Издательство «Республика Башкортостан»
  • 23.10.18  «Комендантский час» для детей перешел на зимнее время
  • 23.10.18  В Уфе появится Дворец борьбы
  • 23.10.18  В правительстве Башкирии произошли кадровые изменения
  • 23.10.18  Сегодня День работников рекламы в России

Идеи из будущего

Наука и промышленность одинаково нуждаются друг в друге

версия для печати

Правительство республики утвердило «дорожную карту» по реализации «Башкирской технологической инициативы» (БТИ). Каким образом современные научные разработки могут быть внедрены на предприятиях республики, какие трудности стоят на этом пути — наш разговор с и.о. вице-президента Академии наук РБ Александром Дегтярёвым.

— Александр Николаевич, принятие «дорожной карты» доказывает, что идея «Башкирской технологической инициативы» переходит в практическую плоскость?


— Если говорить о проблеме взаимодействия научно-технической сферы и производства, то наиболее серьезным препятствием в этом процесс является не только поиск инвесторов, которые пойдут на определенный риск, финансируя научно-техническую разработку. Не так просто определиться и с производственной площадкой — здесь ведь тоже имеются определенные риски. Да, готовую продукцию все покупают, когда есть уверенность, что новая технология даст прибыль. А если такой уверенности нет? В результате не поддерживается генерация собственных научно-технических разработок. Мы живем за счет чужих разработок и тратим на это безумные деньги.


Чтобы преодолеть это препятствие, так называемую «долину смерти» — от разработки новой идеи до ее внедрения в массовое производство, — и была принята «Башкирская технологическая инициатива». «Дорожная карта» является своего рода «досье» тех проектов, которые прошли серьезное сито экспертного отбора и теперь приняты к внедрению. Нам в прошлом году было представлено свыше 300 проектов, а в числе пилотных, утвержденных распоряжением правительства, осталось только 15. Видите, насколько жестким был отбор. Но это как раз те проекты, которые не сегодня завтра пойдут в разработку.


— Можно узнать о некоторых из них?


— В эти дни в правительстве республики рассматривался, например, проект, связанный с созданием углеродных композиционных материалов самого широкого спектра применения. Начиная с космоса и заканчивая бытовой сферой. Для производства этого продукта необходимы мощные технологические установки. Они есть на Салаватском химическом заводе, который относится к «Роскосмосу». И мы достигли консенсуса и с руководством предприятия, и с их учредителями. Определили заказчика продукции. И если все в соответствии с нашими планами трансфера этой технологии из научно-технической сферы в производство состоится, то мы уже в ближайшие годы будем иметь очень мощное производство, которое обеспечит страну конкурентоспособной, импортозамещающей продукцией.


Второй пример связан с выпуском катализаторов для нефтехимических производств. Здесь индустриальным партнером по проекту, разработанному учеными БГУ, стал Ишимбайский завод катализаторов.


Есть и другие проекты, из разных сфер. Например, из области медицины. Интересен проект, связанный с имплантантами, изготавливаемыми из биоматериалов. Сейчас формируем пул индустриальных партнеров, которые заинтересованы в их производстве.


Важно, что в «дорожной карте» расписаны и определены по срокам все пять этапов прохождения проекта. Начиная с генерации научной идеи, патентования научно-технической разработки. Затем лабораторные и промышленные испытания и, наконец, внедрение. Если один из этих этапов выпадает, мы никогда не придем к завершению проекта. Вот в чем смысл «дорожной карты».


— Действие документа рассчитано до 2023 года. Почему выбрана именно эта дата?


— Горизонт «дорожной карты» определяется тем, что госпрограмма развития науки и технологий РБ рассчитана как раз на период 2018 — 2023 годов. И внутри госпрограммы есть специальный раздел, который так и называется: «Башкирская технологическая инициатива». То есть мы действуем в соответствии с бюджетным кодексом и рассчитываем на финансирование в той части, где республика сама принимает участие в реализации госпрограммы. Другого механизма нет.


