Все новости
Право
11 Сентября 2012, 15:22

Кому закон, а кому дышло

Общественный совет при МВД для некоторых граждан стал последней инстанцией

Жертвам «черного» риелтора Минахмату Мухаммедову и Лидии Исаргаковой (слева направо) остается только руками развести.
Жертвам «черного» риелтора Минахмату Мухаммедову и Лидии Исаргаковой (слева направо) остается только руками развести.
Очередной прием граждан по личным вопросам на сей раз провел известный предприниматель, представитель общественной организации «Татары Башкортостана» Рамиль Бигнов. Помогал ему начальник Управления уголовного розыска республиканской полиции Владислав Ситдиков. Обратились со своими проблемами восемь человек. Из них несколько заявителей обивают пороги министерств и ведомств в поисках справедливого решения уже не один год. Именно эти дела «с бородой» оказались самыми сложными.
Дело врачей

«Реаниматолог, которая видела меня впервые в жизни, сказала, что мой муж и так должен был умереть тогда, два года назад. И, мол, нечего было жаловаться в горздрав», — рассказала на приеме общественного совета Алифа Гафурова.

Историю пенсионерки знает вся республика благодаря многочисленным статьям и сюжетам в СМИ. Наша газета тоже сообщала подробности этой непростой ситуации в публикации, которая называлась «Неадекватное лечение», в 56-м номере «РБ» за 24 марта прошлого года.

Напомним суть произошедшего. По утверждению заявительницы, ее мужу в 2008 году врачи больницы № 18 не оказали должной помощи, и он умер у нее на руках в приемном отделении. Как на самом деле должны были действовать доктора, она знала, поскольку сама проработала врачом сорок лет. Через два года судьба привела ее вновь в ту же самую больницу — она привезла на «скорой» своего сына. У дверей реанимации и состоялся тот памятный разговор реаниматолога с матерью пациента, который в итоге тоже умер.

С той поры женщина не оставляла попыток возбудить уголовные дела в отношении врачей, как она считает, виновных в гибели ее мужа и сына. Например, по словам А. Гафуровой, судмедэкспертиза после смерти супруга была проведена без его медкарты, которая к тому времени оказалась утерянной. А объяснения, данные врачами больницы относительно реанимационных мероприятий, заявительница также опровергает. «Они не соответствуют действительности. И я обратилась за помощью в общественный совет, потому что больше надеяться не на кого», — пояснила пенсионерка.

Р. Бигнов:

— От имени общественного совета мы все еще раз проверим. Хотя времени прошло слишком много, и восстановить в деталях произошедшее два с половиной года назад трудно, тем более — доказать вину врачей, если она есть.

В. Ситдиков:

— Ваше заявление мы направим туда, в чьей компетенции подобные вопросы. Как только определимся, сразу вам об этом сообщим.

Кто остановит «чёрного» риелтора?

«В 2009 году мы хотели продать квартиру и купить на эти деньги дом. А в результате лишились квартиры, в которой остались наши вещи, и в течение 3,5 года вынуждены судиться с риелтором. Обращались во все инстанции и ведомства — бесполезно. Хотя по документам видно, что риелтор оформила право на собственность в регпалате на квартиру в то время, как все сделки с этой недвижимостью были официально приостановлены. Однако ни в одном суде ничего доказать не можем. Куда бы ни обращались, ответ один — нет состава преступления», — сообщила о своей проблеме следующая заявительница Лидия Исаргакова.

Еще один потерпевший Минахмат Мухаммедов рассказал, что та же риелтор заняла у него миллион рублей в 2010 году и до сих пор не отдает. Несмотря на решение суда в его пользу, судебные приставы не могут исполнить судебное решение, так как официально за должницей ничего не числится и она нигде не прописана.

