Все новости
Cоциум
13 Июля 2012, 20:51

Все навстречу Кутузову идём!

В честь 200-летия победы над Наполеоном в Куюргазинском районе состоялся второй российский сбор кураистов. Первый прошёл там же 100 лет назад

Фельдмаршал Кутузов вечно живой.
Кутузов на Мухе, Кахым-туре — на Рыжей

— Все навстречу Кутузову идем! — разносят мощные динамики над полем голос режиссера. Здесь, в Куюргазинском районе, идет, как говорят в театре, прогон инсценировки одного из эпизодов войны с французами, когда Кутузов встречает башкирские полки и благодарит за победу. В роли и одежде полководца Александр Степанович Барановский, пожарный МЧС ПЧ-126. Мужчина спокойный, степенный — таким мы и знаем из книг и фильмов одного из главных действующих лиц Отечественной войны 1812 года. Под Михаилом Илларионовичем, простите, под Александром Степановичем нетерпеливо гарцует Муха, серый в яблоках жеребец. Навстречу фельдмаршалу идет строй воинов-башкир во главе с полковником Кахым-туре, под которым кобыла Рыжая идет иноходью. «Почему она боком ходит?» — спрашиваю Рафката, предпринимателя из деревни Ямансарово, который старается выглядеть достоверно в роли знаменитого полковника. «Капризная и упрямая она, — отвечает Рафкат и поясняет: — Иноходец».

Сегодня тот самый случай, когда можно и нужно вспомнить о Кахыме Мурзашеве (Кахым-туре) — уроженце села Мурдашево (Мырзаш) Юрматинской волости Ногайской дороги (ныне Стерлитамакский район Башкортостана). По материалам переписи 1811 года, Кахыму Мурзашеву было 33 года, следовательно, он родился в 1778 году. В следующей переписи, 1816 года, указывается, что умер он в 1813 году. Остался сын Хабибулла 1810 года рождения. Имеются прямые потомки, живущие в той же деревне Мурдашево и Аючево. Был первым из башкир, окончившим Петербургскую военную академию, в 22 года получил звание полковника. Кахым-туре — традиционное его прозвище среди башкир, закрепившееся за ним в молодости, после окончания военной академии. «Туре» в переводе означает «начальник, господин».

Героическая фигура Кахым-туре неразрывно связана с боевой славой, которую обрели башкирские войска во время военной кампании против Наполеона. Общепризнано, что наши конники отличались храбростью и военным искусством. В народных легендах говорится, какой ужас они наводили на парижан.

Народные песни остаются основным источником биографических данных о Кахым-туре. Нет пока достоверных исторических сведений о том, как он воевал, ничего не известно о том, был ли награжден какими-либо боевыми наградами. Местным исследователям-краеведам удалось лишь выяснить место и примерные даты его рождения и гибели.

После прогона военного эпизода на разминку стали выходить танцевальные и фольклорные ансамбли кураистов. Трава и цветы огромного поля, намятые конскими копытами, каблуками танцоров и тысяч зрителей, источали медовый дух, который пьянил людей, собравшихся посмотреть и поучаствовать в возрождении народной традиции, заложенной еще в 1912 году. Начало действа запланировано на вторую половину дня, так как гости в эту точку республики съезжались издалека, даже из соседних республик и областей.

У вас «ля» почём?

Никто не мог ответить точно, сколько кураистов и гостей приедет: полторы или две тысячи? Возможно, и больше. Сабантуйное поле готово принять всех. Торгуют лотки местного потребсоюза. Бесплатно угощают гостей чаем, выпечкой, кумысом в юртах, которые в тени деревьев разбили хозяйства Куюргазинского района.

— Вам чай с молоком или без? А может, лучше кумыса отведаете? — наперебой предлагают нам улыбчивые женщины, хозяйничающие в юрте Свободинского сельсовета и ДРСУ. С фотокорреспондентом Раифом Бадыковым пробуем и то, и другое. Заодно интересуемся происхождением названия сельсовета. Когда-то был хутор Свободный, он разросся до размеров села, а название осталось: смысл-то у слова больно хороший — свобода! «Так вы свободные женщины?!» Шутка нравится веселым хозяйкам юрты, нас приглашают на кумыс повторно.

В самом начале торгового ряда развернула свой книжный прилавок Фирдаус Хайбуллина из Зилаира. Рядом с книгами связки курая.

— Их делает Риф, сын Сайфуллы Дильмухаметова из деревни Старое Якупово. Попросил продать недорого, — объясняет Хайбуллина.

— У вас «ля» почем? — обращается к Фирдаус подросток в белой рубашке под строгим черным костюмом, напоминающий своим академичным видом Гарри Поттера.

— «Ля» — 450 рублей, — отвечает за Фирдаус ее супруг Халитьян Хайбуллин, помогающий в бойкой торговле. — «Си» и «до» — по 350, «ля-бе-моль» — 500 рублей.

Нота опеределяет длину курая, а длина — цену. Делают курай необязательно из тростника, а больше предпочитают строганый шпон березы, бука, ясеня.

