Газета «Республика Башкортостан»

Большой мордовский день

очередной раз прошёл в Фёдоровском районе республики

Ни один обряд без застолья не обходится.
Ни один обряд без застолья не обходится.
Автор: Евгений ВОРОБЬЁВ
Фото: Александр ДАНИЛОВ
версия для печати
Ни один обряд без застолья не обходится.

На этот раз мордву на празднике представляли десять ансамблей от семи диаспор из Аургазинского, Бижбулякского, Ермекеевского, Стерлитамакского, Чишминского, Федоровского районов Башкирии и села Ключевка Оренбургской области.

Вступление в виде отступления

В дороге коллега рассказал о небольшом командировочном приключении, случившемся этим летом в одном из дальних уголков республики. По недоразумению в кармане у него оказалось недостаточно денег на автобус. Машина, на которой его подвезли до автовокзала, уехала, знакомых на полста верст в округе — никого. Что делать? Зашел в ближайший магазин и… попросил у молоденькой продавщицы сто рублей. Объяснив ситуацию, конечно. И предупредив, что вернет, скорее всего, нескоро. Девушка одолжила. Отдать долг он смог только месяца через три.


Я, в свою очередь, поделился другим наблюдением. В одном из сельских домов культуры, и не в какой-нибудь глубинке, а относительно недалеко от Уфы, в просторном пустынном фойе нам предложили воспользоваться гардеробом. Причем ни гардеробщицы, ни вахтера, ни какого-либо подобия охранника рядом не наблюдалось. Люди просто приходили, вешали одежду на свободные крючки и шли дальше по своим делам.


Третий член нашей бригады тоже подключился: «В таком же сельском клубе снимал я детский танцевальный ансамбль. Лет по 14 — 15 девчушкам. На сцене — концерт, а они пока в зале сидят, ждут. Давайте, говорю, в фойе на фотосессию выйдем, здесь темновато. Так они при одном слове «фотосессия», как бабочки, вспорхнули и вылетели. Все на своих местах пооставляли: кто бутылочку с водой и конфетку, кто телефон, кто горстку мелочи…».


Вот вы в самом большом и распрекрасном городе хоть на секунду свою куртку, а тем более телефон без надзора бросите? Нет. Испарятся, как не было. Там даже в школах специально учат ничего без присмотра не оставлять. А в самой заштатной мегаполисной лавке вам «за просто так» сто рублей дадут? Скорей пошлют сто раз, куда Макар со своей мамой телят не гонял, — это да.


В общем, пришли мы к такому выводу. Город, как ни прискорбно, приучает к жесткости и даже жестокости в своем ритме вечной конкуренции, а вот в деревне, несмотря на ее немалые социальные проблемы, до сих пор дышится легче. И не только от чистоты природного воздуха, но и от чистоты духовной, нравственной. Пусть несколько наивной с точки зрения иного циничного горожанина. Главное — сохранившейся…


А ехали мы в село Федоровка Федоровского же района. На границу Башкирии с Оренбургской областью.


Там сегодня…

«Покш эрзянь чи»

Так написано на зазывающем плакате у входа в районный Дом культуры.


— «Покш эрзянь чи» — это что? — спрашиваю у сопровождавшей нас Раисы Дашкиной, представителя федоровской центральной библиотеки.


— Это означает «Большой мордовский день».


— «Праздник!» — поправляет проходящая мимо колоритная женщина в национальном концертном костюме. — «Большой мордовский праздник»!


— Нас ваша администрация тоже приглашала на «Большой мордовский день».


— Кто как переводит, — уклончиво комментирует Раиса Габдулхаевна.


Приходим к компромиссу: почему бы «празднику» не называться «днем»? В конце концов, День Победы или Международный женский день — разве не праздники?


— А нам хоть каждый день праздник! — соглашается автор альтернативной версии. — Песен много не бывает.


Вообще-то «эрзянь чи» проводится в Федоровке раз в год, зато регулярно. Это смотр самодеятельных и самобытных мордовских коллективов, бережно охраняющих музыкальные и обрядовые традиции своих предков. Плюс прикладное творчество мастеров и мастериц, основанное, опять же, на народной «закваске».


Федоровский район — самый представительный в республике по численности компактно проживающей здесь мордвы: две тысячи человек, что составляет 14 процентов от всего населения. То есть каждый восьмой здесь — мордовец.


Именно в Федоровке располагается республиканский историко-культурный центр этой российской народности, берущей свое начало от финно-угорской языковой и генетической ветвей. Именно в Федоровке школьникам (по их желанию) преподают мордовский язык как родной. В районе действуют сразу пять национальных творческих коллективов; совместно собирают народные песни, пословицы, поговорки, старинные обряды.

Отчего солдат на службу спиной вперёд уходит

Вот обрядам и была посвящена вся концертная часть «Покш эрзянь чи» образца декабря 2018 года. А когда ж еще гулять, как не в конце осени — начале зимы, завершив основные работы по хозяйству?


Собственно, по обряду «Покрова» (встреча осени с зимою) было поставлено выступление ансамбля «Рябинушка» из села Кузьминовка Федоровского района. Кроме того, «засветились» такие народные традиции и таинства, как сватовство (два раза; в исполнении артистов из деревень Садовка Стерлитамакского и Наумкино Аургазинского районов), первое укладывание младенца в колыбель (один раз: д. Алешкино, Федоровский район), колядки на Рождество (д. Новые Сулли Ермекеевский район) и даже проводы новобранца в армию (д. Верхний Алыштан, Федоровский район).


