дело в том, что он постоянно меняется. Приезжаешь в очередной раз и неизменно видишь положительные перемены: здесь заасфальтировали дорогу, там открыли новый клуб, где-то возвели глэмпинг. О том, как удается с успехом двигаться вперед, мы попросили рассказать главу администрации Караидельского района Айдара ШАЙДУЛЛИНА.

Трудные времена переживём

— Мы приезжали в район год назад, когда вы были еще начинающим главой. Теперь вы уже осмотрелись, вникли в дело. Как оцениваете прошедший период?

— Как говорит Радий Фаритович, нам чуть-чуть не повезло, не в то время пришли. Потому что как раз началась пандемия. А это масочный режим, закрытые торговые сети и производственные предприятия. У нас, допустим, в Байкибашево мебельное производство «Уфалеспром» остановилось на два месяца. Люди ушли, встали на учет на биржу труда, стали получать пособия.

Когда снова начали запускать цеха, руководитель предприятия за голову схватился: «Ну вообще беда, люди не идут. Говорят: «Я лучше буду дома сидеть и 15 тысяч рублей получать, чем у вас на производстве за 25 тысяч трудиться». Это была подножка для развития района.

— Но пандемия закончилась…

— И началась следующая история: введенные санкции накладывают свой отпечаток, и мы это ощущаем, недополучаем налоги. На предприятиях нарушились логистические цепочки — поставки материалов, оборудования.

В свое время, когда в район пришел, я лесопромышленникам сказал, что нужно закупать современную технику. У нас в составе КаСоЛа (Караидельский союз лесопромышленников. — Авт.) 32 предприятия, и они ко мне прислушались. Тогда в районе был всего один комплекс харвестер — форвардер (многофункциональные машины для заготовки леса, работающие в паре — Авт.), сейчас их у нас уже восемь. Техника, кстати, недешевая: на тот момент комплекс финской фирмы Ponsse стоил 1 млн евро, то есть 80 млн рублей, а предприятия ее взяли в лизинг.

С введением санкций Финляндия закрыла поставки оборудования и комплектующих. А чтобы эта техника работала, ежедневно нужны расходники. Мы начали переговоры с представителями фирмы в России, и я им прямо сказал: «Если техника у нас встанет и остановятся поставки древесины, то прекратятся и лизинговые платежи. Вы, ребята, сделайте анализ по России, какой из регионов взял у вас столько техники. Да никто так не скакнул». Поэтому мы с ними договорились, что в ближайшие пять месяцев нас обеспечат комплектующими — они на складах есть. Обещание свое пока выполняют.

Кстати, смогли мы договориться и о том, чтобы временно заморозить тело лизингового платежа и платить только проценты. И в этом они пошли нам на уступки.

— А со сбытом древесины проблем нет?

— К сожалению, есть. Крупные промышленные предприятия, такие как фанерный комбинат, «Кроношпан», тоже приостанавливают свою деятельность и сырья закупают все меньше.

Сейчас наши предприятия ищут другие рынки сбыта, в Челябинской области, Пермском крае, и мы им в этом помогаем. Чем больше будет предприятий-партнеров, тем лучше, даже если потом поставки восстановятся.

— Жаль, конечно, что так вышло. Помнится, объемы лесозаготовки планировалось увеличить втрое?

— Да, лесопромышленники неплохо стартовали, начали набирать хорошие объемы по освоению расчетных лесосек. До прошлого года мы осваивали только треть от возможного: 217 тысяч кубометров из 680 тысяч. Потом закупили технику, и дело пошло. Если бы все сложилось удачно, объемы можно было бы увеличить в три раза.

Игроки на поле

— Оправдал ли надежды инвестор-аграрий, который пришел в район в прошлом году?

— Инвестор из Давлекановского района пришелся как нельзя кстати. Мы ему сразу поставили условие: чтобы налог оставался в муниципалитете, он должен зарегистрировать обособленное подразделение или отдельную структуру. Инвестор нас понял и зарегистрировал предприятие «Агроресурс-Караидель».

Сейчас он оформил 6,5 тысячи гектаров сельхозугодий, которые были заброшены. В этом году закупил технику на 50 млн рублей и начал их осваивать. Пригнал посевной комплекс, собирается еще один приобрести. У него желание увеличить площади до 12 тысяч гектаров. Земля пустовать не должна, она должна работать.

— Как относятся к приходу крупного инвестора другие предприниматели, фермеры?

— Сегодня маленький фермер просто не выживет. Здесь у нас район рискованного земледелия, и без внесения минеральных удобрений не получишь хороший результат. А кредитоваться на эти цели может только крупный инвестор. Либо мелкие фермеры должны объединиться в кооператив.

