Сандалики для Дюймовочки

Об удобной и, главное, красивой обуви он в детстве даже мечтать не мог. Как и везде, у всех его ровесников в селе Гафурово была только одна всесезонка — лапти. Отец мальчика плел их из древесного лыка липы и ивы. Для прочности подшивал веревкой, чтобы трем шустрым пацанам подольше хватало. Когда Гали учился в восьмом классе, на глаза ему попались старые отцовские кирзовые сапоги. Носить их было уже невозможно, а выкинуть, видимо, рука не поднялась. Мальчик разобрал их на части, замерил свою ступню и из голенищ сшил тапочки. Конечно, их фасон до дизайнерских моделей недотягивал, но вещь получилась удобной и прочной. А когда настало время определяться с будущей профессией, юноша решил шить обувь.

Гали Шакирович окончил училище, устроился на Октябрьскую обувную фабрику. И не заметил, как отработал на ней 40 лет. На пенсию ушел с должности механика. Но даже на заслуженном отдыхе ни дня не сидел без дела. Вернее, ему не давали сидеть. Родные, друзья, соседи обращались к нему с просьбой починить любимые туфли, пошить новые изящные сапоги или меховые унты. Чаще всего такие просьбы звучали после развала Союза, когда начался тотальный дефицит всего. Кашапов говорит, что никому не отказывал в помощи. Порой в комнате дома, где он устроил мастерскую, свободного места не оставалось — она была буквально забита обувью разных размеров, видов и фасонов.

— Многие обижаются, когда их сапожниками называют. Якобы это звучит несолидно. Просят, чтобы их обувщиками величали, — говорит мастер. — А я, когда меня спрашивали про работу, гордо говорил: сапожник. Ничего зазорного в этом не вижу.

Русское народное выражение «ругается как сапожник» точно не про Гали Шакировича. Человек он очень скромный. Его супруга, Сакина Каюмовна, признается, что никогда в жизни слова бранного от него не слышала. Душа в душу пенсионеры живут 23 года, судьба свела вместе два вдовствующих сердца. И хозяйство сообща ведут, и на творческие выставки вдвоем выезжают.

Пять лет назад мастер «переквалифицировался»: превратил профессию в хобби и стал изготавливать сувенирную обувь. На своей ладони я уместила четыре пары пошитых им крохотных сандалий! Они ничем не отличаются от обычных. Для пошива используется деревянная колодка, а создается обувь из натурального и искусственного материала. Глядя на миниатюрные изделия и натруженные руки Гали Шакировича, удивляюсь — как ему дается столь ювелирная работа?

— В среднем изготавливаю по три пары в день, — говорит Кашапов. — На каждую уходит примерно пара часов. Но вначале продумываю макет, рисую лекала, по котоым крою сандалии или туфли. Лишь после этого начинаю шить. Не думайте, что я сижу над этим целыми днями. Разве что ранним утром и поздним вечером. А остальное время занимает домашняя работа. Сами понимаете — в деревне всегда много хлопот.

Первый свой необычный сувенир он подарил начальнику цеха, где когда-то трудился. Потом стал раздаривать миниатюрную обувку родным. Сарафанное радио быстро разнесло слух о его увлечении. Люди стали делать заказы. Особенно те, кто ехал в гости в большие города и за границу. Там изделия ручной работы особенно ценятся.

Недавно Кашапов представил свои изделия на выставке первого районного конкурса «Йэш килендэр». Специально изготовил 65 пар, которые уместились на небольшом письменном столе.

Для каждой пары обуви Гали Шакирович мастерит коробки. Делает их из ярких поздравительных открыток, а потому их украшают надписи вроде «С днем рождения» или «С юбилеем». Но любуясь аккуратными творениями пожилого мастера, зная, что он вкладывает душу в каждую туфельку, на коробке хочется написать: «Сделано с любовью!». И это точно не будет дежурной фразой.