Шутки в сторону КВН

Мало кто знает, что уфимский КВН (Клуб веселых и находчивых) — один из самых заслуженных в бывшем СССР, а с тех пор как Одесса скрылась по ту сторону границы, он остается еще и самым долгоиграющим КВНом в России. И не было в советской Уфе школьника или студента, который бы ни разу не был зрителем, а то и участником юморины.

«Смешные» юбилеи в несмешное время

Скромные подсчеты показывают, что через команды юмористов прошел каждый десятый уфимский студиозус. Собственно уфимскому КВНу исполнилось 55 лет, а вот его младшей сестре — первоапрельской юморине как апофеозу студенческого юмора — 52. Но именно последнее мероприятие в уфимской молодежной культурной жизни, к сожалению, кануло в Лету. Между тем школьный КВН, ставший сегодня непременным атрибутом любого общеобразовательного учреждения, оказывается, оформился в Уфе на несколько лет раньше студенческого.

— Первая официальная межшкольная игра состоялась 5 декабря 1965 года (в день советской Конституции) между нашей командой (3-й школы) и командой английской спецшколы № 91. Шутки, откровенно говоря, у нас были немудрящие, особенно поначалу. Ценились не глубина и тонкость, а неожиданность загадки и общедоступность разгадки. Вот пример со сцены актового зала, который помню только потому, что сам придумал рисунок: 2.61 — 2.87, а между ними скрещенные шпаги. Вопрос: какая война? Ответ: Алой и Белой розы. Смелость отнюдь не школьной ассоциации заключалась в том, что 2.61 — это была цена обыкновенной водки, запечатанной красным сургучом, так называемой «красной головки», а 2.87 — цена «белой головки», водки «Московская». Были, разумеется, и более интеллектуальные вопросы, был выход с переделанной популярной песней, был маленький скетч — домашнее задание. Главное — держаться поувереннее, отвечать побыстрее, в музыке сильно не фальшивить, — вспоминает писатель и публицист Иосиф Гальперин.

Заводилой же всесоюзного КВНа, в пику скептикам, стал ВЛКСМ. На излете оттепели игрой заболел весь Советский Союз. Не было АМИКа, и спонсоров тоже не было. Уфа легко втянулась в бум, и это еще тот КВН — в 70-е годы это были не только выступления команд юмористов, но и конкурсы художников, пародистов, ВИА, университетских газет, танцевальных коллективов. И был СТЭМ (студенческий театр эстрадных миниатюр. — Авт.), как его называли тогда студенты, «светлый, добрый и теплый огонек среди хаоса и бардака жизни нашей».

В 1967 году в Башкирском государственном университете сошлись в «смешной» битве две команды — физмата и биофака. Вскоре «молодые строители коммунизма» подключились: Кировский райком ВЛКСМ 1 апреля 1970-го на сцене театра оперы и балета организовал первую городскую игру — юморину.

— Первая межвузовская игра, БГУ против БГМИ, состоялась на Новый 1969 год — оперный театр не смог вместить всех обладателей билетов. Открою секрет: Сергей Канчукер, главный «звуковик» команды университета, имевший по работе доступ к редкой тогда копировальной технике, добавил к типографским квиткам свои. В результате в оперном снесли двери, и все желающие заполнили партер, ярусы и галерку, — улыбается, вспоминая исторический факт «вынесения дверей юмором», Иосиф Гальперин. — А перед входом стоял счастливый ректор БГУ Шайхулла Чанбарисов (кавээнщики прозвали его Чанкайши) и говорил примерно так: «Когда в оперном в последний раз видели полный зал? Не при нашей жизни!

Вон как люди рвутся посмотреть! А кто разрешил? Я разрешил!»

«Побольше навозу в постель королевы полей».

Шутка тогдашнего времени от команды «Клуб 91» (БГУ).

Победили медики и забрали в качестве приза роденовского Мыслителя, уступив БГУ 10-килограммовый торт. Это соперничество кавээнщиков университета и мединститута продолжалось четверть века.