Но проекты — самые разные. Одни требуют 50 млн рублей инвестиций, другие — 1,5 миллиарда. В своих крупных, масштабных разработках мы ориентируемся на Фонд развития промышленности РФ и его региональную составляющую, а также рассчитываем на такие институты развития, как Российская венчурная компания и Агентство по технологическому развитию, с руководством которого глава региона Рустэм Хамитов встречался совсем недавно. Кстати, мы специально для них подготовили несколько проектов.


То есть исходим из того, что портфель проектов должен быть с точки зрения инвестиций диверсифицированным. Постоянно «доить» государство — и неправильно, и невозможно. Сегодня частные инвесторы, крупные корпорации имеют гораздо больше возможностей для поддержания тех или иных специализированных проектов. Для них должно быть важным то, что на следующем этапе они становятся правообладателями новых технологий и получают прибыль от масштабирования проектов.


Задача государства — поддержать идею на стадии старт;апа, на стадии научно-технической разработки. Дать возможность ученым, научно-техническим коллективам разработать и смоделировать новые процессы.


— Как бы вы тогда ответили на вопрос: куда движется современная республиканская наука?


— Я уже не раз поднимал вопрос о необходимости «похода академиков на завод». О том, что в результате получилось, шел разговор на недавнем расширенном заседании президиума Академии наук РБ, где состоялось выступление профессора УГАТУ Виктора Мухина. Он сообщил коллегам о «дорожной карте» одного из проектов БТИ, увенчавшегося убедительным результатом в виде практической реализации разработки на Уфимском моторостроительном производственном объединении. Недаром, подводя итоги года в башкирской науке, премьер-министр правителства РБ Рустэм Марданов неоднократно ссылался на этот пример, как на один из лучших при реализации поставленной перед академией задачи эффективного взаимодействия научного сообщества и производства. Тем более что этот проект, суть которого связана с нанотехнологиями в области упрочения и повышения износостойкости режущих инструментов, можно масштабировать на всю машиностроительную отрасль страны.


В целом нашей науке в правительстве была дана достаточно высокая оценка. Тем более что здесь происходят фундаментальные перемены. Речь идет, в частности, о структурных преобразованиях, связанных с переименованием отделений АН РБ и их целевой ориентацией на прикладной характер исследований и новые технологии, создаваемые в различных отраслях знаний. Собственно, принятие «дорожной карты» по БТИ стало закономерным шагом в этом направлении. Кстати, сейчас мы приступили к формированию «второй волны» инновационных проектов. Наши вузы уже прислали на экспертизу свыше 50 новых предложений.


— Складывается впечатление, что «светлое будущее» уже не за горами? Неужели нет никаких проблем в реализации задуманных вами масштабных проектов?


— Увы, это не так. Кажется, что чем глубже мы «вгрызаемся» в проблематику инновационного развития, тем больше проблем перед нами встает. Или, быть может, мы впервые обнажаем их.


Постараюсь обозначить главные из них, чтобы понять, насколько сложны задачи, стоящие перед нами. Кстати, мы даже вынесли их для публичного обсуждения на заседание «круглого стола» на прошедшем в конце февраля Российском промышленном форуме. Шел разговор о неразвитости рынка интеллектуальной собственности, низкой эффективности традиционных инструментов и механизмов инвестирования инновационных проектов. Произошел серьезный разговор и обмен опытом. Интересно было выслушать рассказ генерального директора «Гидравлики» Виктора Новикова о преодолении разрыва цепочки трансфера технологий из научно-технической сферы в производство в части опытно-экспериментальных производств, другие специалисты говорили о финансировании наукоемких технологий, о специализированных интернет-площадках.


Хочу, кстати, отметить, что у Башкирской технологической инициативы теперь появился свой веб-сайт, его адрес: www.mmc-transfer.ru. Он действует пока в тестовом режиме, и мы над ним еще работаем, чтобы пополнить его контент, расширить инструментарий и логистику.


— Насколько серьезен в целом масштаб задач, которые сейчас стоят перед страной, республикой в области новых технологий?


