Большая родня всегда поможет

Мы все — в Турцию, в Турцию… А Турция, тем временем, к нам. Знакомьтесь: Шехмус Уран, гражданин популярной у русских туристов южной страны, курд по национальности. В башкирскую столицу приехал с моей подругой, а с недавнего времени и его женой оренбурженкой Анной Втюриной. И с удовольствием поделился впечатлениями от Уфы, России в целом и рассказал о жизни на родине.

— Шехмус, как ты оказался в России?

— О России слышал много и давно. Но конкретных планов поездки никогда не строил. Совершенно случайно познакомился с Аней в Стамбуле. Короткая и ничего не обещающая встреча, да еще и сильно осложненная языковым барьером так бы и забылась. Но потом началось общение по телефону. И новая наша встреча, через год после знакомства, была уже в России…

— Что в Уфе и в России вообще тебя поразило, удивило больше всего?

— В Уфе и Башкирии прежде всего невероятной красоты природа: леса и парки, свежий воздух. На моей родине, в городе Диярбакыр, все лето температура 40 — 43 градуса и нет дождей. А в Стамбуле, где я живу и работаю в последние годы, почти нет таких больших парков и лесов, там все отдано под застройку. Вообще, в Уфе удивительное сочетание: типичный мегаполис — и в то же время уголок нетронутой природы. Приятно порадовали уфимцы: открытые, улыбчивые, готовые прийти на помощь. Это роднит их с курдами.

Хотя первое впечатление о людях в России, кстати, было обратное: многие показались напряженными, замкнутыми. Но когда знакомился с конкретными семьями и узнавал истории их жизни, поражался силе некоторых русских женщин и слабохарактерности иных мужчин.

Чего у русских не отнимешь, так это стремления к чистоте и опрятности: вы аккуратны в обустройстве дома и внимательны к бытовым мелочам. При такой любви к порядку удивило наплевательское отношение к тому, что за пределами дома: на неопрятные мусорные площадки, поломанные остановки и другие общественные места неприятно смотреть.

И автомобили у многих в России почему-то старые и неухоженные. А дороги гораздо хуже, чем в Турции. Зато порадовало, как у вас соблюдают правила дорожного движения: машины ездят аккуратнее и пешеходов, как правило, пропускают.

Еще одна вещь, которая меня поразила: это гигантские цены на местные товары. Понятно, что импортные вещи дороги. Но и местные продукты, которые производят в Турции и России, в разы отличаются по цене. Яблоки у нас, например, в пересчете на ваши деньги стоят 20 рублей за килограмм, помидоры — 10 рублей, картофель — 15 рублей, творог — 50 рублей.

— В чем различия в укладе жизни, традициях, культуре, социальных нормах у наших народов, на твой взгляд?

— Самые важные различия касаются, конечно, семьи. Семьи у нас большие: в норме шесть — девять детей. У молодых современных семей меньше — три — пять. Очень важна роль семейных ритуалов: знакомство с родственниками будущих супругов, помолвка, свадьба — это всегда празднуется очень пышно. Причем независимо от достатка семьи. Мы можем долго копить, делать все в складчину, если нужно, но соберем большое торжество. Для нас это вопрос чести.

Глава семьи у курдов — мужчина, он добытчик и защитник от внешних угроз. А все внутренние вопросы решает жена, и мужчина, как правило, ей возразить не может.

Среди старшего поколения работающих женщин мало. Раньше их основной обязанностью было воспитание детей. Современное поколение курдских женщин активно и учится, и работает. Но если в России женщина часто работает, чтобы прокормить семью, то у нас семью кормит муж, а женщина выбирает себе работу по интересам. Исключение, если женщина не замужем, или в ее семье умер отец. Тогда финансовую ответственность она берет на себя. Но даже в этой ситуации большая родня всегда помогает.

