Играли марши, говорили — воевать будем недолго

В Уфу все время прибывали эвакуированные заводы, потоки гражданских людей и раненые красноармейцы. Населения прибавлялось, а продуктов не хватало. За ними — длиннющие очереди. Школы отдавали под госпитали. Люди готовили обеды из подсолнечного жмыха, крапивы, щавеля, картофельных и свекольных очистков.

В одном из выступлений президент страны Владимир Путин отметил, что трудно определить, кому больше досталось во время войны: тем, кто воевал на фронте или трудился в тылу.

Нашу школу № 48 рассредоточили по разным местам. Несколько учеников из класса, в том числе и меня, поместили в бывшую пивнушку рядом с Центральным рынком, мы писали даже на газетах. В декабре 1942-го нас обязали явиться в ремесленное училище № 8, мы учились и работали с наставниками — слесарями и токарями — на заводе напротив стадиона «Динамо». В 1944-м после окончания учебы нас направили в сопровождении мастера в город Молотов (нынешняя Пермь) на авиазавод № 19. Туда прибывали и выпускники училищ других городов страны. Нас, уфимцев, по недоразумению (из-за звучания слова), путали с финнами, это нас пугало, потом привыкли. В комнате жили по 25 — 30 парней. Был клуб, где по воскресеньям устраивали танцы. Бригаде из трех слесарей поручали сборку опытных двигателей, трудились часто две смены подряд, а то и ночью. Испытывали моторы тут же на стенде, неполадки устраняли моментально.

Нам, молодым рабочим, давали дополнительно карточку на обед в столовой. Часто видели, как на завод строем приводили стариков старше 60 лет, так называемую трудармию, на хозяйственные работы. Все приближали победу как могли. И мы ее дождались за сборкой очередного авиационного мотора.