В районе есть несколько фермеров, пожилых уже, мы их называем бабаями. Они и землю бросить не могут, и работать устали уже. Мы с ними поговорили, они готовы серьезному инвестору передать землю по договору субподряда.

Это, кстати, решит важный вопрос. Сейчас многие ездят вахтами на север — теряют здоровье, находятся вдалеке от семьи. Если люди увидят, что появился серьезный работодатель, который не обманывает, вовремя выплачивает зарплату, они к нему потянутся.

Да и вообще, когда на поле появляется новый игрок, и у всех остальных начинается движуха. Сельское хозяйство мы неплохо раскачали и надеемся, что оно выйдет на новый уровень. Спрос на землю сейчас очень большой.

— У вас ведь вроде бы еще рыбная ферма открылась?

 — Предприниматель получил грант от минсельхоза в размере 3 млн рублей и создал рыбохозяйственную ферму, где выращивает африканских клариевых сомов. Очень интересное производство: в больших пластиковых чанах рыбу растят от мальков до товарного вида. В природе сом — падальщик, от него пахнет тиной. А на ферме он содержится в чистой воде, вкус просто изумительный.

— Сома уже можно купить?

— Реализацию рыбы уже начали. Товарной продукция считается от 900 граммов, а на ферме сомы уже больше килограмма. В перспективе предприниматель собирается запустить переработку. Делать пельмени, манты, колбасу, рыбу холодного и горячего копчения, вяленую и другую.

Модное слово «глэмпинг»

— Изюминка Караидельского района — живописная природа. Сам Бог велел здесь развивать туризм…

— А он у нас прекрасно развивается. На каждый инвестчас, а они проходят раз в неделю, приходят один-два желающих открыть глэмпинг, если выразиться модным словом, или турбазу. Ряд земельных участков выставлен на аукцион, по нескольким проектам есть протокольные решения.

Некоторые проекты уже реализованы. Например, в деревне Уразбахты построен экоотель. На этом месте когда-то была свалка, его рекультивировали, привели в порядок и создали очень интересное место для отдыха.

В 2021 году мы открыли глэмпинг «Караидель». Предприниматель пошел дальше, построил на территории несколько быстровозводимых домов.

Еще на одной турбазе — «Усадьба у Альберта» — открылась новая гостиница на 100 мест. Рядом с комплексом было старое деревянное здание, и мы предпринимателя убедили, что оно местность не красит. Он с нами согласился, выкупил участок и расширил базу. Вложил средства, поставил еще домики, обустроил территорию. Также взял участок с другой стороны, открыл детский лагерь, чтобы родители могли там оставить ребенка на время отдыха. А вообще он очень грамотно к делу подходит: сделал над рекой веревочный парк — такого вообще ни у кого нет, построил площадку для картинга и хоккейную коробку.

Недавно в районе зарегистрировалось новое охотхозяйство, землю оно взяло через минлесхоз. Приобрели 35 лошадей на грант и приглашают приезжать охотников. Впрочем, обещают не только охоту на лошадях, но и туристические маршруты.

То, что нужно людям

— Сейчас резко в гору пошла программа поддержки местных инициатив. Как у вас с этим дела?

— Очень хорошо: в минувшем году из 17 сельских поселений, претендовавших на участие в программе, отбор прошли 15. Это большая цифра, обычно в районах в победители выходят два-три проекта. Общая сумма составила 18,9 млн рублей, из них более 11,1 млн — из республиканского бюджета, 3 млн — средства спонсоров, 1,8 млн — сельских поселений, почти 2,9 млн — населения.

— Что это за проекты?

— Два сельсовета, например, приобретают тракторы. На селе без этой техники никак, и мы постепенно идем к тому, чтобы тракторы были во всех сельских поселениях. Летом для обкоса территорий, зимой — для уборки снега. Повесил плуг — можно делать противопожарную опашку, прицепил мобильно-пожарный комплекс — можно тушить огонь.

Одно из сельских поселений, кстати, приобретает такой МПК. Это очень хорошая замена пожарным автомобилям. Для последних нужны ГСМ, водители, запчасти, а на содержание пожарной техники статьи расходов нет. Где-то ее отдавали фермерам: они ее эксплуатировали, а в случае пожара добровольная команда выезжала на ней на тушение.

Мобильный пожарный комплекс — это, грубо говоря, прицеп с водой. Но у него есть свой автономный генератор, он забирает воду и тушит огонь с помощью двух стволов. Причем если на старых «ЗИЛах» воды было 2,5 кубометра, то в МПК — 4 кубометра. Трактор есть — быстренько зацепил его и прибыл на пожар.