Нет суда на дураков

В 1972 году команда КВН БГУ «Клуб 91» ответила на вопрос: почему уфимские юмористы не едут к Маслякову? Команду университета пригласили в Москву на «Стадион КВН». И тут первый шок: жребий вывел сразу на фаворитов. Тогда за одесскую команду КВН выступали Валерий Хаит, Яник Гельман, Игорь Кныллер — живые легенды, а тексты им писал сам Жванецкий. От отчаяния уфимцы пригласили в качестве режиссера Михаила Рабиновича (впоследствии — худрук русского драмтеатра), он тогда в Щукинском училище учился. Полное потрясение уфимцы испытали, когда посмотрели репетицию одесситов: настоящая сценическая машина — рассчитано каждое слово, каждая пауза, интонации. После такого зрелища команда Уфы, по воспоминаниям участников, запила от страха. И вот игра — два конкурса прошли вровень, после разминки вообще опережали на одно очко. Но одесситы все-таки выиграли. Уфимцы вернулись на щите домой через месяц, снова переживали игру по телевидению.

Уфимские кавээнщики в 1972 году после своего яркого дебюта во всесоюзном телевизионном КВНе стали и свидетелями его запрета. И хотя сегодня апологеты корпорации юмора пытаются выдать его закрытие на последующие пятнадцать лет за идеологическую партийную акцию, телеКВН прикрыли, судя по свидетельствам очевидцев, вследствие неуемных предпринимательских аппетитов тогдашних «организаторов» игры.

Но в областях и республиках КВН продолжался, а в Уфе торжествовали юморины — первоапрельские фестивали студенческого юмора, абсолютный handmade.

— Они продолжались больше 10 лет, на них выросли целые поколения кавээнщиков. Самое смешное, что связано с ними, никак не было подготовлено и произошло тогда, когда на первые еще вечера мы искали залы. Нашли зал Общества слепых на улице Кустарной. Там за кулисами висела стенгазета, что само по себе было уже как-то не по возможностям постоянных посетителей, — рассказывает Иосиф Гальперин. — Газета была посвящена 8 Марта, что для 1 апреля было не срок. На длиннющем ватмане были приклеены фото женщин — передовиков слабовидящего производства, с характерными лицами. Под одним из снимков мы увидели подпись: «Фатима такая-то выполняет норму на 150 процентов, она и отличный общественник, а кроме того, у нее четверо детей. А ведь за ними глаз да глаз нужен!» От такого первоапрельского откровения Общества слепых мы не могли разогнуться от смеха. Буквально…

В 1973 году юморина в Уфе поставила своеобразный рекорд — она длилась около 6 часов. Очередной взрыв популярности в 1976-м — в юморине участвуют теперь только КВН-команды. ДК «Юбилейный», потом и цирк оцепляли тройным кордоном правоохранителей, дружинниками, гарцевала конная милиция. Толпы поклонников после выступления выстраивались в колонны и шли по проезжей части, скандируя имя победителя и распевая песни. К первым КВН-монстрам присоединились команды нефтяного и авиационного институтов, чуть позже к ним на правах достойного партнера пришла команда сельхозинститута (БСХИ) «Золотой теленок».

Суровая шутка юмора

В то время многое делалось для того, чтобы всячески поддерживать неповторимость первоапрельского настроения. В подземном переходе возле сельхозинститута творческие группы вузов упражнялись в своей фантазии: украшали стены, пол и потолок рисованными хохмами. Тут были и канализационные люки над головой, и указатели расстояний до далеких городов. Самой легендарной шуткой стала сатирическая имитация «а-ля министр»: студенты звонили строителям в первый попавшийся трест и спрашивали, почему не завезли керамзит? Те всегда оправдывались — керамзита не хватало. А студенты строго: «Чтоб к вечеру был!»

В анналы классического КВН можно записать юморину 1 апреля 1980 года в госцирке. Именно тогда был учрежден переходящий приз — 13-й стул братьев Гамбс. Очередность побед записывалась на спинке. Почетный трофей, как правило, хранился в кабинете ректора победившего вуза. И тем не менее однажды бесследно исчез.

— Ну что, молодежь, о чем мечтаешь?

— Партия, дай порулить!

1988 год, полуфинал телевизионного КВН, Новосибирский госуниверситет.

