Совсем чуть-чуть осталось до победы

Мы подъехали к дому возле узянского пруда. Он обнесен каменной оградой, за которой — творческое огородное разнообразие. Там и грядки, и горшочки с саженцами, и различные насаждения. Это хозяйство Полины Юрьевны Толстовой, по специальности она агроном. Сейчас Полина Юрьевна живет в Узяне и ухаживает за своими родителями. А еще она занимается волонтерством.

До того, как стать добровольцем, Полина Толстова активно боролась с оврагами. Впрочем, она и сегодня этим занимается, но помогать фронту считает более значимой задачей.

Вот написал «боролась с оврагами» и вдруг подумал, что этот светлый и интеллигентный человек наверняка на меня обидится, потому что ее деятельность трудно уложить в какие-то определенные рамки. Но если уж написал, то поясню, вернее, пусть это сделает сама Полина Юрьевна.

— Видите, овраг? — показывает она в сторону ближайшего лужка, который ныряет в большую овражью ложбину. — Он уже задерненный, у него стены не обрушиваются. А есть такие, с которыми надо действительно бороться…

— И как вы это делаете?

— Обсаживаю кустами. Причем использую сеянцы, то есть что само прилетело, упало и взошло. Сеянцы подращиваю в горшках, потом высаживаю вдоль оврагов.

Главные враги Полины Юрьевны — местные козы, которые активно поедают высаженные ею кустики. Поэтому она постоянно экспериментирует, пытаясь определить, какие виды растений козы есть не станут. В отношении коров это уже получилось.

— Коровы не едят, к примеру, барбарис, поэтому его можно смело высаживать в селе, причем это довольно-таки красивое растение, — говорит Толстова.

Я слушаю эту милую женщину и грустно думаю, что с козами бороться, увы, бесполезно: они за барбарис только отдельное спасибо скажут.

Полина Юрьевна вместе с учителями узянской школы озеленяет памятник погибшим в годы Великой Отечественной войны бойцам. А еще мечтает облагородить лестницу, которая ведет на церковную гору:

— Представьте, как будет здорово, если она станет утопать в зелени! Вот только опять же — козы…

О подобных начинаниях лучше рассказать в отдельном материале, а сегодня меня интересует волонтерская деятельность.

Полина Юрьевна давно и основательно занимается травами. Когда занялась волонтерскими травяными сборами, разработала систему классификации растений, что применительно именно к солдатским чаям:

— К первой категории я отнесла травы, которые можно включать в сборы без ограничений, как основу. Ко второй — те, которые добавляются в малых пропорциях. А к третьей — травы с нежелательным действием, например, с сильным слабительным, мочегонным, возбуждающим эффектами, а также с содержанием ядовитых веществ. Это такие травы, как душица, адонис, солодка и многие другие.

— А душица чем не угодила? — удивился я.

— Это трава, которая поднимает уровень женских половых гормонов. Нашим солдатикам на фронте, сами понимаете, это ни к чему, хотя для аромата немного душицы можно добавить.

Полина Юрьевна сама готовит различные травяные сборы. Она показывает рецепты, где расписаны по частям все составляющие: «чай зеленый — 8, мелиса — 3, малина — 6, душица — 0,5, зверобой — 2». Заметили, что женская душица содержится в этой рецептуре в минимальной пропорции, как и говорила травница, только для аромата.

Смотрю список трав первой категории: лист смородины и малины, ромашка, иван-чай…

Травы она частично выращивает сама, на своем участке. А еще их приносят люди. Центр волонтерского сбора — Никольский собор Белорецка. Туда Полина Толстова ездит часто, чтобы забрать травы, распределить готовые сборы для расфасовки в мешочки.

У волонтеров своя группа в социальной сети, свой благотворительный фонд — «Вера», свое удивительно крепкое братство. Правда, слово «братство» не совсем подходящее, потому что среди волонтеров в основном женщины.

Да, наши российские женщины удивительны в своем самопожертвовании! Наш народ никто и никогда не победит, ведь у нас такой крепкий, стабильный и красивый тыл.

Спрашиваю Полину Юрьевну, что, как ей кажется, чувствуют солдатики на фронте, когда заваривают чаи, приготовленные для них на далеком Урале?

У нее появляются слезы на глазах…

— Когда-нибудь все это должно закончиться! — говорит она.

А потом, словно спохватившись, добавляет:

— Много отзывов… Пишут письма, благодарят, просят прислать еще, даже заказывают определенные сборы.