В числе других проектов — ремонт водопроводов, уличного освещения, ограждения кладбищ и обелиска, школы и клуба, создание зоны отдыха в селе Новомуллакаево. Особенно ценно, что это именно то, что нужно людям. Мы вовлекаем их в эту историю, и если человек свою копейку туда вложил, то не даст хулигану целиться рогаткой в тот же фонарь. Потому что знает, что это его имущество.

Среда стоит денег

— По программе формирования комфортной городской среды что-нибудь строите?

— Напротив здания администрации начали строительство детского автогородка. Еще один проект — благоустройство территории вокруг клуба в Абызово. Конечно, чтобы реализовать масштабный проект, требуются немалые деньги. Нам бы очень хотелось участвовать в программе создания комфортной городской среды в малых городах и исторических поселениях, но по условиям Караидель в нее не попадает. Хотим выдвинуть на конкурс село Байки, это историческое поселение.

Если бы условия программы чуть-чуть изменили, включили бы села, у райцентра тоже был бы шанс. Сейчас его нет, и это обидно. А вообще у меня мечта реконструировать главную улицу от въезда в Караидель до понтонного моста. Реанимировать ее интересными проектами, сделать велодорожки, озеленить, превратить в город-сад.

— Кстати, очень красивым у вас получился парк «Прибрежный»…

— Мы его достроили в прошлом году. Сейчас это одно из любимых мест сельчан. Они там гуляют, занимаются спортом, приходят туда с детьми. В парке проводим праздники и другие мероприятия. Сделали над водой надпись «Счастье не за горами», и люди любят там фотографироваться. В общем, на месте не стоим, двигаемся вперед, пытаясь внести в жизнь что-то новое, интересное.

Асфальт для сельчан

— А какая ситуация сегодня с дорогами?

— По территориальному заказу лимиты доведены, проводим аукционы. Два участка дорог — в Караяре и Абдуллино — асфальтируются по поручению главы республики. В Караяре мы открывали новый клуб, построенный по программе «Башнефти» через Фонд социальных целевых программ, и на открытии присутствовал руководитель региона. Жители обратились к нему с просьбой заасфальтировать эти участки. Выполнены и другие просьбы: жители получили новый мобильный пожарный комплекс и машину «скорой помощи».

Вообще, люди сейчас, конечно, хотят асфальтированные дороги. Вроде бы есть хорошая щебеночная, а они жалуются, что, мол, плохая она. И делают это в надежде, что проложат асфальт. Были бы у нас возможности — все бы дороги в асфальт закатали. Но, к сожалению, вынуждены работать в рамках тех средств, которые нам доводят и которые у нас есть.

— Многих интересует вопрос: скоро ли запустят дорогу Бирск — Тастуба — Сатка?

— Протяженность нашего участка — 41 километр, из них 28 километров построено в 2021 году. Срок сдачи объекта — 31 декабря. У нас Озеркинская зона ждет эту дорогу как из печки пирога. Сегодня люди вынуждены пользоваться временной дорогой, отсыпанной вдоль основного полотна. Полтора месяца шли дожди, она раскисла. Кроме того, по ней движется большое количество большегрузной техники, которая завозит материалы. Мы объясняем людям, что это временные неудобства, надо этот год потерпеть, зато потом будет отличная магистраль до Дувана.

О времени и о себе

— Есть ли у главы района свободное время? Чем увлекаетесь?

— Честно говорю — времени не хватает. На работу уходишь в семь утра и приходишь в девять-десять вечера. На увлечения уже нет ни времени, ни моральных сил. Суббота — рабочий день, на семью остается только воскресенье.

Я всю жизнь занимался волейболом, баскетболом, футболом, хоккеем, теннисом, плаванием. По некоторым видам у меня есть разряды. И сейчас, когда бывает свободная минутка, предпочитаю заниматься спортом, игровыми видами.

Ну и, конечно, нужно сына к чему-то интересному приучать: вместе что-то делаем, мастерим, конструируем. У старшего недавно была свадьба, а когда он был маленький, подарил ему отвертку. Это, конечно, опасный инструмент. Но все, что можно, он разбирал, а потом собирал обратно. Да, какие-то детали оставались, но у него так развивалось логическое мышление.

Потом подарил ему пассатижи, рулетку, другие инструменты. Сейчас он умеет руками что-то делать — каждый мужчина должен иметь такие навыки. Как говорил наш учитель физики, мужчина должен уметь починить утюг.