— Я неоднократно обращался в органы внутренних дел, но мне отказывают в возбуждении уголовного дела. Пришлось самому провести расследование. Оказалось, что эта риелтор, помимо нас, подобным образом обманула еще восемь человек. Они тоже обращались в полицию, в суд, но безрезультатно, и уже махнули на все рукой. На самом деле мошенница кочует из Кировского района в Советский и обратно. И никто ее не может поймать. Всю свою недвижимость она оформила на родственников. Получается, все происходит в Уфе, но впечатление, будто она живет на другой планете. Никто никому не передает базу данных, где зарегистрирован этот человек. Заметьте, у меня есть все ее данные, все постановления о ее долгах. При этом мне говорят, что дело должно рассматриваться в гражданском порядке, хотя мой случай не единичный и речь идет о явном мошенничестве. Кстати, когда я с ней судился, она уже была привлечена к уголовной ответственности по 159-й статье и получила три года условно. Тем не менее она продолжает обманывать людей, — рассказал М. Мухаммедов.

По словам Лидии Исаргаковой у нее за время разбирательства скопилось девять папок с документами. В основном это переписка с различными инстанциями. У потерпевшей есть ответы за подписью бывшего министра внутренних дел России Р. Нургалиева, председателя Следственного комитета РФ А. Бастрыкина, генпрокурора Ю. Чайки и даже В. Путина в его бытность премьером. Не говоря уже о республиканских министерствах и ведомствах. «У меня семь отказов в возбуждении уголовного дела, и все потому, что у нее есть поддержка в правоохранительных структурах. Даже регпалата дает ответ, мол, все документы оформлены правильно. Тут явно действует целая шайка мошенников», — считает Л. Исаргакова.

«Лично я хочу, чтобы мне вернули долг. Больше ничего, хотя все, кто задействован в афере, утверждают, будто мы с Исаргаковой отказываемся от денег, которые они якобы нам предлагали, так как хотим только судебного разбирательства. Это ложь! Меня обвиняют в угрозах, и мне приходится везде ходить с адвокатом, поскольку меня неоднократно пытались спровоцировать на скандал», — добавил второй заявитель.

Нехорошая квартира на улице Зорге

Следующая посетительница, уфимка Нина Скоромнюк, пришла на прием в качестве неравнодушного к чужой беде человека. Женщина рассказала, как в их доме по улице Р. Зорге в однокомнатной квартире, расположенной по соседству, действует «черный» риелтор. По ее словам, в 2005 году они выселили оттуда хозяина. Пожилой человек некоторое время бомжевал, сердобольные соседи его подкармливали. Несчастный однажды поведал им жуткую историю, как подельники риелтора издевались над ним и его старухой-женой, чтобы вынудить подписать документы на квартиру. Потом новоявленный бомж куда-то сгинул...

В 2007 году тот же риелтор и компания вселили в «нехорошую» квартиру человека, который обменял свою «двушку» на эту однокомнатную и ждал, когда ему заплатят разницу. Денег мужчина не дождался — скоропостижно умер. Затем в 2010 году квартиру дали детдомовцу. Видно, на парня тоже оказывали давление, потому что он пытался обращаться в суд и рассказывал соседям, что очень боится, как бы его не «убрали». Опасения сироты нигде всерьез не восприняли. Через некоторое время детдомовец тоже умер.

По утверждению Нины Скоромнюк, в 2011 году по документам и от имени умершего молодого человека была продана другая квартира по улице Коммунаров. В общей сложности таким образом были проданы две квартиры — двух- и трехкомнатная, которые изначально предназначались для Фонда жилищного строительства.

«Риелтор, который всем этим занимался, стал впоследствии работать в центре недвижимости. После чего он получил разрешение на продажу той самой однокомнатной квартиры, которая у нас по соседству. Хотя соцработник не имела права давать такого разрешения. Тем не менее в результате очередной фиктивной сделки квартира опять была продана.

