Время, не спеши!

«Иди за солнцем следом, хоть этот путь неведом, иди, мой друг, всегда иди дорогою добра», — под эти песенные аккорды начинается воскресное утро семьи Прантиковых. Петр Николаевич будит 16-летнего Андрея и 8-летнего Илью, они делают зарядку, а Валентина Петровна готовит завтрак. Заправившись пшенной кашей и бутербродами, глава семьи и дети отправляются на велосипедную прогулку. Летний день длинный — они успеют смастерить колокольчики из пластиковых бутылок для палисадника, почитать книгу, побить боксерскую грушу и сыграть в футбол...

Это пятиминутный видеоролик. Он вместил золотые от солнца мгновения жизни мальчиков, лица их родных и близких, и, конечно, мамин портрет. Три года назад Наташа, мама Андрея и Ильи Сазоновых, умерла. Супруги Прантиковы — ее родители, а теперь и опекуны двоих внуков. А видеоролик снят для конкурса приемных семей «Обретенное счастье».

Дружные годы

Тонкие стрелки часов будто не успевают за ходом жизни: настоящее будничное утро этой семьи насыщено событиями втрое больше, чем видеоролик. Мальчики на учебе — Илья в школе, Андрей в колледже, взрослые заняты хозяйством. Прантиковы — новоселы, за три месяца они осилили ремонт и обновили мебель. Внукам отдали лучшие комнаты, диванчик Илье выбирали такой, чтобы сам мог его раскладывать и стелить постель. Аккуратная прихожая с антресолями и обшитый дощечками балкон — гордость мужчин: дрелью, перфоратором и ножовкой орудовали оба — и дед, и внук Андрей.

— Дом новый, сырой еще, — говорит Петр Николаевич, бережно протирая запотевшее стекло. Окно гостиной смотрит во двор, там гофрированный стальной забор огораживает пустырь. Это ненадолго, до весны:

— Бабуля решила там цветы посадить, значит, будем работать, — кивает на супругу Петр Николаевич. «Бабуля» и «дед», как они зовут друг друга при людях — высокие, спортивные, похожие, как брат и сестра.

— Нам почти по 60, сорок лет мы вместе, любовь у нас, — улыбается Валентина Петровна. — Прежние соседи даже удивлялись: «Вы почему все вместе делаете?». А нам так интереснее: уборка — вместе, ремонт — тем более, за Илюшей в школу — тоже вместе, в бассейн в выходные — с внуками, вчетвером. Все лето на природу ездим — на гору Тратау, на озеро, рыбалку, а осенью Илюша часто зовет нас в лес — «листочками пошуршать».

Они разбирают вещи, среди которых дюжина фотоальбомов. Вот снимки, на которых расцветают тюльпаны и белая сирень у старого дома, а вот и граффити Валентины Петровны — ромашки на стене:

— Новую квартиру мы получили по программе сноса ветхого жилья, до этого много лет жили в доме по Весенней, вот я его красками и разрисовывала, — рассказывает она. — Красиво? Рядом шиномонтаж был, дед с внуками мне баллонов натаскают, я из них чеплашки вырежу — вот и клумбы готовы. Мы красоту любим и людей любим. Какие мы праздники с соседями устраивали, как дружили!..

В той, прежней, жизни на Весенней, где была жива Наташа, Петр Николаевич мастерил кормушки, а дети приручали синиц, и никто не жалел птицам мешка семечек на зиму.

— Мы неугомонные, сами себе находим работу, — журят друг друга супруги.

