Как корреспондент пытался «договориться» с инспектором
Договориться с Юрием (назовем его так) о совместной акции оказалось совсем непросто. Сотрудник одного из органов, которые принято называть компетентными, он долго сомневался в правомочности эксперимента. Потому что нужны всевозможные согласования, визы высоких лиц.
Но, в конце концов, идею поддержал.
Состояла она в попытке «договориться» с сотрудниками ГИБДД, «не отходя от кассы».
Юрий подрулил на своей «Приоре» к условленному месту встречи, открыл дверцу автомашины и представил меня:
— Знакомься: моя родная сестра Аделина и двоюродная — Оксана. Они же, в случае чего, понятые. Поехали?
Путь наш лежал прямо к посту автоинспекции, место которого хорошо знакомо каждому автолюбителю — редко удается проскочить без проверки. Так и есть: взмах жезла, остановка.
По «утвержденному» сценарию выхожу навстречу «жертве». Инспектор непреклонен:
— Я прошу выйти водителя!
— Товарищ лейтенант, пойми, торопимся. Может, договоримся? А? Ну за пару «штук»?
— Трезв совершенно. Просто торопимся.
— Выйдите из машины, — лейтенант открывает дверцу со стороны водителя.
Юрий следует за человеком в погонах в сторону патрульного авто. Процедура занимает минут 15.
— А что ты им сразу не представился? И что там было? — нетерпеливо интересуюсь.
— Когда потребуется, представлюсь. А так — в трубочку дыхнуть попросили. Поехали на трассу!
— Пока едем, можно, я анекдот расскажу? — это Аделина. — В общем, стоит инспектор возле знака «20 километров в час». Мимо едет старенький «жигуль» со скоростью 41. Инспектор свистит, машина тормозит, выходит старый дед: «Сынок, штраф платить нечем, на всю пенсию заправился». — «Давай права, деньги привезешь — верну». В это время мимо пролетает «Мерседес», скорость — 220. Инспектор свистит, из «мерса» выходит здоровенный детина с бейсбольной битой: «Так, кто тут свистел?». Инспектор: «Да никто не свистел». Дед: «Сынок, отдай права, а то скажу, кто свистел».
— Вас этому в школе учат? — Юрий довольно строг. — Хотя, вообще-то, довольно жизненно. Как и другое. Недавно к нам девушка обратилась, кассир из супермаркета. Им почти в приказном порядке было сказано после смены определенную сумму отдавать директрисе. Это — сверх выручки. То есть изначально был заложен обсчет покупателей. Сейчас занимаемся, но сложно все, не так просто доказать. Вот что доказали — это как один лесничий мзду с незаконных порубщиков соляркой взял, на чем и попался. Так, стоп!
Новая встреча с инспектором. Текст тот же: «Может, договоримся? Торопимся». Но теперь в автомобиль ГИБДД приглашают вашего корреспондента. Беседа очень жесткая:
— Вы подтверждаете, что пытались дать взятку сотруднику при исполнении?
— Нет, конечно, я просто предлагал договориться. Пожать друг другу руки, например.
К месту событий спешит Юрий. Вот теперь его «корочки» очень кстати.
На въезде в город вновь тормознул уставший и замерзший на ветру лейтенант:
— Опять вы? Все еще трезвые? Ладно, езжайте.
Итак, сенсационного задержания не случилось. Но, может, это и хорошо?
Чаще других служебным положением пользуются госавтоинспекторы, утверждает прокуратура
Инспекция безопасности дорожного движения занимает первое место в коррупционном рейтинге республиканских ведомств, на долю ее сотрудников приходится более половины всех взяток, сообщил журналистам начальник отдела прокуратуры РБ Валерий Кузьмин.
По его словам, соцопрос, проведенный в регионе, показал, что почти треть опрошенных готова давать взятки, еще пять процентов уже делают это, и достаточно часто. Более половины респондентов заявили, что они не готовы платить за решение своих вопросов.
— Самой крупной полученной в этом году стала взятка в 700 тысяч рублей, отданная сотруднику управления по земельным ресурсам администрации Уфы, — уточнил начальник отдела по надзору за исполнением законодательства по противодействию коррупции прокуратуры РБ Валерий Кузьмин. — Самой мелкой — одна тысяча рублей, этой суммой люди, как правило, расплачиваются с врачами за липовые больничные. Самой крупной переданной суммой стала взятка в два миллиона, самой мелкой — в 250 рублей.
По словам В. Кузьмина, особо экзотическими пристрастиями взяточники не отличаются. Бывает, берут ноутбуками, стройматериалами, автомобилями, но чаще все-таки деньгами.
— Правда, были в нашей практике два случая, когда преподаватели вузов поставили студентам особые условия взятки, — рассказал Валерий Кузьмин. — Один потребовал подарочный сертификат известного спортивного магазина, второй — приобрести в одном из магазинов какой-либо товар и принести в подтверждение товарный чек. Продавец находилась в сговоре с организатором этой преступной цепочки и регулярно отчитывалась о «покупках» студентов. За год педагог накопил таким образом полмиллиона рублей.
