«У меня свои читатели»

Под занавес 2025 года в Уфе прошла торжественная церемония вручения ежегодной премии главы Башкортостана в области журналистики «Достоверность. Ответственность. Мужество». Среди награжденных был корреспондент газеты «Стерлитамакский рабочий», заслуженный работник печати и СМИ РБ, почетный краевед, ветеран труда Фаяз ЮМАГУЗИН. «Один из старейших журналистов Стерлитамака, общественный деятель, стоявший у истоков газеты „Ашкадар“ и Стерлитамакского театра танца, автор 21 сборника публикаций, два из которых — о героях СВО» — так представили его на церемонии.

К тому времени он уже был автором двадцать второй книги. Эти два события — вручение премии главы республики и выпуск очередной книги — послужили поводом для встречи с коллегой.

Моя газета — моя биография

— Фаяз Фуатович, начнем, пожалуй, с главного — с премии главы Башкортостана…

— Я был удостоен этой награды за цикл публикаций о героях специальной военной операции: занимался этим с самого ее начала: получилось два сборника. Возраст и состояние здоровья не позволяют мне ездить в спецкомандировки и писать репортажи с мест событий. Но я старался использовать любой шанс встретиться с бойцами СВО, приехавшими в отпуск, демобилизованными. Так сложился цикл публикаций, которые потом были объединены в сборники. Такую работу ведут несколько наших журналистов. Так что считаю эту награду оценкой работы всего коллектива «Стерлитамакского рабочего». Кстати, это одно из старейших периодических изданий республики. В следующем году ему исполнится 110 лет. Треть из них — часть и моей биографии.

— А какое вы имеете отношение к театру танца?

— Народный артист республики Халиль Ишбердин «уболтал» меня, корреспондента городской газеты, по совместительству взвалить на себя обязанности директора театра танца на организационный период. Мне даже в министерстве культуры полставки выделили. Я из принципа не брал эти деньги, наивно полагая, что если у нас ничего не получится, хоть возвращать не придется. На то были основания. 1991 год. Страна в руинах, а мы в Стерлитамаке создаем театр танца. Конечно, львиную долю оргработ взвалил на себя Халиль: подыскивал танцоров, музыкантов, композиторов. Я только принимал их на работу, заключал договоры, само собой, при поддержке министерства культуры, администрации города, на базе русского театра. Честно говоря, до последнего сомневался, что у нас что-то получится. Но в декабре 1992-го театр открылся.

— А что вас связывает с газетой «Ашкадар»?

— Изначально это было ежемесячное приложение к «Стерлитамакскому рабочему». Никто в редакции не умел читать на башкирском, и наш редактор Виктор Иванович Дятлов поручил мне кураторство. Проблем было много. Ни финансирования, ни бумаги, ни пластин, ни пленки… Виктор Иванович выделил все необходимое из фондов редакции. Если бы не он, газеты бы просто не было.

Помог… шурале

— Ваша последняя, двадцать вторая, книга неожиданно вышла на башкирском. Почему?

— Она вышла на двух языках: русском и башкирском. Все началось несколько лет назад, когда в «Стерлитамакском рабочем» появилась «Детская страничка», которую наши журналисты готовили по очереди. Я собрал свои опусы в отдельную рукопись. Единственная моя попытка пробиться в «Китап» потерпела неудачу. Рукопись «утонула» там. На третий год ожидания мне посоветовали: «Пиши на башкирском». Легко сказать! Я только родился в башкирском селе. Владею языком на уровне разговорного. Но пошел на принцип: сел за словари, учебники. Начал с перевода любимой книжки детства — «Шурале» Габдуллы Тукая.

Поначалу местные поэтессы снисходительно посмеивались: «Ишь ты, перевел с татарского на башкирский!..» Но, во-первых, никто до меня это произведение на башкирский не переводил. Калька под башкирское произношение — просто буквы меняли — не в счет. Во-вторых, я использовал точную рифму: первую строку рифмовал с третьей, вторую — с четвертой. Башкирские и татарские поэты обычно ограничиваются рифмовкой лишь второй и четвертой.