— Хватает ли вам сырья для своих заготовок? Или вы нуждаетесь в помощи?

— Было бы неплохо, если бы неравнодушные люди приносили в Никольский собор различные травы. Только, пожалуйста, в хорошо высушенном и желательно измельченном виде.

Во время этой поездки мы встретились в Узяне еще с одной активисткой волонтерского движения. Это Лилия Нургалеевна Соколова. Она пригласила нас в свой просторный дом, познакомились с ее детьми, тоже волонтерами: Александр учится в десятом классе, Михаил — в шестом, Арина — во втором. Главу семьи Александра Александровича мы дома не застали.

Семья Соколовых уже полтора года шьет, вяжет и плетет различные изделия для отправки на спецоперацию. Вернее, шьет и вяжет Лилия Нургалеевна, у остальных задачи иные. Александр, например, сейчас заканчивает плести нашлемник, который надевается на солдатскую каску.

— Это нужно, чтобы сохранить бойцу жизнь, чтобы обеспечить нужную маскировку, — поясняет парень.

— Кем ты мечтаешь стать? — спрашиваю его.

— Пилотом!

— Гражданской авиации, — тут же добавляет мама.

Лилия Нургалеевна показывает узянские топочки.

— Мы их так в селе и называем — топочки! — смеется она, показывая вязаные плотные носки с укороченными паголенками. — Их удобно надевать на забинтованные или даже загипсованные ноги.

Еще мастерица демонстрирует полотенца, госпитальные рубахи и штаны (где вместо пуговиц — липучки), специальные подушечки для подкладывания под раненые конечности, различные мочалки, вязаные мешочки, набитые какой-либо крупой, чтобы солдаты в госпиталях могли развивать моторику рук. Лилия Нургалеевна Соколова — учительница Узянской школы. Она рассказывает, что в волонтерском движении участвуют и ученики, которые на уроках технологии изготавливают такие изделия. Сельская школа стала своеобразным центром волонтерства!

Особенно мне понравились пакетики, в которые узянские волонтеры вместе с иконками и поясками с молитвой вкладывают куклы-обереги. Я не знаю, как сочетаются эти обереги с православными святынями, но наши солдаты, судя по отзывам, такие подарки очень ценят. И это главное.

Лилия Нургалеевна перечисляет имена самых активных местных волонтеров: Ольга Ивановна Абрамова, Надежда Львовна Обуткина, Олеся Николаевна Юсупова, Людмила Федоровна Мавлетшина, Анна Николаевна Чернышева, Маргарита Фаритовна Абкадирова… Старался записать всех, простите, если кого-то упустил.

Рассматриваю браслеты, которые женщины плетут для солдат. Это очень необходимая для фронта вещь: браслет при необходимости буквально одним движением быстро расплетается и выглядит, как длинная пятиметровая веревка, внутри которой семь шелковых нитей. Использовать его можно по-разному: веревкой можно перевязать раненые конечности, чтобы остановить кровотечение, а можно сделать носилки для солдата: шелковые нити выдерживают груз до 250 килограммов.

Всю волонтерскую продукцию узянские женщины отправляют в Белорецк, в храм, откуда с другим гуманитарным грузом все это отправляется в зону СВО и в госпитали.

Читаю письма детей, которые они пишут солдатам. Вот одно из них: «Здравствуй, дорогой солдат! Я живу в детдоме и поменяла четыре приемные семьи…»

Сразу осекаюсь… Но решил дочитать, дошел до самых главных слов, которые специально выделю. Уверен, что солдатик, который получит это письмецо-треугольник, непременно встрепенется и, может быть, даже всплакнет ненароком, только чтобы никто не заметил: «Я думаю, что ты и твои друзья-солдаты победят, и вскоре будет новый День Победы. Я хочу сказать, что я тебя понимаю, но я не была там, где находишься ты. Я думаю, что ты испытываешь такую боль. И страх.

Думаю, что все скоро встанет на свои места. Чуть-чуть, совсем чуть-чуть осталось до конца СВО! Терпи, мы ждем тебя живым!»

А закончить хочу еще одним отрывком из детского письма: «Здравствуй, дорогой солдат! Знаю, что тебе очень трудно. Я понимаю, что ты сейчас защищаешь нашу Родину. Может быть, ты служил с моим дядей. Его звали Саша. Он умер. Но ты должен вернуться живым!»