Газета «Республика Башкортостан»

Пессимизм противопоказан

Гараж дорожно-строительной фирмы из Ханты-Мансийского автономного округа, для которого Инженерный центр энергосберегающих технологий готовит «начинку», вряд ли когда обзаведется копиями знаковых шедевров мастеров Возрождения.

Правая рука директора Олег Нагуманов: «На глазок не получится — у нас так не принято».
Правая рука директора Олег Нагуманов: «На глазок не получится — у нас так не принято».
Автор: Владимир ОГОРОДНИКОВ
Фото: Ринат РАЗАПОВ
версия для печати
Правая рука директора Олег Нагуманов: «На глазок не получится — у нас так не принято».

Стенам не грозит появление даже плохоньких репродукций картин хотя бы Васи Ложкина, живописующего депрессивно-веселую жизнь города Кобылозадовска. И все же незатейливое сооружение, где прячут от мороза, снега и дождя автомобили, имеет один общий принцип с Эрмитажем — системы, которые позволяют поддерживать нужную температуру.

Генерал-майор в помощь

Стабильная температура и влажность важны для музея: только так можно сохранить бесценные произведения искусства. Заказчики же башкирской компании обеспокоены экономией бюджетов. Экономия не сиюминутная, но окупаемая в баснословно короткие сроки — за три квартала. Или за год, как у беспечных, позволяющих себе роскошь не особо заморачиваться на немедленную отдачу вложенных средств.


Если перейти на язык технический терминов, то продукция инженерного центра не представляет ничего романтичного — это «воздухонагреватель рекуперативный пластинчатый», предназначенный для нагрева воздуха. Упрощенно говоря, котельную или центральное отопление с привычными трубами вдоль стен и большим количеством ячеек батарей предлагается заместить системой из теплообменника и воздухонагревателя. Если еще короче, то это теплогенераторы, которые вырабатывают горячий воздух или дымовые газы.


Директору предприятия Артуру Нагуманову я задал кряду два наивных вопроса: в чем ноу-хау и стоит ли овчинка выделки?


Удивительное дело, он не стал возносить до небес достоинства своего детища — сказал, как отрезал: нет никакого ноу-хау, а овчинка — это коэффициент полезного действия, способный подскочить до… 98 процентов!


Но тема Эрмитажа меня долго не отпускала: все хотелось выяснить, не красивое ли это сравнение? Оказалось, печи, изобретенные еще в ХIХ веке генерал-майором Николаем Амосовым, централизованно и бе;зопасно подавали из подвала через вентиляционные решетки подогретый воздух. В залах, где висят картины, печи отсутствуют, а микроклимат сбалансирован.


Нынешние менеджеры волей-неволей ломают голову над тем, как исключить посредника, увеличивающего расходы на свои услуги. Так вот, посредником в традиционной отопительной системе является вода, ее и надо исключить из цепочки затрат. Она стоит больших денег еще и потому, что повсеместно жесткая и засоряет трубы. Чтобы прогнать ее до потребителя, необходимо нагнетать давление с помощью насосов, их крутит дорогущая электроэнергия. А какой из воздуха посредник? Он повсюду — бери, нагревай и подавай, куда хочешь.

Мозги для мамонта

Тепловое оборудование исстари считалось образцом инженерной мысли. Нынешние производители систем воздушного отопления в России наперечет — от силы шесть компаний. Но принципиальных разработчиков всего два. Остальные комплектуют системы за счет импортных узлов. Инженерный центр предпочитает обходиться собственными разработками — вплоть до электронной начинки (в обиходе — «мозгов»), не говоря уже о горелках и теплообменниках.


Откуда такая прыть у предприятия, разместившегося на задворках Иглино в бывших гаражах приказавшей долго жить машинно-тракторной станции? Но тут та самая ситуация, когда встречать надобно не по одежке. Артур Нагуманов — кандидат технических наук, еще недавно преподававший в нефтяном университете. И диссертацию защитил по теме, которой загорелся еще студентом.


— Удалось внести что-то новое в древний, как мамонт, принцип обогрева?


— Принцип старый. Но технологию можно совершенствовать до бесконечности. Например, за счет улучшения горелочного, теплообменного устройства.


— Но ведь главное все же не «железо», а «мозги»…


— Датчики, конечно, закупаем, но комплектация наша. Отец преподает в УГНТУ, он «автоматчик». Курирует самую сложную часть наших разработок — блок управления. Идеология изделия — это его конек.


— Отец преподает в университете? Это многое объясняет. Почему самому спокойно не работалось на кафедре?


— Мне нравилось преподавать механику, теплотехнику. Но больше все-таки нравилось разрабатывать и доводить до конечной цели продукт, а в вузе такой возможности не было.


— Зато государство исправно платило зарплату, голова не болела о заказах, поставщиках, комплектующих, налогах... А у вас в 45 лет уже и намека не осталось на некогда смоляную шевелюру. Издержки самостоятельного плавания?