Вообще-то, внуков у Прантиковых пятеро: двое от дочери Наташи, трое от сына Олега. Но сын с детьми живет в Нефтеюганске и в Стерлитамак привозит сыновей в отпуск. А для Андрея и Ильи Петр Николаевич старается быть не дедом, а отцом:

— Дед мягче, отец строже. Дед — чтобы приласкать, поиграть, развлечь, а на отце ответственность — воспитывать надо. Илюша иной раз оговорится, бабулю мамой назовет, особенно когда болеет. Андрей у нас серьезный: копейки зря не потратит, бабушке ездил помогать без напоминаний. А Илью ругаем иногда: за вранье, за то, что телефон новый потерял, а сначала взял его из дома без спросу. За игры компьютерные, где кровища льется, — мы такое запрещаем. Мы сайт «Учи.ru» освоили и его приучаем там заниматься.

— Вот вы сами курите. Значит, они тоже будут?

— Нет. Я выйду покурить, возвращаюсь, они кричат: «Фу, дед, от тебя пахнет!».

— Какими вы хотите их воспитать?

— Трудолюбивыми, такими, чтобы за свои поступки могли отвечать и чтобы были однолюбами.

— А если они своих жен разлюбят?

— Если можно разлюбить, тогда не женись. Перед тем как жениться, подумай. Мы с женой три года дружили, потом свадьбу сыграли.

Ни часам с тонкими стрелками на стене в гостиной, ни циферблату с кудрявыми амурами в комнате Андрея неведомо то время, когда Прантиковы были северянами: больше двадцати лет они жили в Нефтеюганске, Петр Николаевич был вальщиком леса, Валентина Петровна — воспитателем в детском саду.

— Мы с утра до ночи работали, детей видели мало, они у нас росли самостоятельными, — вспоминает Валентина Петровна. — Сын полицейским стал, дочка — поваром, потом на психолога учиться поступила, так документы и остались в Сургуте, в университете... Да, мой муж хорошим отцом был: он деньги зарабатывал, чтобы семья ни в чем не нуждалась. Вернется с вахты — все выходные с детьми. Мы всегда приезжали в Стерлитамак с дорогими подарками для родных, нам нравилось работать и зарабатывать. Когда наши родители состарились, мы сюда вернулись за ними ухаживать.

— В спальню его поставим, — Петр Николаевич достает из коробочки будильник со стальным корпусом: он выпущен к юбилею Стерлитамака и вручен семье за победу в конкурсе «Обретенное счастье». Пока батареек в часах нет, и они молчат о том, что время не ждет. Скоро забирать Илюшу из школы, потом везти в поликлинику, а после домашних дел, к вечеру — во Дворец пионеров на брейк-данс.

— За что я больше всего беспокоюсь? За Илюшину учебу, — признается Петр Николаевич. — Программа сейчас такая, что я ему помочь не могу. Решу — вроде бы все правильно, а надо было то же самое, но по-другому...

Заботы отвлекают, примиряют с действительностью и унимают главную тревогу: стареть, конечно, не хочет никто, но этим родителям стареть просто нельзя.

Умные часы

Стрелки на часах в гостиной подбираются к единичке, пора забирать Илью из школы. Петр Николаевич спускается разогревать машину.

— Я другой раз думаю: за что нам такое? — размышляет вслух Валентина Петровна, убирая со стола чашки. — Мы дед с бабушкой, мы должны мальчишек на выходные забирать, покупать им что-нибудь, баловать. А нам приходится их растить, как родителям, 24 часа в сутки... Спрошу себя и сама же отвечу: а как же? Куда они без нас? У дочки серьезные проблемы с сердцем появились — за три месяца сгорела. Последние дни она провела в больнице, мы с отцом с ней были. Отец отлучился Илюшу из садика забрать, Наташи без него не стало. Он плакал потом: «Я же знал, что она при мне не сможет умереть». Они очень друг друга любили. Когда он в армию ушел, я на пятом месяце была, он вернулся — с рук ее не спускал...

По иронии судьбы, даже дополнительная опора этих людей заключена в них самих: в сердце Петра Николаевича вживлен шунт, Валентина Петровна перенесла операцию на позвоночник:

— Я теперь как Плющенко, — шутит она, — только у него искусственный диск на четырех шурупах, а у меня межпозвоночный на восьми. Как мы смерть дочери перенесли? Только благодаря мальчикам. Это не мы их, а они нас подняли: с ними горевать некогда. Спасибо органам опеки: они всегда нам помогают и во всем поддерживают, дарят нам праздники.