Подростком, которого интересовала «ля», оказался девятиклассник из Октябрьского Рафаиль Мухаметшин. Сюда он приехал с товарищем, студентом-третьекурсником Октябрьского музыкального училища Ильфатом Салимовым.

— У тебя учитель, случайно, не Рамзин Абсалямов? — интересуется продавец кураев Халитьян Хайбулллин и, когда студент утвердительно кивает, с гордостью поясняет: — Он мой земляк, из Баймака.

Кураисты, а их несколько тысяч только в нашей республике, все друг друга знают. Кажется, их связывает нечто большее, чем простое увлечение народным инструментом.

— Самый старый кураист Салават Хайбуллин из Баймакского района, ему 89 лет, ветеран Великой Отечественной войны. Очень хотел приехать на этот сбор, — рассказывает известный кураист, заслуженный работник культуры РФ и РБ, ведущий телепрограммы «Хазина» Юлай Гайнетдинов, — даже прислал заявку. Но не смог, сил не хватило. К сожалению, не приехали по состоянию здоровья 87-летний Нажметдин Хасанов из Зианчуринского района, 80-летний Агзам Аминев из Бурзяна. Но они все равно с нами, здесь. Мы, кураисты, духовно едины.

Фанис Исмагилов, командир вертолета МИ-24, привез на сбор кураистов всю семью из военного городка Октябрьский, что в Самарской области. Фанис родом из Федоровского района, служил на Сахалине, воевал в Чечне. У него, 34-летнего офицера, 25 лет выслуги: где-то год шел за два, где-то — за три. Жена Банат — учитель начальных классов, две дочери — Айым и Алтынай. Фанис играет на курае. Семья расстелила ковер на опушке, поставила свой самовар, разложила на скатерти снедь. Повидали земляков, послушали живую музыку курая, дети повалялись на душистой траве. Это стоило того, чтобы преодолеть несколько сот километров. Фанис скоро уйдет в отставку — кто знает, как сложится жизнь. Сертификат на получение жилья семья офицера Исмагилова, скорее всего, использует в Башкирии — малая родина тянет.

Собравшиеся замолкали и с почтением вглядывались в фигуру старца в зеленом национальном халате, которого вели под руки к сцене. Это исполнитель народных песен Абдулла Султанов, который несколько лет назад ослеп после ДТП в Уфе. Сегодня ему 84, он приехал на открытие сбора кураистов. Вот уже более 70 лет Султанов поет в строго классическом стиле башкирские протяжные песни. У него от природы абсолютный слух, огромный по диапазону выразительный голос и поставленное дыхание. Но он так и не стал профессиональным певцом, не уехал из родной деревни Кубагушево Учалинского района и, как говорят специалисты, поэтому сохранил индивидуальность. Когда кому-то надо, за Абдуллой Султановым приезжают и увозят далеко, даже в другие страны, исполнять башкирскую народную песню. Пел он в Москве, Германии, Португалии, Румынии, Болгарии, Чехословакии, Франции. Сюда, на поляну в Куюргазинском районе, великий певец, потерявший зрение, сам изъявил желание приехать. Его усадили в тени, прямо за сценой.

Сто лет спустя

Итак, 100 лет спустя после первого сбора кураистов в честь 100-летия победы в Отечественной войне 1812 года в Куюргазинском районе в честь 200-летия победы проходит второй сбор. Как и первый, по масштабу он тоже российский. Сюда съехались поклонники музыки поющего тростника и музыканты из 27 районов Башкирии, делегация Оренбургской области, кураисты из Самарской области, Татарии.

Это очень трогательно и впечатляет, когда на фоне всеобщего забвения и лукавой ревизии истории вдруг усилиями простых людей возрождается почти забытое, рихтуется народная память, которая возвращает современников к утраченным ценностям, восстанавливает любовь к малой и большой родине.

Когда кураисты говорят о духовном единстве народа, это воспринимается как набор высоких слов. Но ученые-математики утверждают: нет, не набор слов. Теорию шотландца Питера Хиггса о существовании «божественной клетки» почти подтвердили на практике американские ученые из центра «Тэватрон» буквально на днях. Существует такая клетка, наделяющая остальные вокруг себя массой! Открытие, если оно подтвердится, позволит управлять временем. Ну а пока люди пытаются, и не безуспешно, влиять на время, оберегая свои традиции. В этом есть что-то божественное.

Хорошо, что в России объявлен Год истории. Хорошо, что это совпадает с 200-летием победы в Отечественной войне 1812 года. Хорошо, что ученые по такому поводу еще раз пытаются осмыслить в газетных статьях обстоятельства начала этой войны и выявляют условия, обеспечившие победу. Хорошо, что находят даже параллель в действиях и мотивациях Наполеона и Гитлера. Но первый почему-то остается великим полководцем, а второй, совершенно справедливо, извергом. Хотя оба они, совершенно точно, маньяки-завоеватели и душегубы. Представьте только: более 30 тысяч молодых здоровых мужиков-башкир было оторвано от повседневных дел на землях, пастбищах, от семьи и детей и срочно переброшено в район военных действий.