Сейчас младшему сыну шесть лет, и у него тоже есть своя отвертка, чемоданчик с инструментами. Сидит, разбирает машинки. Для развития ребенка, его мышления это очень полезно.

Какие-то вещи вместе делаем, например, скворечник.

На природу выезжаем, сейчас вот ягоды, грибы пошли. Общение с природой успокаивает, улучшает самочувствие. А раньше я очень серьезно занимался пчеловодством.

— У вас пасека была?

— Пчел держал пятнадцать лет. Родственники были с медом, даже прибыль хорошую это приносило. Сейчас на это нет времени. Нельзя пчелами заниматься наскоками, если заниматься, то серьезно.

Вот некоторые говорят: выйду на пенсию — буду пчел держать. Да никогда такой человек их не возьмет. А про себя я точно знаю, что это сделаю. Потому что прошел эту школу. Во-первых, это успокаивает, ведь пчелы как дети. Во-вторых, постоянно учишься чему-то новому. Методов пчеловождения, а это именно так называется, очень много, и каждый из них уникален. Вроде бы пятнадцать лет — большой опыт, но каждый год что-то новое узнаешь, что-то совершенствуешь.

Итоговый результат — количество товарного меда. Допустим, в этом году его столько. Значит, делаешь в голове записи — здесь я ошибся, надо было не так сделать, а здесь погода подножку поставила. Анализируешь, сравниваешь, на следующий год корректируешь. И каждый год учишься.

Есть, конечно, люди, которые пчел по старинке держат: с улья возьмут 15 килограммов меда, и это их устраивает. У меня самое большое среднее количество меда с улья было 87 килограммов, это неплохо. Некоторые давали 120 килограммов, некоторые — 50, потому что среди пчел тоже есть ленивые, есть работящие. Пчеловод должен сделать так, чтобы они все работали на сто процентов.

Кислородная подушка

— Вы ведь в Караидельском районе родились, а потом долго жили в Давлеканово. Довольны, что судьба привела вас обратно на родину?

— Я вырос в селе Караидель, на берегу Павловского водохранилища. Мама у меня здесь сейчас живет. Окончил 11 классов, поехал учиться в Уфу. А потом попал в Давлекановский район.

Я очень рад, что глава республики принял решение направить меня сюда, на малую родину. Конечно, я бы трудился в любом районе, куда меня бы направили, но вдвойне приятно работать в родных местах. Я здесь знаю людей, их менталитет, культуру, и это помогает при общении с ними. Рад, что могу внести свою лепту в развитие района, и от этого на душе становится хорошо.

— В Караидельском районе очень чистый воздух. Вы как-то говорили, что после этих мест в городе начинаете задыхаться…

— Да, это так. Когда человеку плохо, ему в больнице дают кислородную подушку. Он дышит кислородом, у него в организме образуется эндорфин — гормон радости, и человек начинает исцеляться. У нас в районе 70 процентов лесов, и мы живем внутри кислородной подушки. Кислород у нас везде, поэтому люди счастливы и совсем по-другому относятся к происходящему.

А еще мощно притягивает людей наше Павловское водохранилище, красивая природа. В то время как другие сельские районы теряют население, у нас оно растет.

— Правда?

— Да. Вот приехал к нам недавно стоматолог из города. Устроился на работу, купил дом. На каком-то мероприятии вышел и шикарно спел две-три песни, я сначала думал, какого-то артиста пригласили. Потом поговорили с ним, я его спросил, что заставило сюда приехать, ведь в зарплате он потерял. И он ответил: «Я хочу, чтобы мои дети росли здоровыми, поэтому приехал сюда, в экологически чистый район».

Отток, конечно, есть — из дальних деревень, например. Однако даже там участки сейчас востребованы, например, под дачи или чтобы жить на лоне природы на пенсии.

— Есть у вас в районе самое любимое место?

— Каждое место интересное. Если говорить о корнях, то мама у меня из деревни Байки-Юнусово, а папа — из Багазов. А так — вся территория района изумительная, красивейшая. Поехал в Караяр — там своя красота, горы, леса. В Озеркинской зоне источник из-под воды бьет — Шашмарал. В сторону Верхнего Суяна — пещеры. В степной зоне свои прелести.

Альберт ЗАГИРОВ  Парк «Прибрежный», открытый в селе Караидель в минувшем году, стал для жителей одним из самых любимых мест отдыха.
Парк «Прибрежный», открытый в селе Караидель в минувшем году, стал для жителей одним из самых любимых мест отдыха. Фото:Альберт ЗАГИРОВ
Читайте нас в