Жизнь на закате

«Покупайте молоко, сыр. Все вкусное, фермерское», — зазывает продавец на агрорынке в известном уфимском торговом центре. А когда спрашиваешь: «Откуда ваши продукты?» — с улыбкой отвечает: «Из Рублевки». На поверку речь идет не об элитном московском поселке, а о деревеньке в Давлекановском районе. Есть такая среди лугов и лесов этого зеленого края. Корреспонденты «РБ» отправились туда, чтобы увидеть, как доживают свой век потомки полтавских переселенцев и кто сегодня поддерживает теплящийся огонек жизни.

Полтавский след в башкирских лугах

Вот что повествует об истории деревушки региональный энциклопедический портал «Башкортостан». Деревня Рублевка была основана в конце XIX века переселенцами из села Рублевка Полтавской губернии. Переселение это связано с крестьянской реформой и аграрным кризисом на Украине. Жители Полтавщины, Черниговщины, Подольской и Харьковской губерний отправлялись на восток, чтобы возделывать свободные земли, которых не осталось уже на перенаселенной Украине. А на новом месте они сохранили свои традиции, характерный говор и местные названия.

Так, выходцы из Великой Рублевки на западе Российской империи основали Новую Рублевку на востоке, в Белебеевском уезде Уфимской губернии. Это уже позже название сократилось до Рублевки. Кстати, и обитатели соседних Вязовки и Хотимли — потомки этнических украинцев.

Сведения о деревне небогатые: энциклопедисты приводят данные о численности местных жителей, по которым можно проследить историю расцвета и угасания Рублевки. 1906 год — 394 человека, 1939-й — 508. 1959-й — уже 209: по стране косой прошла Великая Отечественная война, забрав большинство мужчин. Дальше — меньше. Последние открытые статистические данные за 2010 год говорят о 112 местных жителях.

Но если пройти по улицам, понимаешь, что и этих цифр уже нет. Рублевка раскинулась по обеим сторонам автодороги, и уже с нее видны заброшенные, заросшие бурьяном участки, черные глазницы выбитых окон в покосившихся избах. По словам главы Бик-Кармалинского сельсовета Ольфата Лукманова, едва 30 жилых домов наберется. А населяют Рублевку последние старожилы, дачники и те, кто не хочет уже прилагать никаких усилий, чтобы сохранить человеческое достоинство.

— Почти вся деревня на горе лежит, — вздыхает Лидия Дмитриевна Фетисенко. — А молодежь разъехалась — кто в Давлеканово, кто в Уфу.

Ей 86 лет. Она одна из последних местных старожилов, которые помнят деревню другой.

Двое на всю улицу

Лидия Дмитриевна родилась в соседней Вязовке, вышла замуж за Федора Степановича Фетисенко, и они поселились в Рублевке. Сегодня ему 88 лет. Вместе супруги уже 67 годочков.

Кстати, когда-то именно в Рублевке была единственная на всю округу восьмилетняя школа. Лидия Дмитриевна вспоминает, как еще из Вязовки ходила на учебу пешком около шести километров. В любую погоду — жарко ли, холодно ли на улице. Разве что в буран родители приезжали за учениками на лошадях. А уроки учить приходилось у тусклого фитилька самодельной керосинки. Электричество провели только в 1960 году.

— А мечта тогда одна была, когда в школу шли: ой, если бы хлебушек с неба упал — кушать нечего было, — вздыхает Лидия Дмитриевна. — Сегодня рассказываю правнукам — а они не верят.

Шли в Рублевку дети из соседних Вишневки, Трифоновки, Ляшковки, а кто-то жил в построенном при школе интернате. Закрылась она около десяти лет назад, когда некого стало учить. Недаром говорят: деревня живет, пока в ней есть школа…

Оба старожила — ветераны труда. Федор Степанович работал в местном колхозе трактористом-комбайнером, его супруга тут же, как сама говорит, «разными делами занималась»: убирала свеклу, заготавливала сено. Лидия Дмитриевна успела поработать и школьным поваром, и уборщицей в медпункте. А ведь было еще и свое хозяйство — огород, коровы, а главное — дети.

Один за другим родились у супругов Фетисенко Екатерина, Владимир, Татьяна и Валентина. Но работа в колхозе почти не оставляла времени на семью.

— Катя родилась 22 ноября, а я еще свеклу в октябре убирала за трактором, — вспоминает Лидия Дмитриевна. — Пока дети были маленькими, за ними присматривала бабушка, мама Федора, она с нами жила. А подросли — помогать начали и дома, и в колхозе.

Все четверо получили образование и осели в Давлеканово, подарив родителям пятерых внуков и 11 правнуков. Но главное, не оставили их одних. Состояние здоровья ветеранов таково, что они уже почти не выходят из дома — нужен постоянный уход. Вот дети и договорились «дежурить» у родителей по очереди. Старшие — Екатерина и Владимир — сами уже пенсионеры и приезжают среди недели. Татьяна и Валентина — школьные учительницы, потому навещают их в выходные. Благо Давлеканово в 20 минутах езды.

А вот покидать родную деревню супруги Фетисенко не хотят. Хотя и остались на своей улице Полтавской почитай что одни, за исключением дачников.