Так было во всех губерниях России со всеми ее народами и народностями. Простые люди тянули лямку войны, каждый день решая вопрос — удастся выжить или нет.

Все эти пафосные слова здесь употреблены только для того, чтобы упрекнуть высоких чиновников, которые, объявив очередной знаменательный год в России или Башкортостане, на следующий же день забывают об этом. Посмотрите, какие только форумы, проекты и праздники не придуманы, чтобы как-то разбудить в сердцах, умах и мышцах молодежи патриотическую энергию: Селигер, Сколково, Зимние Олимпийские игры в Сочи, Грушевский фестиваль бардов, бессмысленный с точки зрения экономистов мост на остров Русский. Сотни миллионов и миллиарды рублей… И вдруг на фоне этих масштабных приготовлений проходит — в Год истории! — второй сбор кураистов в память о павших в Отечественную войну 1812 года. В нем заключен, по мнению участников, огромный патриотический посыл. Организовали сбор в первую очередь сами кураисты, в которых, благодаря песням тех лет, жива память о кровопролитной войне. Много сделала администрация Куюргазинского района, взявшая на себя часть материальных расходов. Спонсорами выступили предприниматели Зинур Исхаков и Юлай Ишмухаметов. Все они взяли на себя, не говоря уже о материальных и финансовых расходах, огромную ответственность за прием гостей и весьма почитаемых артистов и музыкантов. Все-таки речь идет о возрождении не какой-нибудь местнической, районной традиции, а о реставрации события российского масштаба. Поэтому более чем странным показалось отсутствие на российском фольклорном празднике в Куюргазинском районе представителей министерств культуры и молодежной политики Российской Федерации и ее субъекта. Не было на сборе кураистов и представителей Всемирного курултая башкир.

— Первый сбор кураистов состоялся 26 августа 1912 года в Оренбурге по инициативе оренбургского губернатора, — вспоминает Юлай Гайнетдинов. — Проводился он в год 100-летия победы над Наполеоном. Участвовало до 60 кураистов. Одновременно состоялись военный парад и конкур.

Всем кураистам — правнукам «белых амуров», по информации журналиста Салавата Юлбарисова, были вручены памятные медали.

В октябре 1912 года кураисты — участники Губернаторского бала — повторили сбор в поле у деревни Якут нынешнего Куюргазинского района. Сохранился даже фотоснимок тех времен. Кстати, с него кумертауский художник Флюр Исмагилов создал картину на холсте размером 1,7х2 метра, которая считается главным украшением деревенского музея Кинзи Арсланова. На воссоздание истории и воинской славы башкирского народа сегодня много сил и средств отдает предприниматель и настоящий меценат, президент благотворительного фонда имени Кинзи Арсланова, потомок знаменитого полководца по родословному древу Марс Хабибуллович Юлбарисов.

Все эти исторические пласты пришли в движение в памяти многих, собравшихся на второй сбор российских кураистов, благодаря тектонике, которую создали звуки почти 500 кураев во время исполнения гимна. Музыканты выстроились в несколько плотных рядов вдоль опушки леса. Зрители, и стар и млад, усевшись на скамейки или просто стоя, замерли под гипнозом живой музыки. Только здесь начинаешь осознавать, что песню поющего тростника надо слушать не по телевизору, не через стереоколонки, не в автомобиле. Живая симфония природы может восхищать и очаровывать только под открытым небом.

— Видишь, как круто! — слышу за спиной голос подростка. Вот как! А ведь утверждают, что народные песни и протяжная музыка вовсе не в зоне интереса молодежи. Оборачиваюсь и знакомлюсь из журналистского любопытства. Их двое. Рузиль Сайфутдинов и Диана Губайдуллина — студенты из Стерлитамака. Приехали сюда, зная, что здесь состоится редкое — происходит раз в 100 лет — музыкальное и культурное событие, которое нельзя пропустить.

После гимна, по сценарию, следует выезд Кутузова-Барановского. Навстречу ему идут отряды с копьями и луками. Муха и Рыжая останавливаются друг против друга. Фельдмаршал приветствует воинов:

— Любезные башкирцы, хорошо держитесь!

В ответ Кутузова приветствуют и воины, и зрители.
Справка

В книге «Воинская слава башкирского народа», изданной в 2007 году, сообщается, что после указа царя Александра I от 8 августа 1812 года каждый башкирский кантон в зависимости от численности населения выставлял от одного до двух полков, каждый численностью в 500 человек. За короткий срок, с августа по октябрь 1812 года, кроме ранее сформированных пяти полков, кантоны собрали еще 15. Чуть позже отправили на военные действия еще восемь. Кроме того, 12 тысяч башкир обеспечивали охрану юго-восточных границ России. Таким образом, башкирский народ в 1812 — 1814 годы мобилизовал для защиты страны около 30 тысяч воинов. Местное население оказывало армии и другую помощь. Как пишут авторы статьи вышеуказанной книги, население подарило свыше четырех тысяч лошадей и пожертвовало 500 тысяч рублей — огромная по тем временам сумма! Война-то — Отечественная.