Писали письмо всем подъездом на имя президента Хамитова. На мой взгляд, мы имеем дело с очень хорошо организованным бизнесом, а данная однокомнатная квартира и некоторые участники этой сделки — всего лишь небольшое звено преступной цепи», — считает Н. Скоромнюк. Кстати, ее тоже пытались запугивать. «Доброжелатели» живописали сердобольной соседке, мол, «убьют не сразу, а будут долго мучить».

Бигнов:

— Я бы хотел уточнить — ваших интересов здесь нет, и вы к нам обращаетесь просто как законопослушная гражданка?

Скоромнюк:

— Да, конечно.
Ситдиков:

— Попробуем разобраться. Такая информация и раньше поступала. Проведем проверку и, если факты подтвердятся, будем возбуждать уголовное дело.

Ни пяди садовой земли под гипермаркет!

С сентября прошлого года идет тяжба между уфимским огородно-садовым товариществом № 4, расположенным по улице Цветочной, и строительной организацией «Башкомстройремонт». По словам одного из 316 членов товарищества, Людмилы Зоновой, городские власти не дали разрешение на приватизацию садовой земли. Тогда инициативная группа из трех человек решила попробовать решить проблему в судебном порядке. Калининский суд принял решение в их пользу. Сейчас «садовое» дело находится на рассмотрении в Верховном суде республики.

По словам Людмилы Зоновой, на садоводов, а большинство из них — пожилые люди, стали оказывать давление представители строительной организации. «Они уверяют нас, что якобы в сентябре наш сад все равно пойдет под трактор. Лично мне звонит сам гендиректор строительной организации: «Ну что, Людмила Владимировна, сад-то будешь продавать?». Я его спрашиваю: «За сколько?». А он так уклончиво отвечает, мол, посчитаем... Предлагают кому 16 тысяч рублей, кому 20, то есть цифры берут «с потолка». Но мы не хотим ничего продавать. Это наша земля, которую мы обихаживаем уже более 50 лет».

Бигнов:

— В своих письмах организация ссылается на решение городского округа о том, что земля им отдана под строительство. Но сейчас выясняется, что это неправда и суд аннулировал это решение.

Я бы посоветовал инициативной группе уведомить об этом всех членов садового общества.
В самом предложении продать участки, конечно, ничего особенного нет. А вот вводить людей в заблуждение уже противозаконно.

Ситдиков:

— Предлагаю передать заявление участников товарищеского садоводства в Управление по борьбе с экономическими преступлениями МВД по республике. Его специалисты проведут объективную проверку и примут соответствующее решение.

Соседство с ИП обернулось ЧП

Так сложилось, что по одному адресу располагались два частных предприятия. Оба занимались реализацией ювелирных изделий. Весенним днем директор и учредитель первого ООО пришел на работу, собрал все документы и ювелирные изделия второго ООО и исчез. Со счета организации также бесследно испарились и 20 млн рублей, перечисленные вторым ООО по договорам займа на развитие предприятия. «Заем нам никто не возвращает. Сам директор где-то скрывается, но, насколько мне известно, из республики никуда не выезжал. Заявление в полицию мы написали в марте. В возбуждении уголовного дела нам отказывают на основании того, что не были опрошены все свидетели», — пояснил суть дела юрист пострадавшего предприятия Кирилл Васильев.
Бигнов:

— В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела написано, что «процессуальные сроки рассмотрения сообщения о преступлении истекли. Дать правильную юридическую оценку не представилось возможным». Здесь не говорится, что «не было состава преступления». Нужно просто обжаловать само постановление об отказе, а мы вам поможем.

Послесловие

Бигнов:

— Я впервые принял участие в подобном приеме граждан по личным вопросам. Уверен, общественный совет и полиция просто обязаны отреагировать на каждое обращение. Ведь заявители сказали, что пришли сюда, так как им «идти больше некуда». Каждое обращение имеет свою специфику. По делам «с бородой» помочь труднее. Тем не менее из восьми обращений, по крайней мере, в пяти случаях мы дали четкие ответы, как быть дальше.