В 90-е у уфимских кавээнщиков появился собственный символ — Золотая ворона, ею награждался победитель, а сам КВН помимо первоапрельского явления стал проводиться в виде фестиваля еще и в ноябре. В 1987-м состоялось второе и последнее явление уфимского КВНа на центральном телевидении. Под именем команды «Золотой теленок» БСХИ после удачной первой игры выступать в возрожденных телесезонах КВН отправилась фактически сборная команда преподавателей уфимских вузов — среди них был всего один студент, да и тот пятикурсник. По пути тоже было смешно:

— Во время поездки решили развлечься в поезде. Ходили по составу со скрипкой и шляпой — собирали деньги в фонд помощи детским домам. Набрали 167 рублей, — рассказывал один из участников команды. — А потом пришел милиционер и все деньги забрал. Составил акт об их передаче в Детский фонд.

Вторую игру проиграли в прах — обидно, но, говорят, команду засудили. Впрочем, тогда в КВН стали дуть другие ветры, он понемногу превращался в профессиональное занятие. А Масляков-старший становился единоличным хозяином КВН-империи. Политической сатиры становилось в КВНе все меньше. Цензура (обычным делом было представлять новую программу перед приемными комиссиями разного уровня — их количество доходило до четырех, и каждая что-нибудь да отрезала от шуток юмористов) понемногу сменилась диктатом редакторов, требовавших социального юмора, эпизодов в жанре ситкомов, а не протеста. Капитан команды «Клуб веселых авиаторов»(УАИ) Игорь Гипштейн так об этом вспоминал:

— Последний раз политическая цензура коснулась нас в 92-м. Мы пошутили про Горбачева: «По талонам горькая, по талонам сладкое — что же ты наделала, голова с заплаткою?»

Сравните с тем, как потом шутили юмористы «Родители лейтенанта Шмидта» (БГУ) в 1997-м: «Коммунисты согласились-таки на вынос тела Ленина из мавзолея при условии, что его место должен занять Чубайс». Барьеры пали. Зато годом раньше после инициативы республиканских налоговиков «пронумеровать» всех жителей Башкирии кавээнщики БГУ отреагировали мгновенно: «Телеграмма. Социальный номер 2575 поздравляет социальный номер 2889 с рождением социального номера 2952 от социального номера 72/1». Через четыре года в России появился ИНН...

Вот раньше офицеры были! Зашел в комнату. Застрелился. Вышел.

Из выступления команды «Бригада Л» (БГМИ).

С середины 90-х стал меняться и уфимский Клуб веселых и находчивых. Все больше — в сторону зрелищности, превращения его в часть шоу-бизнеса. Прошло то время, когда два стула и пятеро юмористов на сцене приковывали внимание зала, а зрители затаив дыхание вслушивались в смелые диалоги и дерзкие шутки.

Может быть, первыми ощутили перемены юмористы стройфака УГНТУ. Они «поднялись» до уровня нового зрителя — гикающего, топающего, свистящего и жаждущего зрелищ. Кстати, именно у нефтяников как у поющей и пляшущей команды появилась первая в Уфе фонограмма.

Меня поражает бессмысленность детских стихов: «Шалтай-болтай сидел на стене… Он что — таракан? Так и пишите: «Таракан Шалтай-болтай сидел на стене».

Из выступления команды уфимского финансово-экономического колледжа середины 90-х.

Современный КВН — большая индустрия, фактически многопрофильный бизнес. Он стал более зрелищным, но менее умным. Начавшийся как игра ума, попытка популяризации науки и соревнование «физиков» и «лириков», он пережил остросатирическое воспаление и стал добротным шоу. Приятно одно: если ты не претендуешь на звание звезды КВН, он может стать образом жизни и далее — легким и красивым воспоминанием из времен студенчества. История избавлена от сослагательного наклонения — только жаль уфимскую юморину, пожалуй, лишь ее сегодня не хватает.

Хиханьки и хаханьки

Хотите жить в мягком и сухом климате?

Живите в хлебе!

Команда КВН «Нам нужна машина» (УГАЭС).

Прежде чем сесть за стол, дети летчиков получают подтверждение от детей диспетчеров...

Команда КВН «Четвертая комната» (БГПУ).