На правах рекламы
  • 22.11.17  Сегодня - Всемирный День сыновей
  • 22.11.17  Сегодня - День психолога в России
  • 22.11.17  Сегодня - День работника налоговых органов Российской Федерации
  • 22.11.17  В Мелеузовском районе Башкирии открылась мечеть «Насима»
  • 22.11.17  Банк развития БРИКС выделит 69 млн долларов на Восточный выезд из Уфы
  • 22.11.17  Рустэм Хамитов подписал указ об учреждении Нестеровской премии
  • 22.11.17  На уфимских АЗС подорожало дизельное топливо
  • 22.11.17  В Уфе дикие утки остались зимовать на озере Кашкадан
  • 22.11.17  Сегодня «Салават Юлаев» принимает «Ак Барс»
  • 22.11.17  В Галле проходят Дни культуры Башкортостана
НОВОСТИ
RSS
Бард Сергей Круль — первый участник «Рубцовской осени».
Бард Сергей Круль — первый участник «Рубцовской осени».

Стихи «с печалинкой»

Вологда не стала столицей России, зато там жил замечательный поэт Рубцов
Автор: Сергей КРУЛЬ
Фото: электронные СМИ
версия для печати
16 | 16
Бард Сергей Круль — первый участник «Рубцовской осени».

В сентябре в Вологде завершилась юбилейная, двадцатая по счету, Рубцовская осень. А когда-то, в далеком 1994 году, никаких особых торжеств по поводу недооцененного при жизни уникального, истинно русского поэта и не намечалось. Просто я, писатель и бард Сергей Круль, взял гитару и поехал в Вологду, став таким образом первым участником еще несуществующего праздника поэзии и музыки, ныне собирающего ценителей слова со всей России.

 

«Голос» в наследство


С поэзией Николая Рубцова я познакомился весной 1977 года, когда мой друг еще со школьной скамьи предложил почитать тоненькую книжку стихов неизвестного поэта. Трудно теперь вспомнить, как все это было, тем не менее, я, прежде не испытывавший особого пристрастия к поэзии, внезапно изменил к ней свое отношение. Стихи, казавшиеся мне чем-то далеким и отстраненным, стали вдруг родными и близкими, раз и навсегда наполнив мою жизнь ощущениями света, счастья и гармонии земного мира.


Я начал сочинять песни. Я писал их и раньше, но то были эстрадно-танцевальные мелодии для бит-групп, как тогда говорили. Главным в них были ритм, броская инструментовка, оригинальное электронное звучание. Стихов же не было вовсе, были тексты, которые служили лишь дополнительным орнаментом в общем шуме. Новые песни были совсем другие, мелодии к ним приходили откуда-то сверху, своевольно возникая в удивленной душе, следуя за поэтической строкой. Поначалу было очень трудно освободиться от привычных оборотов, штампов и вместе с тем не впасть в усложненность, ибо потеря ясности мелодической речи однозначно разрушала песню.


Виновницей этого «перерождения», безусловно, стала поэзия Николая Рубцова, его удивительные по чистоте стихи. Возможно, кому-то его строки покажутся наивными, простыми и слишком уж ясными, так что и для поэзии вроде бы места не остается, однако это не так. Николай Рубцов обладал безукоризненным, врожденным поэтическим вкусом, что дается совсем немногим, и тот «свой голос», на поиски которого другие поэты тратят порою долгие годы, Рубцов попросту получил в наследство.


Страна поэтов


В 80-х вместе со своими единомышленниками мне удалось показать свою музыкально-литературную композицию на стихи Рубцова на разных площадках Уфы, чувствуя растущий интерес со стороны даже неподготовленных слушателей. Особенно запомнилась встреча с членами клуба любителей поэзии Дворца культуры имени Орджоникидзе в октябре 1981-го, когда переполненный малый зал стоя, в течение нескольких минут аплодировал поэзии Рубцова и нам, ее интерпретаторам.