— Куда мы поедем? — качает головой Лидия Дмитриевна. — Мы здесь ко всему привыкли. А дети рядом, слава Богу!

Сила — в земле

Коренной житель Рублевки Владимир Порфирьевич Иванко, несмотря на почтенный возраст — 80 лет, до сих пор управляется со своим хозяйством сам. Сетует, конечно, что ничего не успевает, надеется на подмогу сына на сенокосе, но ровные клумбы, аккуратно подвязанные виноградные плети, большой сеновал красноречивее слов говорят о том, что рублевец еще уверенно стоит на родной земле. Да и бодрость сохраняет для своих лет необыкновенную.

— В былое время в колхозе агрономом работал. Да что только не делал, только в космосе не был! Хотелось и туда попасть, да не сложилось, — то ли в шутку, то ли всерьез говорит он.

В хозяйстве Владимира Порфирьевича с супругой и сейчас работы непочатый край: корова с теленком, куры, утки, плодовые деревья, собственные площади под сенокос на несколько гектаров. Есть даже вырытый когда-то своими руками прямо на участке рыбный пруд глубиной до пяти метров.

А еще он заядлый охотник — ни одного сезона не пропустил.

— На кого охотитесь? — спрашиваем.

— В основном на бобров, — отмечает Иванко.

— А что с ними делают?

— Ну как же, кушают.

— И что они, боюсь спросить, вкусные?

— Нормальные. Мясо как мясо.

Ох, нам, городским, наверное, это не понять…

Супруги Иванко вырастили пятерых детей. Старший, военный летчик, к сожалению, умер в прошлом году от лейкемии, получив дозу радиации. Остальные сыновья тоже пошли по военной стезе — сражались и в Чечне, и в Абхазии, и вот теперь в Донбассе. Младший сын работает на строительном заводе, дочь — медсестрой в гимназии Давлеканово.

— Я в Рублевке всю жизнь прожил, как мой отец, дед и прадед, здесь и умирать буду. А у детей своя жизнь, — добавляет Владимир Порфирьевич. — Что будет с деревней, когда и мы, коренные, уйдем? Рассыплется все, зарастет бурьяном. Хотя какие здесь места! Город рядом, вода прекрасная. Странно мне, почему пустые дома никто не покупает.

Может, потому, что не осталось здесь ни школы, ни клуба, ни магазина — все унесло время…

Фермеры не сдаются

Но не все в Рублевке этому времени сдались. Отец Алика и Рената Валеевых давлекановский, но раньше держал в деревне свое хозяйство. Его и оставил сыновьям в наследство вместе с привычкой работать на родной земле. Хотя оба сегодня живут в Давлеканово, в Рублевке у каждого свое дело.

Алик пошел по стопам отца-фермера: три года назад расширил на 200 га участок земли, купил лошадок башкирской породы — сейчас их в хозяйстве 36 голов. В стойле — коровы и овцы, по двору бродят куры и утки. Вместе с хозяином с ними управляются еще двое рабочих.

Когда мы подъезжаем ко двору, стадо лошадей отправляется с пастухом на выгул на пастбище, за оградой остаются лишь жеребята. По всему видно, фермер еще будет наращивать поголовье.

— Разводим скотину на молоко, на мясо — продаем в Давлеканово, — рассказывает Алик Валеев. — А в этом году начали кумыс делать, по 50 литров в день получается. Свой цех и производство у нас тоже в райцентре.

На вопрос о государственной поддержке фермер только машет рукой: «Пробовал два раза — бесполезно. Все сами, своими силами».

Его брат Ренат раньше работал в «Газпроме» в Уфе, но вот, земля к себе потянула, решил вернуться на родину и в 2010 году занялся производством бетонных колец для колодцев. Открыл его, кстати, в здании бывшего магазина. Сам вместе с рабочими и ямы копает.

— Из Давлекановского района заказывают, и не только: Чишмы, Бижбуляк, Буздяк, Стерлитамак, Благовар, даже в Нагаево под Уфой работали, — говорит Ренат Валеев. — С четырьмя рабочими в день по 30 — 50 колец производим.
Ну а что же с «молочкой», которая до Уфы добралась? Оказывается, предприятие с названием «Рублевка» запустил еще в 2020 году Павел Петров, уроженец Рублевки.

— Сегодня у меня свое поголовье коров и коз. Молоко частично свое использую, частично у крупных фермерских хозяйств закупаю, — сообщил Павел Владимирович. — Реализую молоко, делаю кефир, йогурт.

А в Уфе предприниматель открыл свою сыроварню, где производит мягкие и твердые ремесленные сыры. Кстати, несколько лет назад они получили знак «Продукт Башкортостана». Сыры вместе с остальной продукцией Павел Петров тоже продает на двух точках в столице Башкирии.

Да, Рублевка сегодня не та, что раньше. Это понимают все — и старожилы, и те, кто приехал сюда за новым началом. Но пока еще теплится очаг в нескольких домах, пока еще по утрам мычат коровы и ржут лошади, пока еще кто-то готовит кумыс и делает сыр, пока еще помнят, откуда пошли рублевские корни. Деревня доживает свой срок, но доживает достойно.