Мордовской народной мудрости, заложенной в последнюю театрализованную постановку, не грех поучиться бы и нам всем.


Ну, во-первых, на проводах в обязательном порядке полагалось веселиться, а ни в коем случае не горевать-печалиться (хотя этому-то как раз нас учить не надо!). Просто считается, что чем больше на проводах прольется слез, тем труднее будет служба у солдата и больше выпадет слез на его долю.


Во-вторых, мать непременно дает сыну-призывнику поцеловать друг за другом икону и хлеб. (Заметьте: они на равных). Чтобы помнил о пище телесной и пище духовной. Чтобы чтил их одинаково высокую святость. Чтобы не забывал, в конце концов, свое предназначение на земле: хлеб да детей рожать, а не людей убивать.


И, наконец, третье. Провожая сына, мать выводит его за дверь спиной вперед. Чтобы лицом был к отчему дому. Чтобы вернулся к родному порогу так же, как оттуда вышел.


А вы говорите — самодеятельность!

Люляма вам не кальцяема

В фойе Дома культуры тем временем развернулась обширная и красочная экспозиция народного прикладного творчества. Вышивка художественных композиций лентами и икон — бисером. Собственно вышивка (только внимательно присмотревшись, можно увидеть, что это мельчайшие стежки, а не картина или фотография!). Точечная роспись по акриловому контуру. Вязание, изготовление кукол, томленый чай и травы на все случаи жизни, включая банный массаж…


Но вот у одного из стендов меня привлекла странная деревянная конструкция в виде небольших решетчато связанных между собой полешков. И рядом мужичок, лихо наяривающий на гармошке. Знакомлюсь. Иван Комбаров из деревни Садовка Стерлитамакского района. Рядом жена, Надежда. Именно их, садовский, ансамбль «Вастома» («Встреча») представлял один из обрядов сватовства.


— Что это у вас, Иван Семенович? — показываю на деревянную штуковину.


— А, это? Это кальцяема.


— Ага. Понятно. А это? — киваю на некое подобие рогатого обструганного посоха, перевитого лентами и колокольчиками.


— Это люляма.


— Люляма? Чудо, какая люляма! А для чего они?


— Да вы вот у руководителя нашего спросите, Николая Артамонова. Он у нас все саморучно делает, — советует гармонист, откладывая тальянку в сторону.


Николай Ефремович немногословен. Люляма — обрядовый музыкальный инструмент, отбивающий ритм. Кальцяема, она же стукалка, — тоже ударный, в чем-то родственный общеизвестному ксилофону. На стукалке играют деревянными ложками. Нет, не простыми, простые не выдержат. Из ильма, это род вяза. Или из клена, на крайний случай.


Об остальном узнаем у других членов коллектива. Что Николай Ефремович излишнего внимания не любит. Что, действительно, все делает сам. Включая рожки и дудочки. На которых сам и играет. А также играет на балалайке и еще бог знает на чем. И вообще, руководит коллективом больше 20 лет.


Удалось также выяснить, что дома они все, включая детей, говорят по-мордовски, что предки их приехали в Башкирию кто из Пензенской, кто из Нижегородской губернии и что их «Встречу» по составу трудно назвать чисто мордовской, есть и чуваши, и татары, а в детском составе имеется даже свой… азербайджанец.


— …Хорошо на гармошке играете! — говорю на прощанье Ивану Комбарову. — С детства, наверное?


— Ага, с детства… В пятьдесят лет первый раз в руки взял! Ансамблю гармонист был нужен, вот Николай Артамонович и попросил…

Эрзя, мокша и все, все, все…

Сами федоровские мордовцы, считается, прибыли в здешние места более 300 лет назад из Пензенской губернии. Исконно мордовскими в районе, кроме Федоровки, считаются деревни Верхний и Нижний Алыштан, Алешкино, Булякай и Кузьминовка. Последняя — единственный в республике населенный пункт, где компактно проживает мордовская этническая группа мокша (в отличие от других, где преобладают эрзя). И язык у них довольно прилично отличается. Там, где эрзяне скажут, например, инича (пасха), мокшане — очижи. У одних стол — столь, у других — шере…


— А что, — интересуюсь у Раисы Дашкиной, — на улицах еще можно услышать мордовскую речь? Или русский преобладает?


— У нас все есть! — не без некоторой гордости отвечает Раиса Габдулхаевна. — Русский, конечно, — межнациональный, но если башкиры в одном месте соберутся, по-башкирски говорят, если чуваши, — по-чувашски, татары — по-татарски… Ну, и без мордвы, конечно, — никуда!

Опубликовано: 10.01.19 (09:34) Федоровский район
Статьи рубрики Культура
За время изучения городища получена колоссальная археологическая коллекция.   Культивируйте в себе детство, предлагает актриса.  

Написать комментарий


AHOHC
18.12.18
Радий Хабиров обратился с Посланием Государственному Собранию – Курултаю Башкортостана

Жители Китая больше узнают о Республике Башкортостан
08.10.13
Как оформить электронную подписку на газету

Cостав Общественной палаты Республики Башкортостан


Вернуться