Иногда использую то, что называю «стилем Леонида Филатова»: когда рифмуются первая, вторая и четвертая строки.

К нам на утренний рассол
Прибыл англицкий посол,
А у нас в дому закуски —
Полгорбушки да мосол.

Переводить себя оказалось сложнее. Например, стихи на игре слов переводу не подлежат. Непросто переводить слова, которые в русском языке нельзя употреблять без приставки «не»: «непоседа», «невзначай». Но кое-что перевел. Так родилась эта книжка на двух языках.

— Это самиздат?

— Хороший вопрос. Даже в Союзе писателей многие считают, что если книга издана не в «Китапе», если автор не вывернул карманы налогоплательщиков, а издал за свой счет или за счет спонсоров — это самиздат. На самом деле самиздат — это книга, изданная без международного номера. Самиздат нельзя продавать — вот и все. А номер любой гражданин России может выкупить в Российской государственной книжной палате или в издательстве.

Чтобы издать книгу, вовсе не обязательно быть членом Союза писателей. Примерно четверть моих книг успела выйти до моего вступления в Союз, и только две-три были самиздатом.

— Стабильный выпуск по две книги в год для провинциального журналиста, пусть даже члена Союза писателей, — это немало…

— Я не жалуюсь. В Стерлитамаке у меня свои читатели. Каждые полгода выходит очередной сборник со средним тиражом в 500 экземпляров. И не залеживается. Странно видеть на форумах Союза писателей жалобы коллег на то, что их книги не раскупаются, что их с трудом распихивают по библиотекам. А зачем тогда вообще их издавать?

— Я так понимаю, гонорары вам никто не обещает.

— Есть две формы гонораров: фиксированная — вся сумма сразу, и роялти — проценты от продаж. СССР был единственной страной, где автору платили не за количество проданных экземпляров и уж тем более не за качество, а за объем — за так называемые авторские листы: 40 тысяч знаков. Я не выступаю за коммерциализацию литературной деятельности, но считаю, что автор должен получать с продаж. Согласен: не все можно измерить деньгами. Но мы четвертое десятилетие живем в условиях рыночной экономики. Наши писатели любят ностальгировать по советским временам, когда, как они утверждают, на гонорар за роман можно было протянуть год. Но в том-то и дело, что в словосочетании «советское прошлое» ключевое слово не «советское», а «прошлое». А нам нужно жить в суровом настоящем. И двигаться вперед.

Что делали в Стерлитамаке декабристы?

— Над чем сейчас работаете?

— Скоро должна выйти новая книга «История — это имена» на 204 страницы, написанная в соавторстве с предпринимателем, меценатом, краеведом, кандидатом педагогических наук Алексеем Наумовым. Книга о ярких личностях, чьи судьбы прямо или косвенно были связаны со Стерлитамаком, посвящена 260-летию города. Читатель узнает, что на легендарном крейсере «Варяг» служили наши земляки. Что известный медиум Вольф Мессинг любил гастролировать в Стерлитамаке. Что с нашим городом связаны судьбы нескольких генералов, адмиралов и даже одного маршала. Что Стерлитамак — родина четырех государственных драматических театров.

А вы знали, что делали в Стерлитамаке декабристы? Зачем его посещали руководители государства и даже российский император? Почему Сергей Есенин так рвался в Стерлитамак и что помешало ему приехать? Как в наш город попала «Моабитская тетрадь» татарского поэта, Героя Советского Союза Мусы Джалиля?

Герои книги — стерлитамакские дворяне, почетные граждане города, крупные руководящие работники, министры, купцы, предприниматели и меценаты, легендарные врачи, классики русской и башкирской литературы, деятели культуры и искусства мирового и российского уровней, кинозвезды, Герои Советского Союза, чемпионы мира и Олимпийских игр, один космонавт и даже участница эксперимента по подготовке полета на Луну…

Думаю, книга обещает стать бестселлером. И не только для жителей Стерлитамака.