Еще одним наиболее распространенным коррупционным нарушением остается предоставление неполных и недостоверных сведений о доходах, расходах и имуществе. Этим, сообщили в прокуратуре РБ, пользуются как представители органов власти и местного самоуправления, так и сотрудники учреждений. Например, миграционной службы и службы судебных приставов, министерств — здравоохранения, лесного хозяйства, земельного имущества, ЖКХ, внутренних дел, а также госкомитета по жилищному и строительному надзору и администрации Уфы.
— Чиновники обязаны отчитываться о своих расходах, если они превышают совокупный семейный доход за три последних года, — подчеркнул Валерий Кузьмин. — Если они не могут объяснить происхождение израсходованных денег, их дорогостоящие приобретения изымаются и передаются государству. В этом году мы подали в суд два подобных иска на общую сумму 5,6 миллиона рублей. Один из них — на 2,8 миллиона рублей — удовлетворен.
В этом году правоохранительным органам удалось установить причастность к коррупционным преступлениям более 260 республиканских чиновников. Здесь статистика к снижению не стремится. Если в прошлом году таких преступлений было 814, то нынче их 807. А вот взяток стало больше. В 2014 году их получили 174 раза и передали 91 раз. В этом цифры увеличились, соответственно, до 187 и 98.
Более 200 должностных лиц, каждый десятый из которых — работник органов власти либо представитель правоохранительных органов, — осуждены за коррупцию. Есть среди них и шесть глав муниципалитетов. Почти 450 чиновников привлечены к дисциплинарной ответственности, четыре человека в связи с утратой доверия уволены.
Китай.138 тысяч 867 чиновников были осуждены в Китае за коррупцию и расточительство за последние три года. Из них семеро — уровня министра или губернатора. Среди преступлений, помимо взяток, — незаконные траты бюджетных средств на личные нужды. Оплата за счет казны дорогостоящих вояжей за рубеж, круизов в отпусках, ужинов в ресторанах, аренды роскошных автомобилей и люксовых подарков. Получение дорогих сувениров тоже наказывается. Любители роскоши получают реальные сроки. По российским меркам, китайские чиновники страдают за ерунду.
Италия. В Италии взяточничество никогда не казалось серьезным преступлением и имело характер подношения. Все изменилось в начале 90-х годов, когда коррупция захватила всю государственную систему и спровоцировала политический кризис. После раскрытия цепочки коррупционных преступлений, в Италии началась операция «Чистые руки» (1993 — 1994 гг.). В этот период были осуждены и получили тюремные сроки 500 политиков, под следствием оказались 20 тысяч человек, во избежание обвинений уволились 80 процентов чиновников. Имущество всех осужденных подлежало конфискации, а их средства направлялись на развитие социальной и сельскохозяйственной сфер.
Гонконг. Сейчас административный район считается одной из финансовых столиц мира. Но до начала 70-х годов он был центром преступности: коррумпированная полиция способствовала развитию рэкета, наркобизнеса и проституции. В 1973 году власти пошли на крайние меры и учредили независимую комиссию по борьбе с коррупцией (НКБК), в которую входили выпускники лучших вузов и молодые специалисты, не успевшие обрасти «вредными» связями. Первым делом НКБК обезглавила коррупцию страны, уничтожив самых влиятельных продажных лиц. Сотрудники комиссии получили огромные полномочия и могли арестовать чиновника только лишь по одному подозрению, не имеющему доказательств, до полного выяснения легальности доходов.
Сингапур. Властям города-государства, получившего в 1965 году независимость, пришлось решать наряду с другими проблемами и проблему коррумпированности. Вместе с принятием акта о предотвращении коррупции ужесточились и законодательные нормы. Четкое описание коррупции раз и навсегда лишило взяточников возможности принимать «благодарности». Серьезные полномочия получило Агентство по борьбе с коррупцией, увеличился срок отбывания наказания за взяточничество, позже правительство внесло поправки о конфискации имущества. Далее власти применили более мягкую тактику и сделали должность чиновников уважаемой и высокооплачиваемой, что давало им возможность критически относиться к взяточничеству.
Мы сталкиваемся с коррупцией, появляясь на свет (коррупция в родильных домах никого не удивляет — врачей почти всегда «вознаграждают») и провожая близких на погост. Как бороться с ней? Мне кажется, что самое надежное — ротация кадров. Чиновников надо периодически менять. Ведь человек, придя во власть, не сразу вникает в коррупционные схемы. Пока разберется, пока поймет… А тут — раз, и заменили его, перевели в другую контору, в другой отдел, в другое министерство. Вот в Грузии взяли и уволили всех полицейских. Набрали новых. Акция имела успех. Правда, весьма краткосрочный. Потому что ротация должна быть постоянной.
О коррупции можно и нужно говорить. Но нужно и бороться, действовать. А мы превращаемся в общество говорунов: пообсуждали, поохали, разошлись и… пошли давать взятку за справку, за место, за отношение.
И все-таки я верю (почти как Сергей Говорухин), что настанет время, когда коррупции не будет. Вот только здоровый пессимизм мне все же подсказывает, что жить в эту пору прекрасную не придется. А хотелось бы. Очень!
|