Годы шли, менялось время, менялся и я сам, продолжая сочинять песни — а ведь когда-то всерьез думал, что ни на чьи стихи, кроме Рубцова, писать не смогу, находя в стихах уже других поэтов и вдохновенную мысль, и волнующую музыку. Жигулин, Кедрин, Заболоцкий, Соколов, Блок, Бунин, позднее Аввакумова, Кенжеев, Чичибабин вошли в мою душу спокойно, словно жили в ней давно, дожидаясь своего срока. Мои прежние представления о поэзии основательно переменились, и только сейчас, кажется, я понимаю, что хороших поэтов в России много, что Россия — вообще страна поэтов, и Рубцов, быть может, все же не лучший наш поэт — ну и что с того? Да, были и есть у нас Блок и Ахматова, Волошин и Есенин, Пастернак и Жигулин, Мандельштам и Кедрин, Чичибабин и Кушнер, и все же был и есть у нас замечательный поэт Николай Рубцов, который в бурные шестидесятые годы силой своего творческого гения сумел подхватить эстафету русской классической поэзии. Лучшие его стихи, такие как «Поезд», «Ночь на родине», «Звезда полей», «Зеленые цветы», достойно продолжили вереницу шедевров русской поэтической культуры.


Чего испугался Иван Грозный


Все это всколыхнулось в памяти, когда я узнал о предстоящей поездке в Вологду, город, где трагически оборвалась жизнь поэта. В январе 1994 года мне удалось выхлопотать командировку, и, наряду со служебным заданием, я решил захватить с собой гитару. Написав о своих намерениях Георгию Соколову, дяде жены, живущему в Вологде, и получив от него ответ, я отправился поездом в Москву, а оттуда в Вологду. Георгий Дмитриевич работал секретарем Вологодского обкома по идеологии как раз в те годы, когда там жил Рубцов, поэтому я рассчитывал на его помощь и, надо сказать, не ошибся. Все, что я сделал в Вологде и Череповце — восемь концертов перед самыми разными аудиториями, получасовая запись на областном радио и телевидении, встречи в редакциях газет — все предварительно было согласовано с его помощью.


Вологда оказалась милым, уютным городом со множеством сохранившихся древних построек: церкви и белые колокольни, крепкие двухэтажные избы, особенно яркое впечатление оставила Сенная площадь — просторная, обставленная невысокими двух- и трехэтажными, протянувшимися чуть ли не на целый квартал постройками в стиле «ампир» начала ХIХ века, ну и, конечно, знаменитый Вологодский Кремль, сооруженный еще во времена Ивана Грозного. Живет в городе легенда, что когда суеверный царь строил его, упрямо порываясь установить здесь новую столицу, ему под ноги со строительных лесов упал кирпич. Это обстоятельство решило судьбу вологжан и навсегда лишило их титула столичных жителей.


Я ехал в Вологду, мечтая попасть на шумный праздник, но вышло иначе. Мой приезд пришелся кстати местным ценителям слова. Председатель областного клуба книголюбов буквально за полдня обзвонила с десяток предприятий и организаций, и время покатилось. Концерты, поездки, нескончаемые встречи — четыре дня пролетели стремительно и незаметно. Доброжелательная, отзывчивая публика тепло принимала мои песни, и было приятно и легко работать, ощущая поддержку зала. Чаще других задавали один и тот же вопрос: откуда на Урале, в Башкирии такой интерес к Рубцову? Как объяснить, что для поэзии нет преград, что «не она от нас зависит, а мы зависим от нее»? Помню, как во время одного из выступлений в Череповце тихая, немолодая женщина убежденно и горячо говорила, что такие песни, «с печалинкой», по ее выражению, могут быть только у русского народа, терпеливого и страдающего, а не у французов или немцев. Запоминающейся была запись и на телевидении, проходившая в одном из старинных вологодских особняков...


Ах, как прекрасен первый снег
В замерзших руслах тихих рек,
В полях, селеньях и в бору,
Слегка гудящем на ветру...

Опубликовано: 13.10.17 (13:54) Республика Башкортостан
Статьи рубрики Культура
    Несравненная Кармен — фигура трагическая, по мнению певицы.
Написать комментарий
Представьтесь
e-mail
Ваш комментарий