Особое отношение у нас к детям (это общее и для курдов, и для турок): мы их обожаем. И своих, и чужих. Любое семейное торжество, встреча — дети тут всегда чувствуют себя свободно, со всеми общаются, каждый стремится с ними поиграть, угостить. У нас норма, когда младший помогает старшему. Без уговоров и принуждения. Дети делают 80 процентов домашней работы. Ребенок первым принесет стакан прохладного напитка или чая гостю, его даже просить не нужно.

Разводов у нас почти нет. Об этом даже говорить стыдно. Разведенный мужчина — позор для семьи. Это особенность именно курдов. У турок, особенно современных, все иначе, по-европейски.

— Это здорово! А у нас в России с разводами прямо беда. Нам бы у вас секретам крепкой семьи поучиться…

— Просто мы стараемся сохранять даже очень дальние родственные связи, часто встречаемся, приезжаем друг к другу в гости целыми поколениями. Угостить чаем и сладостями и от души накормить — закон. Все с удовольствием рассаживаются на больших диванах (или на балконах в жаркое время года) и могут часами говорить о жизни. Если в России, как я заметил, любят пообсуждать или поругать кого-то в таких семейных беседах, то у нас чаще звучит смех, о проблемах говорить мы не любим. Любимые темы для обсуждения — дела семейные: кто женился, кто родился, кому помощь нужна, кто куда уехал. Можем поговорить и о делах в стране. Но без осуждения, это именно обмен информацией за большим семейным столом.

Я заметил, что в России такого нет. Родственники живут каждый своей жизнью, холоднее относятся друг к другу. Думаю, тяжело каждому по одиночке решать свои проблемы. У нас мы давно все решили бы сообща. При этом каждый русский человек в отдельности — духовно сильный, с жесткой внутренней системой ценностей и приоритетов. Потому вдвойне обидно, что на долю вам выпадает столько жизненных проблем. Хотя во многом, может, это и выковывает русский характер.

— О курдском населении Турции в России знают немного. Расскажи о своем народе и родном городе.

— Мой родной город Диярбакыр — один из самых древних городов Турции. Ему примерно 5 тысяч лет. Здесь я родился, здесь живет большинство моих родственников. Курды очень любят свою родину, свой народ и традиции. Поэтому многие не уезжают за поиском лучшей жизни в Стамбул или Анкару, а остаются в родном городе, рядом со своей семьей. Во многом поэтому, наверное, и население Диярбакыра в последние годы только растет: когда я родился, здесь проживали 1,4 миллиона человек, сегодня — уже почти 2,7 миллиона.

Это еще и негласная столица турецкого Курдистана. (Небольшие курдские диаспоры есть также в Иране, Ираке, Сирии.) Еще здесь живут армяне. Турок почти нет. Диярбакыр — один из немногих городов Турции, где сохранились христиане и христианские церкви. Многие церкви и монастыри, правда, пострадали во время военных действий. Здесь, начиная с 1990 года, было военное положение. Ситуация особенно осложнилась в 2000-х годах. Турецкие войска стремились установить у нас так называемый государственный порядок: ввести обязательный турецкий язык, объявить неофициальным курдский, выселить христианское население и закрыть церкви. Курды отстояли свою малую родину.

— Кем ты работал в Турции? И чем будешь заниматься в России?

— Когда-то начинал в транспортной логистике, междугородных перевозках, туристических перевозках внутри страны. Потом были проекты продажи недвижимости под застройку в Стамбуле. Но примерно два года назад рынок недвижимости заметно «затрясло», многие небольшие компании вообще закрылись, бизнес стало вести невыгодно.

Сейчас мне интересна сфера торговли: рынок транспортных перевозок овощей и фруктов активно развивается. Еще одна хорошая сфера — общепит. Курдская кухня богата и разнообразна. Чувствуется, что в России интерес к ней, как и ко всему восточному, есть, но по-настоящему аутентичных, а не декорированных под Восток мест почти нет. А поскольку моя семья теперь здесь, надеюсь, что получится работать в этом направлении в вашей стране.