Подобную форму работы с населением необходимо развивать и дальше, поскольку это обоюдно полезно: руководство ведомства в курсе, как работают их сотрудники и что вообще происходит «на земле», а граждане получают профессиональную юридическую поддержку со стороны практиков.

Лично я сделал вывод, что либерализация уголовных статей по экономической преступности вынуждает потерпевших ходить по кругу. И мошенники пользуются этим обстоятельством. Думаю, законодатели несколько «поторопились», когда выводили из-под уголовного преследования экономических мошенников. Они сегодня настолько хорошо подкованы, что поймать их за руку практически невозможно. Не говоря о том, чтобы привлечь к ответственности. В итоге наши граждане могут теперь годами судиться с нулевым для себя результатом. Поэтому по фабулам рассмотренных сегодня дел мы сделаем соответствующие выводы, и общественный совет подготовит ряд предложений, чтобы ведомство выступило с законодательной инициативой вновь ужесточить уголовное наказание за экономические преступления.

Ситдиков:

— Хорошо, что люди еще на что-то надеются и обращаются в правоохранительные органы за помощью. И наша задача — понять их проблему, помочь им.

Перспектива со знаком «плюс» у членов садоводческого товарищества. По-моему, стражи порядка обязаны вмешаться в эту проблему, потому что люди сейчас подвергаются лжеинформационной атаке со стороны заинтересованной организации. За это, конечно, привлечь к уголовной ответственности нельзя. Но если владельцы садовых участков, которых сознательно вводят в заблуждение и обманывают, продадут свои земли организации, эти сделки будут признаны ничтожными. Потому что деятельность организации в этом направлении правоохранители приостановили, но они продолжают давить на владельцев и вынуждают их продавать свои участки.

Нам не важно, что будет в дальнейшем с этими садами, будет ли там построен комплекс. Нам важно защитить права граждан и оградить их интересы от незаконных посягательств.

Корр.:

— Вы услышали что-то новое для себя, может, какие-то новые схемы мошенничества выявились, полученная информация поможет вам в оперативной деятельности, есть вообще практическая польза для ведомства от таких приемов граждан?

Ситдиков:

— Нам помогает любая информация — век живи, век учись. И с этой точки зрения было интересно выслушать людей. Все схемы преступлений — классические, тем не менее каждая махинация имеет свои особенности. Соответственно, и заявления проверяются в индивидуальном порядке, а не по шаблону. Сотрудники выезжают на места, чтобы перепроверить факты, изложенные в заявлениях. Но, как говорится, для правды времени не жалко.

Корр.:

— В большинстве случаев граждане жалуются еще и на применение против них административного ресурса. Как вы собираетесь работать в этом плане? Вы уверены, что ваши сотрудники, которым вы дадите поручения разобраться с заявлениями, сумеют выбраться из этого омута?

Ситдиков:

— Сотрудники, с которыми работаю я, выберутся из любой ситуации. Иначе бы с ними не работал. Все подобные ситуации отрабатываются, шлифуются годами. И я не стану работать с людьми, которым не доверяю.

Корр.:

— Тогда вопрос к господину Бигнову. Как вы сможете одолеть того же «черного» риелтора, у которого, по утверждению заявителя, «все и на всех уровнях схвачено»?

Бигнов:

— Члены общественной палаты республики в соответствии с законодательством имеют право обращаться в прокуратуру...

Корр.:

— Ну сделаете вы запрос и получите ответ, мол, эти люди кристально чисты, и что тогда?

Бигнов:

— Будем подключать общественность. Посмотрим, что получится. Проверим на конкретном примере влияние общественных органов на решение таких задач, где присутствуют кумовство, коррупция, укрывательство, личные интересы правоохранителей. Например, взять первый вопрос — самый сложный и неоднозначный. Ко мне пришли люди с надеждой, а я такой же гражданин, как они, и не могу обмануть их надежды. Поэтому просто обязан использовать все рычаги, какие только у меня есть.
Читайте нас в