Тот, кто идёт первым

Современные бои совсем не похожи на баталии прошлого. Конечно, и сейчас случаются артобстрелы, когда небо и земля меняются местами и боевые позиции превращаются в преисподнюю. Но в основном боестолкновения в зоне СВО выглядят скромнее, хотя менее смертоносными от этого не становятся. Картинка может быть даже совсем мирной, и только саперы знают, каких усилий стоит каждый метр земли, отвоеванный у «отложенной смерти» — мин и фугасов. Любое неверное движение здесь может стать последним.

Боец с позывным «Шома», о котором мы хотим рассказать сегодня, — человек деятельный и неугомонный. Ему 41 год, родом из Учалов, по профессии электрослесарь. Сейчас он дома: был демобилизован после тяжелого ранения.

Когда началась специальная военная операция, наш герой внутренне был готов встать в строй. Не дождавшись повестки из военкомата, по своему почину взял в руки автомат.

— Мама мой характер знает. Если что вбил в голову, обязательно сделаю, — негромко рассказывает «Шома». — Вздохнула тяжело и сказала: «Мне ничего не остается, только смириться». Дала свое благословение. Жена — та, конечно, пробовала спорить, но за десять лет совместной жизни тоже меня изу­чила, сдалась.

Слова «патриотизм» «Шома» избегает — стесняется. Говорит просто:

— Мы, видно, так воспитаны. Для нас понятие Родины — не пустой звук, и когда она в опасности, надо не рассуждать перед телевизором, а просто идти ее защищать.

Контракт подписал вместе с товарищем, но после их пути разошлись. «Шома» попал в инженерно-саперные войска. Началась его военная биография с Покровского направления.

В понимании гражданских сапер — это человек с миноискателем. Сапер на передовой — это и топограф, и строитель, и логист. Задачи меняются каждый день: минировать свои позиции, чтобы прикрыть оборонительные линии, или, наоборот, делать проходы для наступления.

— Ребята занимают позиции, а мы закрываем их за ними. Как бы ворота запираем на «минный засов», — рассказывает «Шома». — Устанавливали в основном противотанковые мины советского образца. Одна из самых распространенных — ТМ-62, ее приняли на вооружение, если не ошибаюсь, еще в начале 1960-х. Но сейчас мины тоже совершенствуются, добавляется электроника.

По его словам, минирование в зоне СВО — масштабный и сложный процесс, который играет ключевую роль и в обороне, и в наступлении. Задача инженерно-саперных войск — создать эшелонированные заграждения, минные ловушки, чтобы оборона стала по-настоящему неприступной для бронетанковых сил врага.

На мой вопрос, сколько на его счету поставленных мин, «Шома» даже улыбнулся:

— Не сосчитать. Чтобы закрыть Свиридово, ребята за два месяца 3,5 тысячи мин положили. Я тогда уже в госпитале лежал. Вот сами и прикиньте.

Тот день «Шома» называет «кровавой улыбкой судьбы». Они выезжали на минирование. В кузове — 25 мин. Сами напоролись на вражескую противотанковую. Машину подбросило взрывной волной — благо был открытый бортовой автомобиль.

— Я тогда потерял своего близкого друга-напарника с позывным «Хант» из Ханты-Мансийского округа. Мы с ним хлеб делили, во всем были опорой друг другу, — голос «Шомы» тяжелеет. — Он получил тяжелые ранения и умер в больнице на операционном столе, остановилось сердце. На войне самое страшное даже не свое ранение — когда теряешь товарища.

«Шоме» повезло, что он сразу пришел в сознание, а то так и сгорел бы... Выполз из полыхающей машины, сумел сбить с себя пламя. Кроме ожогов получил несколько травм и серьезно повредил ногу. Переломанные кости срослись неправильно. Ходит сейчас «Шома» с трудом. Постоит двадцать минут — нога напоминает о себе настойчивой болью.

— Нужна еще одна операция, а может, и не одна…— говорит он спокойно, как о неизбежном.

На передовую «Шома» больше не вернется — здоровье не позволяет. Восстанавливаться после тяжелых ранений поедет в санаторий. Героем он себя не считает и ни на что не жалуется. Только говорит тихо:

— Главное, что живой, все остальное так или иначе приложится. А на ноги я встану обязательно.

Я же вспоминаю, как издавна говорили про саперов: это тот, кто идет первым, чтобы остальные могли вернуться домой. Сколько наших солдат вернулись или вернутся благодаря именно «Шоме» — про то ведомо лишь Всевышнему. А сам он даже не задумывался о подобной арифметике: делал то, что было в его силах.