На «Ладе Калине» мандаринового цвета Илюша возвращается из кадетской школы, когда Петр Николаевич свободен. Когда он на работе, мальчик добирается сам.

— Мы ему «умные часы» купили, — поясняет глава семьи. — Полезное устройство: теперь мы всегда в курсе, где он и что делает. Пока домой идет, всех котят погладит, со всеми щенками поиграет. К тому же доверчивый, простодыра, можно сказать. И фантазер.
Учить сыновей в кадетской школе решила их мама: хотела, чтобы росли настоящими мужчинами. Родители исполнили ее волю: Андрюшина парадная форма с медалями висит в шкафу, через несколько лет она будет впору Илье.

Илья спускается по школьной лестнице в вестибюль, пополняя шумную армию детей, которых взрослые еще не научились понимать и решили называть гиперактивными. Сноп солнечного света падает на его черную ушанку со звездочкой впереди. Кареглазый, детская копия маминого портрета, он, весело щурясь, рапортует бабуле:

— Двоек нет!

— Подождите, еще руководителем каким-нибудь станет, — улыбается вслед подвижному, как ртуть, Илье учительница.

Илья пока не знает, кем станет: выбирает между Человеком-пауком, полицейским и пожарным.

— Вы репортер? Привет, репортер! — заглядывает мальчик мне в лицо. Морозно, ветрено, мы шагаем к машине, он вертит в руках тетрадный листок. — Мне вот тут друзья записку передали, не разберу, что написано...

— У тебя много друзей?

— Ага. Все!

— Илюша, это не записка, а бумажка, ты ее внизу подобрал, — вежливо напоминает бабушка. Но Илья с таким раскладом не согласен, и листок в его руках превращается в самолетик, в корабль, в журавля...

Дед и внук приветствуют друг друга озорно сжатыми кулаками — у них свой ритуал наподобие рукопожатия. Трудно ли понять человека, если он намного младше тебя?

— Моя любимая песня! — сияет от встречи с дедом Илья. Он слушает музыку, усаживается на заднем сиденье и счастливо жмурится.

Заветные минуты

Вечер. Петр Николаевич привез Илью из Дворца пионеров, и мальчик учит деда нижнему брейку и стойке на голове:

— Дед, ты так можешь?

— Я вот так могу, вприсядку, — хлопает себя по коленям дед.

Андрей — мальчик со взрослым лицом — закрывает ноутбук и усаживает Илью за уроки. Андрей учится на сварщика, сегодня состоялся его маленький профессиональный дебют: он варил свой первый шов, получил «отлично».

— Андрей, почему ты из кадетской школы пошел в сварщики?

— В десятом классе сложно, я бы не потянул. А так я получу профессию и уеду на Север работать. Я видел в городе, как трубы сваривают, мне понравилось.

Кстати, Андрей из принципа никогда ничего не загадывает на Новый год:

— Что мне в жизни надо будет, сам сделаю.

И делает. Братья Сазоновы целый год копили на поездку в Москву и опытным путем установили: в трехлитровую банку входит две с половиной тысячи десятирублевых монет. На новогодних каникулах Прантиковы с внуками побывали в столице.

Волшебство закончилось, жизнь оборачивается привычным потоком будничных событий. Говорите, время в этом потоке неумолимо? Но судьба распорядилась так, что бабушка с дедом стали для осиротевших детей отцом и матерью. А чтобы маленький Илья повзрослел, нужно много лет. Время, тебе придется подождать.

P.S. Публикация подготовлена в рамках Всероссийского проекта «Быть отцом», реализуемого по инициативе Фонда Андрея Первозванного, интернет-журнала «Батя» и издательства «Никея».