— Если сейчас кто-то предложит: «Возьмись за новое дело», сто раз подумаю, прежде чем нырнуть в предпринимательский омут. Но, как говорится, потерявши голову, по волосам не плачут. Так все закрутилось, что теперь отступать некуда, хозяйство большое. Да и затягивает «омут». Оглянуться не успеешь, как два года пролетит, пора внедрять усовершенствованный вариант оборудования — таковы наши принципы, и отступать от них мы не намерены.


— А зачем напрягаться, если спрос гарантирован?


— Топтаться на месте — заведомо обречь себя на отставание. Конкуренты ведь тоже не сидят сложа руки. Самые опасные — те, кто по методу китайцев копирует чужие разработки. Но мы им даже рады — они не позволяют расслабиться, стимулируют интеллект. В том числе и те, кто закупает импортные горелки.


— А что, ваши лучше импортных?


— По многим критериям они проще, надежнее. Заказчики удивляются: десять лет работают — и ни одного сбоя. Мы, прежде чем что-то внедрить в серию, не раз перепроверим в собственной лаборатории, на испытательных стендах. И не по наитию внедряем — я не перестал заниматься прикладной наукой. Теория с практикой рука об руку идут.

Антагонистов нет

Мой собеседник оказался человеком с нетрадиционными взглядами не только на роль конкурентов, но и чиновников. Последние, оказывается, никогда не пытались выцыганить взятку.


— Впервые вижу предпринимателя, лояльного к чиновничеству. Не лукавите?


— Может, я исключение — не знаю. Но в администрации Иглинского района мне было заявлено: развивайтесь у нас, вкладывайте деньги в производство, выкупайте землю, стройтесь, отрывайте рабочие места, платите налоги. Это грело душу. Прежде приходилось арендовать площади в тресте «КПД». Организацию в ту пору сотрясали пертурбации, собственники менялись. Пришли меркантильные люди. Им все казалось мало, стали гайки закручивать: арендная плата подскочила, площади выкупить не позволили. Стали искать площадку по всей округе. Ну и решили тут развиваться. Это здание было полуразрушено. Только коровы и ветер гуляли — ни одного целого окна не осталось, двери выбиты, все порушено. Теперь для людей рабочие места, душ, кухня оборудованы.


— Вас послушать — тишь да гладь: чиновники палки в колеса не ставят, работники не прогуливают и не пьянствуют.


— Вначале водку все же пили. Это у нас сейчас работает тот, кто не пьет.


— Я правильно понял: пьянчужек вы увольняли? Воспитывать не пробовали?


— Пить или не пить — это выбор взрослого человека.


— Сурово.


— Но справедливо, разве не так? Хотя это не значит, что человек пришел с признаками вчерашнего бурного застолья и ему с ходу указывают на дверь. Очень непростое решение. Это знает только тот, кому приходилось увольнять человека. И другая проблема: на его место надо кого-то найти. У нас ведь даже уборщица порядочная — редкость. Вот нам повезло — наша целую клининговую компанию способна заменить.


— Согласен, совестливому руководителю, который видит перед собой не штатную единицу, а рабочего человека, всегда непросто, когда возникают конфликты.


— Особенно стыдно, когда случаются задержки по зарплате. Специфику работы нашего предприятия характеризует рваный график: в первом полугодии заказы на нуле, во втором — едва ли не аврал. Пол-России так живет: кризис усугубил экономические связи.

Удача рыбацкая

В какой-то момент мы разговорились о личном. И взгляд Артура Халитовича потеплел. Понятно, сколь же можно о «железе» рассуждать…


— Жена ваша тоже преподаватель? — отчего-то предположил я.


— Она педагогический институт закончила, учитель младших классов. У нас три дочери, она ими занимается.


— И как долго планирует пребывать в должности домашнего воспитателя? Или ей нравится?


— Воспитание детей — это тяжелый труд. Старшая дочка в четвертом классе учится, младшей три года, а средней семь лет. При таком возрастном разбросе жене приходится несладко. Нагрузки в школе будь здоров, и они тоже стали ее заботой. Старшие изучают английский, немецкий, еще китайский — пока на уровне факультатива. Китайский — это что-то вроде экзотики. Но предложили учить — зачем отказываться, если дети проявляют желание. Главное, чтобы интерес был у ребенка. А силом что-то навязывать бесполезно. Мы вот с дочкой как-то проходили мимо чувашской воскресной школы. Зашли из любопытства. Знаете, что поразило? Они там учат чувашский язык, но по желанию. Педагоги говорят, не хотите изучать чувашский язык — ваше право, можем научить носки вязать, рисовать или танцевать. И главное — все бесплатно. Я такого не припомню, везде же за каждый чих платить надо.


— Чем в свободное время занимаетесь?


— Люблю рыбачить. Спиннингом. Или обычной удочкой. На Белой где-нибудь в районе Дюртюлей, под Бирском. На Павловском водохранилище удача почему-то отворачивается, хотя, говорят, там улов знатный.