— Существует такое понятие, как технологическая граница. В общих чертах — это уровень передовых технологий, влияющих на основные параметры экономической системы. По расчетам ВШЭ, при сегодняшних темпах технологического развития мы достигнем нынешней технологической границы передовых стран примерно к 2050 году. Поэтому нам необходима подлинная реиндустриализация экономики на новой технологической основе. Подчеркну — не восстановление советской промышленности, а качественное обновление технологической основы материального производства на базе новых технологий, материалов и оборудования; содержания труда в производстве. Об этом, кстати, шел на днях разговор на Санкт-Петербургском экономическом конгрессе, в котором я участвовал вместе с академиком Р. И. Нигматуллиным.


Вместе с тем при анализе научно-технического потенциала республики настораживают такие факты, как более чем трехкратное снижение количества аспирантов и десятикратное — докторантов в высшей школе республики за последние несколько лет. При этом процент аспирантов, защищающих кандидатские диссертации в срок, снизился с 40 до 14! Если эту тенденцию срочно не переломить, через 5 — 10 лет в Башкирии некому будет двигать науку. В этой связи, думается, не случайно из-за ничтожно малого количества работ, представленных на присуждение Государственных премий РБ в области науки и техники, в 2017 году она не вручалась.


Видимо, здесь кроются и причины серьезного разрыва между инновационной активностью нашего научно-технического сообщества и его эффективностью. Так, согласно государственной статистике, наши авторы получают ежегодно свыше 700 патентов на различные изобретения, но внедряются на производствах из них всего шесть-семь новых технологий. При этом около сотни предприятий республики ежегодно осваивают новое оборудование и новые эффективные технологии, которые они приобретают, как не трудно догадаться, за рубежом или у партнеров из других регионов. И это не удивительно, если знать, что из всей многотысячной массы ученых, занимавшихся исследованиями в 2016 году, только чуть более 30 человек являлись докторами технических наук и около 250 — кандидатами технических наук, то есть были ориентированы на технико-технологические разработки, от которых, собственно, и зависит перевооружение экономики.


— Подобная системная проблема требует, видимо, и системного решения?


— Суть процесса реиндустриализации российской экономики заключается в проектировании и развертывании внутренних индустриально-технологических цепочек для производства готовых изделий как сугубо промышленного, так и потребительского назначения. Вот в чем главная задача.


Раньше наша промышленность строилась на базе научно-производственных объединений, каковыми по сути являются современные корпорации на Западе. В структуре НПО была своя наука, КБ, проектные институты, опытные и серийные заводы. Это был костяк, скелет нашей экономики.


Сегодня эта цепочка носит фрагментарный характер, состоящий из отдельных производственных единиц различных форм собственности и управления. Поэтому нужна новая интеграция производства, науки, образования, новый импульс научно-технического творчества и, конечно, новые механизмы инвестирования всей инновационной цепочки. То есть требуется уже не линейная модель развития, а трехмерная стратегия, основанная на синергии всех факторов.


Модернизация возможна лишь при заинтересованности в ней критической массы предпринимателей, предъявляющих массовый спрос на передовые технологии. В России же пока ни государство, ни бизнес не выполняют своих функций по формированию инновационного спроса. Так, при сопоставимом с любой страной-лидером объеме затрат на новые исследования и разработки, расходы российских предпринимателей, да и самого государства, на эти же цели в разы меньше.


Реиндустриализация в том виде, как мы это себе представляем, возможна лишь в соответствующей институциональной среде. Считаю, что именно ее отсутствие выступает сейчас основным ограничителем экономического роста и модернизации России. Хотя эффект от институциональных изменений сопоставим или превышает возможные эффекты от мер фискального и монетарного стимулирования.

Опубликовано: 05.04.18 (20:42) Республика Башкортостан
Статьи рубрики Наука
   
Написать комментарий
Представьтесь
контакт (не обязательно)
Ваш комментарий

  • «Салават Юлаев» проиграл «Авангарду» в овертайме
AHOHC

Cостав Общественной палаты Республики Башкортостан
08.10.13
Как оформить электронную подписку на газету

Вернуться