— И какой была самая крупная добыча?


— Рыбацкое счастье скромное — щука килограмма на четыре, причем на Белой под Уфой.
Нашу беседу прерывает телефонный звонок.


— Добрый день, — приветствует кого-то Артур Нагуманов. Пару минут внимательно слушает и без лишних вопросов говорит: — Диаметр надо знать, толщину стенки. И чертеж нужен, можно от руки. Кидайте на электронку. Сделаем.


Кладет сотовый на стол, объясняет:


— Директор кирпичного завода из Кудеевки звонил. Они новую линию монтируют, мы помогаем — решаем вопросы по вентиляции, воздухоотводам.

Нескончаемая шахматная партия

— Я еще в шахматы играю со школьных лет, — с улыбкой признается вдруг Артур Халитович.


— Чемпионом Уфы не становились?


— Только среди школьников — тогда «Белая ладья» была в почете. Это произошло в восьмом классе. Нашу команду из 82-й школы наградили путевкой в Артек за победу. Так с тех пор всей командой и дружим, хотя в Уфе нас осталось двое — один друг в Америке живет уже лет 15, другой — в Москве.


— Отчего вас так разбросало?


— Тот, что оказался в Америке, был недооценен работодателем. Закончил факультет информационных технологий авиационного института, работал в сотовой связи Башкортостана, но полностью реализовать себя смог за океаном, работает по специальности, доволен — там ценят за ум, а не за блатных родственников. Парень на редкость трудолюбивый, специалист от бога. Тут бы он пригодился, но не заценили. А у московского друга другая история. По специальности как-то не сложилось. Зато в коммерции проявил себя более чем успешно.


— Везет тем, кто в шахматы играет?


— Шахматисты не затерялись на жизненных перекрестках. Вот и тренер наш Аркадий Наумович Богуславский сейчас живет в Израиле. Он известный уфимский педагог, у нас в школе математику преподавал. Мы с ним постоянно общаемся. Он и в Израиле учителем работал, пока не вышел на пенсию. Я со всеми своими друзьями продолжаю общаться и в шахматы играть. Теперь это просто, когда под руками компьютер и надежный выход в интернет.


— Что читаете в свободное время?


— Исключительно техническую литературу. Голова занята делом всей жизни: с этими мыслями спать ложишься и просыпаешься. Бывает, свежая идея пробивается сквозь сон, так я с постели кидаюсь к рабочему столу, чтобы мысли записать, иначе заснешь, а утром все забудется.


— А не было соблазна самому покорить Белокаменную или Питер?


— Даже мысли такой не возникало. Жить в Москве терпения хватает максимум на три дня. Это раньше ощущался большой разрыв между столицей и провинцией. Сейчас границы информационные размыты настолько, что я порой ловлю себя на мысли, что о некоторых вещах знаю больше, чем иной столичный житель. А вот когда в конце девяностых был в Киеве — там мне очень понравились. В киевлянах чувствовалась внутренняя свобода, не было в них затравленности, обреченности, которая в ту пору читалась на лицах «дорогих россиян». Все, что случилось с Украиной, — это убийство хорошей страны.


Под занавес нашей встречи вновь телефонный звонок прервал разговор. Артур Нагуманов включил громкую связь. В формате радиоконференции некая дама проводила торги на поставку оборудования.


— «Энергосберегающие технологии», вы готовы работать без предоплаты, как ваши конкуренты? — настойчиво интересовалась дама.


— Нет, не готовы, — не задумываясь, отрезал Нагуманов.


— Вы готовы снизить цены на поставляемое оборудование?


— Нет.


— Ваше окончательные предложения?


— Мы их изложили.


Так уверенно мог вести себя только человек, хорошо знающий цену себе и своей продукции.


Опубликовано: 16.08.18 (09:16) Иглинский район
Статьи рубрики Cоциум
Одна из примет выставки — изобилие отечественных ноу-хау.   Инициативная группа.  

Написать комментарий


AHOHC
AHOHC
18.12.18
Радий Хабиров обратился с Посланием Государственному Собранию – Курултаю Башкортостана

Жители Китая больше узнают о Республике Башкортостан
08.10.13
Как оформить электронную подписку на газету

Cостав Общественной палаты Республики Башкортостан

  • Открытие трудового семестра в вузах РБ
  • Актеры тюркоязычных театров посетили Площадь Салавата
  • Республика Башкортостан приняла эстафету Всероссийского театрального марафона. Торжественная передача символа Года театра от коллег из Пермского края состоялось  10 мая 2019 года на сцене Уфимского государственного татарского театра «Нур»
  • Всероссийский
конгресс «Вектор
Детство-2019»,
прошедший
в уфимском Конгресс-
холле, собрал более
700 участников
со всей страны —
уполномоченных
по правам ребенка
регионов, которые
на этой же площадке
провели свой съезд,
представителей власти
и родите

Вернуться